«Жаба играла на дудке, Мухомор ее слушал»

Литературная студия для особых детей работает по методике, придуманной ее руководителем Виктором Кротовым. ТЖ – тормошение жанром

Литературная студия для особых детей работает по методике, придуманной Виктором Кротовым – ТЖ, тормошение жанром. Писать ведь не обязательно для миллионов и тысяч, писать можно для друзей, для семьи, для себя, в конце концов. Писать – значит, глубже понимать себя и окружающий мир.

В небольшой комнате в санатории встретились двое. Чем они отличаются? Ну, например, возрастом, один старше, другой младше. Интерес у обоих один и тот же – литература, точнее, письменное творчество, а еще точнее, рифмы. Старший предлагает игру младшему: «Я называю строчку, а ты к ней придумываешь вторую, рифмованную». Игра идет полным ходом, вторые строчки у второго игрока выходят великолепными… Слишком великолепными. Старшему кажется, где-то он их уже слышал. «А ты можешь придумать что-нибудь свое?» – призывает он младшего. Через какое-то время, младший, задумчиво глядя в окно, произносит: «Никто не хочет умереть…». Старший настораживается: «Вот это строчка твоя. Отличная строчка. Давай, придумай вторую». Младший задумывается… «Никто не хочет умереть… Погибнуть или заболеть».

Младший – мальчик 13 лет, глубокий аутист, любит рифмы. Родители это заметили и устроили встречу, описанную ниже. Старший – Виктор Гаврилович Кротов – современный писатель, автор известной книги для детей «Волшебный Возок», журналист… Когда-то, а точнее в 1999 году, ему пришла в голову мысль открыть литературную студию. Как ее проводить? Виктору Кротову это оставалось неясным, и тогда, как он сам признается, все же открывшаяся студия «Родник» взялась за его обучение. Именно этот принцип равенства участников студии (среди которых и ведущий) не позволяет разделять на старших и младших, кроме как исходя из возраста. Студия просуществовала больше десяти лет, приглашая в ней бесплатно участвовать всех желающих. Однако не все могли принять приглашение. Трудности передвижения инвалидов по Москве – известный и печальный факт. Трудности интеграции особых детей в обществе – менее известный, но еще более печальный.

Летом прекращалась работа студии, но не Виктора Кротова. Именно в этот сезон он и отправлялся навстречу особым детям. Так в 2001 году в лагере для детей-инвалидов (проходившем в санатории «Велегож») реабилитационного центра «Наш солнечный мир» заработала студия «Лучик».

«Наш солнечный мир» – это центр реабилитации инвалидов детства. Говоря менее официально, содружество детей, которым в силу тяжелых заболеваний (как например, ранний детский аутизм, детский церебральный паралич…) не просто жить в мире, и взрослых, для которых помощь таким детям стала делом жизни. Программа реабилитации опирается на авторские методики, а также высокоэффективный метод лечебной верховой езды. А в основе программы лежит принципиальное положение об абсолютной ценности каждого человека вне зависимости от его индивидуальных особенностей. Реабилитационный процесс продолжается круглый год. Летом он организован в загородном интеграционном лагере.

С 2001 года литературная студия работала в лагере каждый год до 2005-го. Затем несколько лет ее там не было в силу жизненных обстоятельств, а в конце июля этого 2012 года она открылась снова.

Что такое литературная студия? Сам ведущий отвечает на этот вопрос определением – это обучение тому, чему никто не научит. Концептуально на студии происходят три вещи. Первая – это освоение языка. Разбираясь в этимологии слов, изучая идиомы, ты словно завязываешь дружбу с языком. Вторая – это освоение письменной речи. Благодаря развитию способности конструировать фразу, ясно и точно выражать свои мысли на бумаге повышается коммуникабельность, статус в обществе, самооценка. И третья вещь – это развитие сочинительских способностей. Придумать то, чего никогда не было, значит, в определенной степени, стать творцом.

Методику можно назвать двумя буквами ТЖ, конечно, с последующей расшифровкой – тормошение жанром. Во-первых, необходимо попробовать разные жанры, чтобы найти свой, тот, который помогает раскрыться лучше всего. А во-вторых, существуют жанры, которые специально созданы, чтобы помочь этому жизненно необходимому раскрытию. Например, сказка-крошка. Написать сказку не просто. А что если ограничить ее всего лишь ста словами?

