В благодарность Богу, в память об умершем, от избытка сил

Три истории добровольцев, записавшихся в «красную зону»

В Москве начались занятия на кратких курсах по подготовке добровольцев для ковидных «красных зон» в больницах. Помощь самым тяжелым пациентам очень нужна: утешать, поддерживать, умывать, подавать утки, держать за руку. Мы поговорили с тремя студентами курсов – зачем им это?

Хочу отблагодарить Бога

У Романа необычная профессия – чтец аудиокниг.

«Все началось еще в школе, – вспоминает он. – Участвовал в конкурсах чтецов, выигрывал. Параллельно играл в музыкальной группе, но работать голосом мне нравилось больше».

Потом началась взрослая жизнь. Сначала работал в рекламе, писал сценарии. Вот только работал в Москве, а жил в Подмосковье, два часа в один конец. В электричке толпа, если не сел, книжку в руках держать неудобно. Так постепенно пристрастился к аудиокнигам.

«В начале 2000-х готовых аудиокниг было мало, – вспоминает Роман. – Гораздо чаще записывали их сами, вывешивали на форумах. С такого форума я, помню, впервые скачал «Гарри Поттера» и не читал его, а слушал. Такая возможность погрузиться в другой мир, прямо стоя в электричке, меня потрясла. Потом начал слушать другие книги, философские, святых отцов».

В один прекрасный день Роман зарегистрировался на сайте «Клуба любителей аудиокниг», где участники обменивались записями.

– Помню, послушал рассказ Стивена Кинга. И подумал: «Ну, до чего ж плохая запись. Даже я, наверное, лучше сделаю!» Всякие программки по сведению звука мне были знакомы. Поставил микрофон и сделал. Вывесил, другие участники послушали и сказали: «Молодец, покупай аппаратуру получше и продолжай!»

С годами хобби обернулось контрактами с несколькими изданиями. А параллельно профессии всегда существовало волонтерство.

У меня в жизни была такая ситуация, когда Бог буквально спас меня, вывел из тьмы на свет, – вспоминает Роман. – Что конкретно было, не расскажу, это личное. Было разочарование и отчаяние, и ощущение, что все становится день ото дня только хуже. А потом все как-то управилось.

– После этого вопрос: «Как я могу отблагодарить Бога?» – передо мной встает регулярно. Иногда меня так распирало от благодарности, что я мог зайти в храм, спросить, чем помочь, что нужно сделать. Мыл полы, таскал тяжести. Но этого мало!»

Сначала Роман ездил в детские дома. Читал рассказы, дети слушали. Потом в детские дома стали ездить многие, а сиротам такое внимание постоянно меняющихся людей неполезно, и Роман потихоньку свернул активность.

Пошел в фонд «Вера». Читал рассказы старикам в хосписе, потом заметил, что слушать чтение им тяжело. Тогда взял гитару и начал петь. А потом начался ковид, и хосписы закрыли для посторонних. А Роман увидел объявление о том, что нужны волонтеры в «красной зоне».

«Оно еще написано было так хорошо, – говорит он: “Нужен ты, да, прямо сейчас”. И я понял, что это я нужен. Господь же четко говорит, где Он ближе всего – в больницах и в тюрьмах. Значит, мне надо туда. Работы не боюсь, а острее темы ковида сейчас ничего нет – ну, значит, вот она как раз область, достойная мужчины, где можно совершить подвиг. Думаю, что справлюсь, концерты для умирающих тоже, знаете ли, не так просто давать.

Еще я, кстати, заметил, что мужчин записалось гораздо меньше, чем женщин. Но ведь таскать тяжести, те же кислородные баллоны, я могу лучше».

В память о маме

«В октябре прошлого года умерла от ковида моя мама, – вспоминает Анастасия. – Это было в московской 15-ой больнице, а туда она попала из ковидного госпиталя в Ледовом дворце в Крылатском. Пока она лежала там, мы общались, потом в какой-то из дней телефон вдруг стал недоступен.

Мы позвонили в сам госпиталь, и нам сказали, что маму выписали домой. Мы остались в недоумении – мамино состояние перед тем едва ли позволяло ее выписывать. Тогда мы начали звонить в скорую помощь, чтобы уточнить маршрутизацию пациентов, и после четвертого или пятого звонка маму нашли. Оказалось, ее перевели в реанимацию».

Связи с мамой не было никакой. Оставалось раз в три часа звонить на «горячую линию», где родным выдавали скупые сведения – температура, сатурация, давление, все.

