Каждый день тысячи москвичей по привычке трогают ботинок бронзового юноши с книгой в вестибюле станции метро «Площадь Революции». Но мало кто знает, что эту скульптуру лепили с реального человека. Это Аркадий Гидрат – чемпион Москвы и СССР по прыжкам в высоту. И младший лейтенант, в 1941 году воевавший на Синявинских высотах, где решалась судьба блокадного Ленинграда. Почти 60 лет Аркадий Гидрат числился пропавшим без вести. Пока поисковики не нашли его смертный медальон и не прочли предсмертную записку.
Задача: выбить немцев с занятых позиций
Теплым сентябрьским днем 1941 года на Синявинских высотах под Ленинградом грохотал бой. Несколько дней назад, 8 сентября, вокруг города сомкнулось кольцо. После авианалетов сгорели деревянные Бадаевские склады с продовольствием и есть ленинградцам теперь было нечего. Связь с большой землей – только по Ладожскому озеру.
Эта Дорога жизни постоянно обстреливалась врагом, но и до осажденного города что-то добиралось. Но фашисты мечтали перерезать и эту артерию. Чтобы этого не допустить, часть подразделений перебросили к деревне Синявино. Задача нашим бойцам была поставлена четко: выбить немцев с занятых позиций, чтобы не допустить полной блокады Ленинграда.
Только вот фронт в Синявинских болотах был одним из самых страшных на этой войне. Места эти – зыбкие болота, даже зимой непроходимые ни для техники, ни для людей. Везде, куда ни ступи, торфяная почва, обильно пропитанная влагой. Начинаешь копать окоп – и сразу оказываешься по колено в мутной жиже.
Единственным сухим местом здесь были Синявинские высоты – два холма, которые возвышались над землей метров на 20. Но именно там укрепился противник, у которого красноармейцы были как на ладони. У фашистов здесь был круговой обзор на несколько километров. Как только наши шли в атаку, по ним били прямой наводкой.
В числе прочих в сентябре 1941 года на Синявинских высотах воевала рота курсантов под командованием младшего лейтенанта – высокого улыбчивого парня. Во время боя командир с бойцами укрылся в неглубокой, наспех вырытой траншее. Командир пытался отследить в бинокль действия противника, отдавал приказания своим бойцам, принял донесение связного. Снова начался обстрел. Густо полетели осколки. Погиб командир. И из его роты никого в живых не осталось.
Записка в медальоне
За три года боев на Синявинских высотах, на маленьком краешке русской земли чуть больше 10 километров, погибло больше 360 тысяч советских солдат. Напротив многих фамилий в архивах написана короткая фраза: «пропал без вести». Ни даты, ни места гибели. Каждый год поисковые отряды поднимают из земли в тех местах останки сотен бойцов, которые отдали жизнь за спасение Ленинграда.
Уже в наше время, дождливой осенью 2000 года сюда, в Ленинградскую область на Синявинские болота на разбитом «козлике» приехали ребята из сводного офицерского поискового отряда «Честь и долг». Один из поисковиков, Владислав Прохоренко, нашел в болотах сразу двух солдатиков.
Останки лежали в стрелковой ячейке, заросшей травой, – на скорую руку вырытой траншее. Этот окоп находился совсем рядом с вражеским пулеметным дзотом. Так наши бойцы, стараясь держаться как можно ближе к противнику, надеялись уйти от смертоносного шквала снарядов. Сразу было понятно, что один из солдатов – офицер: рядом с ним лежал бинокль и кобура от нагана, а на воротнике гимнастерки уцелел металлический «кубик» (знак отличия. – Ред.) младшего лейтенанта.
Среди костных остатков и лоскутов гимнастерки офицера поисковик нащупал солдатский смертный медальон. В расколотой капсуле лежала полуистлевшая записка. Четыре часа в напряженной тишине, при свете фонариков, дрожащими от напряжения руками, поисковики разворачивали листочек папиросной бумаги и приглядывались к стертым от времени буквам, написанных простым карандашом. И, наконец, смогли прочитать: «Гидрат Аркадий Антонович, гор. Гусь-Хрустальный, пос. Красный… Гидрат Валентине – живи счастливо. Аркадий».
Парень с книгой
Второй из солдатиков так, к сожалению, и остался безымянным. Поисковики предположили, что он был связным командира. Останки обоих бойцов захоронили с воинскими почестями на мемориале «Синявинские высоты» совсем рядом с местом гибели. Но, может быть, бойца по фамилии Гидрат кто-то ищет? Не может быть, чтобы не искали. Конечно, прошло почти 60 лет, но…
По указанному в медальоне адресу полетели запросы. В Гусь-Хрустальном никакой информации не оказалось. Москва? Ничего. Сведения нашлись в Центральном архиве министерства обороны РФ: «Младший лейтенант Гидрат Аркадий Антонович, 1911 г.р., уроженец города Калуги, призван Красногвардейским РВК города Москвы. Командир стрелковой роты курсов «Выстрел» Ленинградского фронта, пропал без вести в сентябре 1941 года. Жена: Гидрат Валентина Васильевна, проживала: г. Москва, ул. Казакова, дом…, квартира…».
