Детство Жени Сосницкого было похоже на детство других мальчишек: семья, дворовые игры, школа, гитара и мечты собрать свою первую радиосхему. Все изменилось, когда Жене было 13 лет. Мальчик заболел острым В-лимфобластным лейкозом. Это агрессивный рак крови, при котором организм перестает производить нужные клетки. А выпускает «пустышки», которые только мешают жить.
Капельницы с «химией» вместо велосипеда, больничная палата вместо улиц родного Донецка – не очень весело. Но организм Жени тогда справился. Мальчишка выкарабкался.
Но в 2020 году случился рецидив болезни. Евгению сделали пересадку костного мозга, донором стал его папа. Женя окончил школу, поступил в университет на инженера. В 2023 году – еще один рецидив. Донором стала маленькая сестренка. Ну а в прошлом году произошел третий рецидив, и на этот раз Жене пересадили мамин костный мозг.
– Первый рецидив стал для нас ударом. Как назвать второй и третий, я даже не знаю, – устало говорит Наталья, мама Евгения.
Казалось, война со смертью почти выиграна. Но на ослабленный организм напал невидимый враг – вирус герпеса 6-го типа. Для здорового человека он не страшен. Но у Жени после трех трансплантаций почти нет иммунитета, чтобы дать ему отпор. Вирус проник в костный мозг, уничтожает слизистые, вызвал тяжелейшее поражение кишечника и кожи (реакция «трансплантат против хозяина»).
С ноября Женя с мамой находятся в НМИЦ гематологии в Москве. Один Женя не справляется. Все эти месяцы Наталья не видела младших детей и мужа. И еще – собаку Белку и кошку Скумбрию. По ним она тоже скучает. Имя кошке дал Женя. Прибился к дому ничейный, облезлый котенок. Вылечили, выходили. У котенка был забавный рисунок на шерсти – полоски и пятна. Поэтому он сал Скумбрией.
Больше всего Женя с мамой хотят вернуться в родной город. В Донецке до сих пор нет воды, ее дают раз в три дня. Но это просто неудобство по сравнению с тем, что переживает Женя сейчас.
– Сегодня Женю рвало кровью, вышло больше литра. Пока вызывали хирурга, пока останавливали кровотечение, прошло полдня. Сейчас он спит, к нему подключен монитор. Я слежу за пульсом и давлением. Только сейчас успела перекусить, – рассказывает мама. – Ночи тоже бывают неспокойными.
Сейчас каждый день матери Жени похож на другой – череда процедур, смена подгузников, обработка язв на коже и бесконечный страх. В этом страхе за жизнь ребенка она живет все 10 лет. Женя похудел на 30 килограммов – с 80 кг до 50. Две недели назад он еще ходил по коридору, сейчас сил нет даже встать.
Стандартный противовирусный препарат ганцикловир, который Жене предоставило государство, не работает. Вирус мутировал и стал нечувствителен к лечению. Жене жизненно необходим препарат фоскавир. Это единственное безальтернативное лечение, способное подавить вирус герпеса 6-го типа, который разрушает организм молодого человека. Препарат производится в Великобритании, не зарегистрирован в России и не входит в список жизненно необходимых. Купить его можно только за свой счет. Стоимость курса из 26 флаконов – 676 000 рублей.
У семьи из Донецка, которая 10 лет живет между жизнью и смертью, нет таких денег. Доход семьи из пяти человек – чуть больше 68 000 рублей. Это зарплата папы, пенсии и пособия.
На днях Женя спросил маму: «Мама, а я жить буду?» Наталья ответила твердо: «Конечно, будешь». На вопрос «Что вам помогает держаться?» мама отвечает:
– Вера. В Бога, в свои силы, в выздоровление. Вера в людей, которые поддержат Женю.
Мы с вами и есть те самые люди, которые могут помочь Жене!
Фотография прислана из больницы мамой Жени
Если не будет ваших возражений, положительная разница между суммой, достаточной для помощи по данному объявлению, и общей суммой поступивших пожертвований будет направлена на помощь другим нуждающимся в той же категории просьб.