Преподобный Амвросий Оптинский жил в эпоху, когда внешняя церковность нередко подменяла живую веру, а интеллигенция мучительно искала ответы на вопросы о жизни и смерти. Оптина пустынь стала местом, где эти вопросы встречали живой, сердечный отклик.
Здесь, в монастыре под Козельском, сложилась традиция старчества – духовного руководства, при котором наставник отвечает не формально, а исходя из устроения души конкретного человека, из его обстоятельств и меры его сил. Преподобный Амвросий, ученик старцев Льва и Макария, стал одним из самых известных оптинских старцев именно потому, что умел говорить с каждым на его языке: с крестьянином – о нужде и терпении, с интеллигентом – о вере и науке, с писателем – о совести и любви.
Сам он почти всю жизнь тяжело болел, но именно в этой немощи открылась та сила, которая привлекала к нему людей со всей России. Расскажем о том, каким был Амвросий Оптинский, что отвечал на вопросы духовных чад в письмах и как советовал подавать милостыню.
Сердце, которое принимало всех. Каким был Амвросий Оптинский
Когда-то для молодого учителя Александра Гренкова, позже известного всей России как Амвросий Оптинский, монастырь был синонимом могилы. В то время он любил общество, танцы и считался душой компании. Но в 27 лет тайно от всех (чтобы не остановили) он уехал в Оптину пустынь и уже через год принял постриг, выполняя однажды данный Богу обет. Страдая сам, старец хорошо понимал других страдальцев и всегда стремился им помочь. Об этом рассказывает Степан Абрикосов в статье «Сердечная деятельность Амвросия Оптинского».
Старец Амвросий был хронически больным человеком: еще до пострига он простудился и получил осложнение на внутренние органы, мог есть лишь немного протертой пищи, его почти постоянно лихорадило, часто рвало, изматывало истощение сил. По состоянию здоровья он практически не мог служить, и в 40 лет его перевели за штат, дав келью в самом отдаленном, Предтеченском скиту.
Известные врачи, проведя обследование, удивлялись: «Будь он человеком обычным, и недели бы не прожил». Отец Амвросий прожил в таком состоянии 46 лет. И именно заштатного, хронически больного монаха сначала ставят духовником для братии, а потом благословляют принимать народ: он принимает людей по 12 часов в день, а остальное время молится келейно и в храме.
К нему шли люди – и «лапотная Русь», и независимо мыслящая интеллигенция: философы Василий Розанов и Владимир Соловьев, композитор Петр Чайковский, писатели Николай Гоголь, Иван Тургенев, Федор Достоевский и даже Лев Толстой. К старцу шли с разными страданиями: «Не могу вылезти из нищеты»; «Мой сын меня стыдится, потому что я урядник»; «Я потерял все, что мне дорого, хотел идти вешаться»; «У меня смертельная болезнь, не могу не роптать»; «Дети, в которых я вложил жизнь и душу, отвернулись от меня»; «Я потерял веру, не вижу благости Божией. На моем языке одни проклятия».
Люди шли к старцу Амвросию потому, что он видел каждого таким, каким тот может быть во Христе. Быть православным в то время считалось следующее: исповедоваться и причащаться раз в год в Великий пост, а также крестить лоб от случая к случаю. Но время менялось, появились открытия в науке и технике, и многим захотелось узнать – а во что же такое они действительно верят? И старец объяснял.
Он умел передать человеку радостную весть, укрепить добрым словом, утешением, надеждой, донести, как ценен ты Богу. И сердце человека оживало. «Все видевшие отца Амвросия отмечали необыкновенную любовь, которая могла объять человека, пришедшего к нему. Эта любовь была главным чудом святого. Ни исцеления больных, ни чтение писем в запечатанных конвертах, ни прозревание прошлого и будущего, ни даже молитвы, изменяющие реальность, нет, нет, именно любовь», – писал один из духовных сыновей старца.
Даже в постоянном страдании он учился жить надеждой на Божью помощь и учил этому других. «Если ты находишь, что в тебе нет любви, а желаешь ее иметь, то делай дела любви, хотя сначала и без любви. Господь увидит твое желание и старание и вложит в сердце твое любовь», – говорил старец.
Иногда, жалея утомленного старца, келейник говорил: «Батюшка, уж два часа», а отец Амвросий отвечал: «Ты переведи их назад, и будет час», – и беседа с посетителями продолжалась. Вот в таком человеке – хронически больном, не способном ни на суровый пост, ни на аскетические подвиги вроде сна на голой земле с поленом под головой – и проявилась сила Божия. Потому что «сила Божия в немощи совершается»
«Одних бьют для полировки, а других для исправления». Письма старца
Святой Амвросий мог каждому человеку простым языком объяснить суть его проблемы. В статье «Святой Амвросий Оптинский: Народ, не разевай рот!» Ксения Орабей собрала его советы из писем духовным чадам.