Тайвер
Посреди океана жил на острове Тайвер. Он был кинооператором из Австралии, но решил пожить на острове.

С этого острова он отправился в плаванье на корабле, который попал в сильный шторм. Корабль погиб, а Тайвер очнулся на какой-то поляне, где летали стрекозы с пятью крыльями, а на яблоне росли квадратные и треугольные яблоки.
Встал Тайвер и отправился на юго-запад. Ему казалось, что там должно быть море. Несколько раз он видел море, но это все были миражи. Наконец, он добрался до настоящего моря. Он сделал плот и поплыл на нем. Ему пришлось отбиваться от двухголовых акул, которые плавали вокруг.

Через некоторое время он приплыл на материк по названию Истерия, а там уже отыскал корабль, отправляющийся в Австралию. Все-таки он был австралийцем, а на своем острове жил только временно.

Ваня Проскуряков, 9 лет

Еще интересно написать эссе, например, о сказке.

Судьба сказки
Как странно и интересно материализуются литературные произведения! Не успела написать сказку, выпустила ее еще сырую, не законченную толком, как по ней уже создали мультфильм.

И вот обрел мой Нектопотам объем и цвет, вот задвигался, заговорил… Вот живет отдельно от меня, своей собственной жизнью.

И странное чувство в душе – так, наверное, мать смотрит на первые шаги ребенка.

София Шаталова, 18 лет

А самый «тормошащий» жанр – афоризм-определение. Взять и придумать афоризм почти невозможно. А вот взять слово и попробовать определить его афористично может каждый.

АМЕРИКАНЕЦ – человек, у которого «о`кей» – главное слово по жизни. София Шаталова, 18 лет
ДЕРЕВО – это небоскреб лесных фей. Анжелика Рогозенкова, 9 лет
ЗЕМЛЯ – радость людей. Георгий Кричевец, 26 лет
МЫШЬ – маленький сыщик сыра. Вася Демидов, 10 лет
СОБАКА – это кошка наизнанку. Анжелика Рогозенкова, 9 лет
ТОПОТ – это грохот, нарубленный на кусочки. Леша Любимов, 10 лет
УХО – это воронка, в которую льются звуки. Леша Любимов, 10 лет

Главную часть работы на студии составляют игры. Например, чтобы найти тему достаточно выглянуть в окно, а еще лучше выйти из дома и обойти вокруг него. Если вы посмотрите на фотографию, запечатлевшую такой эпизод в лагере, и увидите девочку с цветком, вы должны понимать, что это не просто девочка, это писатель с темой.

Кроме занятий с детьми Виктор Кротов успел провести в лагере занятия по литературному творчеству со взрослыми и подростками. Занятие с мамами о том, как написать свою сказку. Удивительно, особенно если учесть, что «Лучик» не первая студия за это лето. В июне другая литературная студия работала в Давыдово – селе с довольно заурядным названием, но отнюдь незаурядной историей.

Необычные события в селе начались в середине 1990-х. В Давыдово переселился Владимир Клизко с семьей. Вместе с группой верующих он стал восстанавливать храм. Преобразилась и жизнь села. Владимир стал отцом Владимиром. В январе 2006 году в храме возобновились регулярные богослужения. В этом же году на ферме села появились первые коровы, начал работать приходской детский сад, интернат для неблагополучных подростков, лагерь для детей-инвалидов.

Первая литературная студия открылась в лагере в июне 2009 года. С тех пор она ведет свою работу ежегодно, точнее ежелетно, когда работает лагерь. Студия называется «У храма», и проходит, соответственно, недалеко от церкви – в трапезной. Хотя не только трапезная, все в этом селе находится у храма, если не территориально, то идейно. На вопрос, чем отличаются студии в «Нашем солнечном мире» и Давыдово, Виктор Гаврилович отвечает: «Тем же, чем и сами лагеря». Если «Наш солнечный мир» подкован в смысле разработанной методики, организации, планомерности работы с детьми, то в Давыдово и студия, и лагерь оказываются вовлеченными в общинную жизнь села. Каждый обогащается и обогащает. В лагерь приезжают не только особые дети, но и нормальные. Они становятся детьми-волонтерами, в психологии для них есть специальный термин «опорные дети». Они тоже ходят на студию. И, по словам очевидцев, радостно за тех и других, потому что для волонтерских детей тут на всю жизнь драгоценная прививка терпимости, толерантности и умения ладить с любым человеком.