Настина мама – сама врач, хоть и проработала всю жизнь не с пациентами, а в лаборатории. Врачом была и бабушка, мамина мама. Благодаря этому у семьи осталось много знакомых в медицинских кругах. По этим каналам Насте иногда удавалось узнать о маме что-то неформальное – например, в один из дней ей передали, что маму интубировали. А потом ночью позвонил реаниматолог и сказал, что мама скончалась.

«Мама всю жизнь была очень отзывчивым человеком и очень многим помогала, – говорит Настя. – И я поняла, что так, как было в её последние дни, когда с ней некому было даже поговорить, посидеть рядом, подержать за руку – быть не должно».

После маминой смерти Настя пошла волонтером в 52-ю больницу – там волонтерская служба есть давно.

«К волонтерской деятельности я до того относилась холодно. Не понимала, зачем это, считала пустой тратой времени. Но после случая с мамой все буквально перевернулось. Теперь я знаю, что у пациентов в реанимации периодически начинается паника, кто-то беспокоится от одного факта, что попал в больницу. А врачам некогда успокаивать – они в это время жизни спасают.

Бывает, человек и говорить с тобой не может – без маски сразу падает сатурация. Но все равно хотя бы побыть рядом с ним, сказать что-то, поддержать – это очень важно».

У меня много энергии

Мария – главный бухгалтер большой фабрики-прачечной и очень активный человек.

«В прошлом году, когда были всякие самоизоляции, я ни дня не сидела дома. Работать в обычном режиме, как и всей сфере услуг, нам запретили. Позже мы придумали забирать заказы с курьерами, но выручка все равно упала до минимума. И нам надо было найти денег, чтобы выплатить зарплату, налоги, сохранить сотрудников, а значит сохранить фабрику!

В одном месте взяли кредит, в другом – получили субсидию, еще немного подкинуло государство, но все равно все это – переговоры, бумаги. Да, 70% встреч шло в удаленном формате, но где-то приходилось ездить и лично, и потом – не все же документы электронные. В итоге весь прошлый год я ездила на работу и не сказать, чтобы очень береглась – где-то не носила перчатки и не мыла руки по сто тысяч раз на дню, – вспоминает  Мария. Господь  берег».

К осени лихорадить фабрику, наконец, перестало. Жизнь вошла в обычное русло. И в январе Мария отправилась на Киевский вокзал кормить бездомных.

«Бездомных мне всегда было жалко, – говорит она. – Собак-кошечек, например, многие жалеют, а этих людей – нет. В итоге я нашла одну православную организацию, которая раздавала обеды, и присоединилась к ним. Я – воцерковленный католик, но с католическими организациями у меня почему-то не складывается – я им пишу, а они мне не отвечают. А с православными мы чудесно работали вместе, при этом они в курсе, кто я».

Помимо общественной работы, Мария три раза в неделю занимается спортом. «А от этого энергии еще больше, ее надо куда-то девать, – смеется она. – Понимаете, если я буду сидеть без дела, моя бурная фантазия начнет придумывать какие-нибудь трудности, затем депрессия, а там и до уныния недалеко. Или, что еще хуже, полезу в жизнь дочери, а она у меня взрослая и давно замужем. У нее своя жизнь, надо к этому привыкнуть».

Когда Мария начала кормить бездомных, дочь, кстати, очень переживала.

«Она знает, что я – человек впечатлительный, всегда близко к сердцу принимаю чужие проблемы, расстраиваюсь, потом сердце болит. Но мы тогда договорились: если я пойму, что не справляюсь со своими эмоциями, я перестану этим заниматься. Невозможно описать словами те ощущения, которые испытываешь после кормления бездомных, будто реально Христос стоит к нам за едой посреди этих людей. Все твои проблемы уходят, остается только покой, тихая радость, да и просто хочется обнять весь мир. И дочь это видела».

Про будущую работу в «красной зоне» Мария сначала говорит сдержанно. Дескать, маленьких детей у меня нет, я привилась еще до начала нынешнего ажиотажа, должно быть неопасно.

А потом не выдерживает: «Знаете, у меня ж силы – как у атомной электростанции. Надо же их как-то тратить. И еще, я чувствую, что это Господь открывает мне какие-то возможности, ведет, а значит, все будет хорошо. Я верю».

Вы тоже можете присоединиться к волонтерам и помогать в «красной зоне» в Москве тем, кому сейчас труднее всего! Для записи в добровольцы нужно заполнить анкету.

Мы просим подписаться на небольшой, но регулярный платеж в пользу нашего сайта. Милосердие.ru работает благодаря добровольным пожертвованиям наших читателей. На командировки, съемки, зарплаты редакторов, журналистов и техническую поддержку сайта нужны средства.

Читайте наши новости в Телеграме

Подписаться