В письмах он касается того, что мешает человеку жить: осуждения, сплетен, обид на близких, желания всегда быть правым, уныния, лицемерия, неосторожных слов. «Не люби слушать о недостатках других, тогда у тебя будет меньше своих. Некоторые греху осуждения подвергаются от привычки, иные от памятозлобия, другие от зависти и ненависти, а большей частью подвергаемся мы греху этому от самомнения и возношения; несмотря на свою неисправимость и греховность, нам все-таки кажется, что мы лучше многих», – писал старец.
Советы старца просты и конкретны. Про сплетни и пустословие: «Не будь как докучливая муха, которая иногда без толку около летает, а иногда и кусает и тем и другим надоедает; а будь как мудрая пчела, которая весной усердно дело свое начала и к осени окончила медовые соты».
Про обиды на близких: «Оскорбленное самолюбие и самих близких далеко друг от друга поставляет. Что делать? У всех нас немощь одна – желание быть всегда правыми; и желание этой правости и другим досаждает, и людей делает виноватыми пред судом Божиим… Мир душевный имей, а терпеть – терпи, и за себя и за других. Терпение и в буре тишина».
Он не давал общих рецептов на все случаи, потому что «что одному полезно, другому может повредить». Но каждому давал столько, сколько тот мог вместить, – и в этом тоже была любовь. Про лицемерие: «Лицемерие хуже неверия. Нужно жить нелицемерно и вести себя примерно, тогда дело будет верно, а иначе выйдет скверно».
Про любовь к врагам: «Нужно заставлять себя, хотя и против воли, делать какое-нибудь добро врагам своим; а главное – не мстить им и быть осторожными, чтобы как-нибудь не обидеть их видом презрения и уничижения».
Про силу слова: «Нередко от неосторожных слов бывает более бед, нежели от самых дел. Человек словесным потому и называется, чтобы произносил слова разумно, обдуманно».
Про простоту жизни: «Жить проще – лучше всего. Голову не ломай. Молись Богу. Господь все устроит, только живи проще. Не мучь себя, обдумывая, как и что сделать. Пусть будет – как случится – это и есть жить проще». И еще: «Одних бьют для полировки, а других для исправления».
Преподобный Амвросий часто сравнивал мир с надоедливым базаром. А человек – это мужичок, едущий на своей лошаденке через этот базар. Кругом все кричат, навязывают товар, пытаются затащить в какие-то истории. А он не обращает внимания на всю эту ревущую суету, подстегивает лошадку, да так и потихоньку проезжает через все ловушки, обманы, искушения, встречающиеся вокруг.
«Не формальная подачка, а дело сердца». Советы преподобного Амвросия и других оптинских старцев о том, как надо подавать милостыню
Открыто помогать или тайно? Помочь однажды или помогать регулярно? О том, что об этом говорил Амвросий Оптинский и другие оптинские старцы, к советам которых прислушивалась вся Россия, рассказывает Арсений Загуляев в статье «Как подавать милостыню: советы Оптинских старцев».
Главное, в чем сходятся оптинские старцы, – милостыня должна быть не формальной подачкой, а рассудительным делом сердца. Подавать нужно с искренним состраданием, потому что милостыня состоит не в одном подаянии, но в сострадании. Старцы учат жертвовать регулярно. Преподобный Исаакий Оптинский, в миру богатый купец, установил в семье определенный день недели, в который нищим раздавалась милостыня.
Бабушка преподобного Макария по субботам посещала заключенных и передавала им пироги, которые сама пекла. Однажды эта добродетель спасла им с мужем жизнь: зимой на их повозку напала шайка разбойников, и один из лихих людей уговорил главаря пощадить путников, узнав женщину, из рук которой в тюрьме он так часто принимал милостыню.
Преподобный Амвросий Оптинский говорил, что если тебя обворовали, то не надо скорбеть, а лучше представить, что ты дал милостыню, и Господь вернет тебе больше: «В одном из житий Киево-Печерских угодников сказано: ежели кто об украденных у него деньгах не жалеет, то это вменится ему более произвольной милостыни».
Преподобный Макарий оставил замечательные слова для всех благотворителей: «Свойство милостыни есть сердце, сгорающее любовью о всякой твари и желающее ей блага».
Что значит сердце, сгорающее от любви к людям, лучше всех, наверное, знал Амвросий Оптинский.
Как-то раз, выходя из кельи, он увидел вдову с маленькими детьми и очень расстроился. «Вон там пришла вдова с сиротками мал мала меньше. Сирот-то пять душ, а есть нечего, – сказал он послушнику. – Сама горько плачет и просит о помощи. А самый маленький ничего не говорит, а только смотрит мне в глаза, подняв ручонки. Да как же не дать-то ему!» Как потом вспоминал послушник, старец Амвросий тотчас же опустил руку в карман за деньгами. Руки от волнения у него затряслись, лицо стало подергиваться, а слезы против воли полились из глаз…