Стоит ли вообще делать разграничение и использовать неясное словом «нормальный»?

На следующий вопрос, чем отличается студия в Москве и в лагере для особых детей, Виктора Гаврилович отвечает: «Глобально, ничем». Каждый из детей уникален. Несмотря на то, что занятия проходят в группах, любая из студий нацелена на индивидуальность. Виктор Кротов убежден, что для каждого существует прообраз души, прообраз личности, говоря открыто, замысел Бога об этом человеке. Даже если не в каждом ребенке, тем более не в каждом особом ребенке заложен талант (в общепринятом значении этого слова) к писательству, то каждый из них, убежден ведущий студии, способен к литературному творчеству в той или иной мере. Ведь писать не обязательно для миллионов и тысяч, писать можно для друзей, для семьи, для себя, в конце концов. Писать – значит, глубже понимать себя и окружающий мир. И на эти убеждения приходится твердо опираться в работе с особыми детьми.

Разными могут быть лишь приемы. Например, часто аутисты могут писать только с поддержкой руки. Если ребенок не способен держать ручку, то на помощь приходит диктофон. Естественно, это дополнительная нагрузка для ведущего. Потом все необходимо расшифровать и внести в компьютер. Зато сколько радости увидеть свои работы напечатанными в газете, пусть скромной настенной внутри лагерной. Одному из особых мальчиков, который ни одним пальцем не может нажать на клавишу компьютера, папа изобрел шлем с подобием клюва, позволяющий пользоваться клавиатурой с помощью движений головы. Для кого-то из особых детей присутствие на студии уже достижение, даже если они не произнесут и не запишут ни строчки. Их плоды работы мы не увидим, но будем верить в них вместе с теми, кто находится рядом с этими детьми. Результаты говорящих и пишущих особых детей нам тоже по-настоящему оценить не получится. Кто-то на студии говорит фразами из букваря, но эти фразы усилиями ребенка создаются заново. А кто-то пишет так, как не напишет ни один «нормальный» ребенок (во-первых, действительно талантливо, во-вторых, по-своему). Поэтому для приведенных здесь примеров не выбираются работы только особых детей и не даются диагнозы, мы решили указать только возраст.

Жаба и Мухомор
Жил-был гриб Мухомор, и была у него подруга Жаба. Жаба любила играть на дудке, а Мухомор любил ее слушать.
Послушать Жабу прилетали мухи. Потом Жаба переставала играть на дудке, чтобы поспать, но сначала проглотить жирную и вкусную муху. Тут мухи сразу же улетали.
А однажды Жаба потеряла дудку где-то в лесу. И к ней перестали прилетать мухи. Потом, услышав ее песню без дудки, от нее сбежал Мухомор.
Жаба была очень расстроена. Ей не хотелось ни есть, ни пить. Она сидела и ждала старости.
Но потом случилось чудо: Мухомор нашел в лесу потерянную жабью дудку.
Жаба прыгала от счастья, и все стало по-прежнему. Жаба играла на дудке, Мухомор ее слушал, прилетали мухи, и всем опять было хорошо.
Ульяна Верещага, 4 года

Перевозка веников
Сегодня за завтраком пришла Оксана и всем дала задание вязать веники. Все взялись за работу, а мы с Ваней их возили. Правда, я немного поныл. Думал, что грузовик дрова привезет, и мы их возить будем. Но сегодня грузовик не приехал. Все вязали веники и мне давали их в руки, чтобы мы с Ваней отвозили. Я жутко проголодался, поэтому поел веник. И чуть было не закашлялся.

