«Тогда Ирод, увидев, что он обманут волхвами, весьма разгневался и послал истребить всех младенцев в Вифлееме и во всей области его, от двух лет и ниже, по времени, которое точно выведал от волхвов. Тогда исполнилось сказанное чрез Иеремию пророка: Голос в Раме был слышен, плач и вопль великий; Рахиль плачет о детях своих: и не хочет она утешиться, потому что их нет». Евангелие от Матфея, 2:16-18.
Евангельское повествование об убиении вифлеемских младенцев комментирует священник Федор Бородин, настоятель храма Космы и Дамиана на Маросейке (Москва):
– Именно на Вифлеемских младенцах исполнились слова Соломона: «Есть праведники, а дана им участь в меру деяния нечестивцев».
Дана кем? Богом. Но для большинства людей, даже христиан, их земная жизнь – тот центр, вокруг которого все вращается, а смерть – горе. Мало тех, для кого, как для ап. Павла, жизнь – Христос, а смерть – приобретение.
Поэтому ответы есть, но понять, тем более принять их мы можем лишь там и потом, а здесь, на земле, мы их не вмещаем, и не только убийство невинных детей, но и страдания их земной жизни.
Если поехать в какой-нибудь дом малютки для детей-инвалидов, эти вопросы моментально вскипают в сердце: за что, почему? Но если вспомнить слова ап. Павла о том, что ему нечем хвалиться, кроме креста Христова (ср. Гал. 6:14), то есть кроме страданий, то мученичество Вифлеемских невинных младенцев (которых уже во II-III веках почитали святыми) может дать нам надежду, когда, на исходе нашей жизни оглядываясь назад, и мы найдем то, что созвучно кресту Христову в своей судьбе – наши страдания.
Больше, наверное, мы ничего представить в свое оправдание не сможем, ничем «похвалиться» не сможем, потому что все наши добродетели отравлены грехами: тщеславием и т. д., а вот страдания, которые мы понесли, – это то, что может стать нашей похвалой перед Богом.
Так в полноте дана похвала от Бога и Вифлеемским младенцам. Ведь Господь им дал самое большее, что Он приготовил для человека: Царство Небесное. А их страданиями, может быть, была и будет спасаема не одна еще душа, которую страдания невинных не оставят в тупике, не озлобят, а отвратят от злобы этого мира.
И конечно, в эти дни воспоминания Вифлеемских младенцев, мы не можем не думать о тех сотнях тысяч детей, которые убиваются во чреве.
Почему-то у людей неверующих первый вопрос, который, как они сами говорят, мешает им верить: если есть Бог, почему же страдают дети? Но следующий пункт: свободу абортам, это наше право.
Почему-то всегда это соединяется. И наоборот, когда для человека Бог не абстракция, когда уже есть отношения с Богом как с Отцом, есть опыт любви, вопросы о страданиях невинных все меньше возмущают ум – при том, что и ответов точных не получено. Но есть опыт доверия Богу. Такой человек просто идет в детский дом и помогает невинно страдающим младенцам.
