Правительственный законопроект, регулирующий информирование о диагнозе умершего пациента его родственников, фактически вводит презумпцию согласия на передачу им составляющей медицинской тайну информации еще при его жизни, рассказала генеральный директор «Факультета Медицинского Права» и юрисконсульт по медицинскому праву Полина Габай.

Законопроект № 987162-7 «О внесении изменений в Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» в части обеспечения доступа супругов, членов семьи либо иных лиц к информации, составляющей врачебную тайну пациента после его смерти» внесен правительством в Госдуму 11 июля. Он должен «воплотить в жизнь» решение Конституционного Суда о раскрытии содержащей врачебную информации родственникам и близким лицам умершего — если при жизни тот подобное не запретил.

«То есть сейчас фактически действует презумпция согласия на разглашение врачебной тайны после смерти. Надо оговориться, что все-таки строго определенной группе лиц: супругу (супруге), близким родственникам, членам семьи и иным лицам», — отмечает Габай.

Однако, по ее словам, предложенные  изменения закона фактически «вводят прижизненную презумпцию согласия пациента на разглашение его врачебной тайны супругу (супруге), близким родственникам и членам семьи», потому что разрешают этим людям знакомиться с медицинской документацией пациента и получать ее копии еще при его жизни — и лишь на основании их особого правового статуса. Дополнительного согласия на то пациента не требуется, единственным противопоказанием является выраженный им запрет.

«Позвольте, но исходно речь шла исключительно о периоде после смерти пациента. И мне почему-то кажется, что при жизни пациента ни супруг (супруга), ни родственники, ни члены семьи не должны иметь подобных прав без письменного согласия пациента», — подчеркнула эксперт, выразив надежду, что юристы Госдумы заметят и исправят ошибки разработчиков.