Георгий Кричевца, 26 лет

***
Солнце разнесает,
птички вхор поют.
Тучи улетают,
и кругом уют.

Маруся Любимова, 4 года

КНИГА – рассказывание без звука. Георгий Кричевец, 26 лет
МАТЕМАТИКА – мучение в цифрах. Георгий Кричевец, 26 лет
НЕБО – потолок, по которому плывут облака. Георгий Кричевец, 26 лет
СТРАХ – это гроза, которая происходит в душе. Леша Любимов, 10 лет
УЛЫБКА – это дорога к смеху. Полина Пономарева, 9 лет

Как вы видите, темы работ весьма разнообразны. Одна из них, кстати, называлась «Как обходиться без Виктора Гавриловича». Однако обходиться без Виктора Гавриловича хоть и полезно, но вовсе необязательно. Дело в том, что, начиная с февраля 2009 года и по настоящий момент, ведет свою работу интернет-студия «Изюминка».

Основной принцип тот же (о чем красноречиво свидетельствует название): в каждом есть изюминка. Существующее в каждом «по-своему» – не только основная концепция, но и основной ресурс литературного творчества. В работе студии может участвовать любой… или почти любой. Несколько раз в ней пытались участвовать дети. На протяжении определенного времени им это удавалось. Однажды к работе подключилась девочка, принялась выполнять ВОЗы (возможные задания), причем умело и самобытно. А скоро выяснилось, что ей 4 года, что у нее тяжелая форма ДЦП, она не ходит, не говорит, почти глухая, ее с трудом вытащили из слепоты. За время своего участия в студии девочка успела написать несколько стихов, сказку, напридумывать афоризмы-определения, списаться с ведущим. Затем контакт прервался. Может быть, у девочки появились другие интересы, а может быть, здесь необходима поддержка родителей. Хотя, что гадать? Поддержка необходима всегда и любому ребенку. «Как бы педагог ни старался, – говорит Виктор Кротов, – если занятие литературным творчеством не находит поддержки родителей, все пропало». Сильно меняло дело участие родителей в студиях в Давыдово и «Нашем солнечном мире». А если климат творчества и созидания продолжает поддерживаться в семье… Хотя бы минимально. Мама одного мальчика сообщает, что у них прижилась игра в афоризмы-определения. Да если просто брать на себя труд записывать то, что даже без всякого стимулирования придумывают, произносят, поют, рассказывают дети! Здесь, по словам Виктора Кротова, остается только удивляться оправданиям мам здоровых детей, когда существуют мамы особых, которыми не восхищаться нельзя. И ситуацию которых он однажды сравнил с тем героическим случаем, когда мама, чтобы спасти ребенка, попавшего под колесо, поднимала автомобиль. Только здесь автомобиль приходится держать годами.

Тайна Нектопотама
Жил-был Нектопотам. Он был самым потамным из всех знакомых ему Потамов, и очень-очень таинственным. Он носил темные очки, парик, как у Аллы Пугачевой, и всегда радовался, когда про него говорили: «Вот идет некто Нектопотам!».

Нектопотам жил один, в доме на окраине, и никого к себе не пускал – ведь дома он снимал очки и парик!

Однажды Нектопотам получил письмо от своего дальнего родственника Гиппопотама: тот хотел приехать в гости. Нектопотам испугался и занервничал, ведь родственника неудобно принимать в очках и парике, а раскрывать свой настоящий вид он ну, никак не хотел! Нектопотам не знал, как быть, и даже хотел сбежать из дома, лишь бы не встречаться ни с кем, кто его знал. Но пока он решал, как быть, время прошло – и Гиппопотам приехал. Он вошел и воскликнул:

– Здравствуй, моя дорогая троюродная сестренка! Я люблю тебя и хочу на тебе жениться.

– Ах! – сказал Нектопотам и упал в обморок.

А Гиппопотам снял с него очки и парик, и под ними оказалась прекрасная гиппопотамья девушка.

Они поженились.

София Шаталова, 18 лет

***
Вокруг поля. Вокруг леса.
А в центре – Божий храм.
Здесь я учился Божьим быть,
Благодаря всем вам!

Коля Романенков, 12 лет

Мы просим подписаться на небольшой, но регулярный платеж в пользу нашего сайта. Милосердие.ru работает благодаря добровольным пожертвованиям наших читателей. На командировки, съемки, зарплаты редакторов, журналистов и техническую поддержку сайта нужны средства.

Для улучшения работы сайта мы используем куки! Что это значит?

Читайте наши новости в Телеграме

Подписаться