Но жена героя, Валентина Васильевна, умерла в 1987 году, так и не узнав о судьбе мужа. Но поисковикам удалось найти в Москве дочь погибшего героя, Ольгу Аркадьевну Гидрат. Она всю жизнь проработала гидрогеологом, воспитала сына, которого назвала Аркадием – в честь отца.
Поисковики встретились с ней и обо всем рассказали. Ольга Аркадьевна удивилась этому известию и не могла сдержать слез. Последний раз она видела отца, когда он уходил на фронт, ей тогда было года четыре. Она хорошо помнила, как он посадил ее на плечи – и они долго-долго стояли возле зеркала. Может быть, отец хотел запомнить их счастливыми? «А потом папа ушел, и больше вестей о нем не было», – вздохнула Ольга Аркадьевна.
И попросила ребят съездить с ней в «одно место».
Надо – значит надо. Они спустились в метро и доехали до станции «Площадь Революции». Здесь, в толпе вечно спешащих пассажиров, они прошли мимо скульптуры пограничника и его собаки, с затертым до золотого цвета бронзовым носом… Так, куда дальше? Ольга Аркадьевна подошла к фигуре задумчивого парня с книгой, положила руку на ботинок скульптуры и улыбнулась: «Знакомьтесь, это мой папа». Как – папа? В каком смысле? В самом прямом. Аркадий Гидрат был тем самым человеком, с которого лепили скульптуру парня с книгой на станции «Площадь Революции». Теперь удивились поисковики.
Чемпион и рекордсмен
Хотя сегодня это имя вряд ли что скажет даже знатокам истории спорта, но Аркадий Гидрат был одним из самых известных советских легкоатлетов довоенного времени.
Родился он 19 февраля 1911 года в Калуге. Его настоящее отчество – Оттович, так как отец был из обрусевших немцев. В 1930 году молодой человек поступил по комсомольской путевке в Московский институт физкультуры – и тут же заявил о себе как о выдающемся спортсмене. Несколько лет Аркадий Гидрат был чемпионом Москвы и СССР по прыжкам в высоту. И даже вошел в список 50 лучших прыгунов за всю историю советского спорта, став первым, кто преодолел высоту в 190 см.
Но славился не только физической силой: Аркадий любил играть в шахматы и успешно выступал в городских турнирах. Рекорд за рекордом, зарубежные соревнования, слава – но Аркадий совсем не зазнался. Получив диплом с отличием, он остался преподавать в родном институте на кафедре легкой атлетики. В характеристике для военкомата указано, что Аркадий был хорошим педагогом, с любовью занимался со студентами, передавал знания и опыт, повышал спортивные результаты и был активен в общественной жизни. В его трудовой книжке, до сих пор хранящейся в музее университета, много благодарностей от руководства.
Во время учебы Аркадий женился на красавице-спортсменке из Гусь-Хрустального Валентине Барановой, свадьбу играли прямо в студенческом общежитии.
Ваш муж пропал без вести
В начале 30-х годов прошлого века в Москве развернулось грандиозное строительство метрополитена. Однажды скульптор Матвей Манизер увидел фотографию именитого спортсмена Аркадия Гидрата в газете. А именно Манизер в тот момент уже работал над скульптурами для станции «Площадь Революции» – и искал повсюду идеальных советских людей. Сомнений не было – Аркадий должен позировать!
Ведь он настоящий символ эпохи – сильный, целеустремленный. В 1938 году скульптура парня с книжкой, которую Манизер лепил с Аркадия, украсила московскую подземку. А Гидрат и на это не обратил особого внимания. Засел за диссертацию на тему «Основы методики обучения прыжку в высоту с разбега». Но так ее и не защитил – в 1939 году Аркадий ушел на советско-финскую войну добровольцем, служил в лыжном батальоне.
Вернувшись, не стал терять времени, снова сел за кандидатскую диссертацию. Но опять помешала война. В первые дни Великой Отечественной войны Аркадий Гидрат ушел на фронт добровольцем. В августе 1941 года сержанта Гидрата, как отличившегося в боях, отправили на курсы для младших командиров «Выстрел» в Солнечногорск. Оттуда, осенью 1941 года, в самое пекло – на Синявинские высоты, где решалась судьба блокадного Ленинграда. А потом жене пришло извещение: «Ваш муж Гидрат А.А. пропал без вести в сентябре 1941 г.».
После войны Валентина не теряла надежды выяснить судьбу мужа. Писала запросы, письма. Но ничего прояснить не удалось. Весточки о судьбе своего Аркаши она так и не дождалась до конца жизни. Сколько им было отведено? Всего несколько лет счастья… Когда было совсем грустно, взяв с собой дочку Олечку, Валентина спускалась в метро, подолгу сидела рядом со скульптурой и плакала. Больше ей прийти было некуда, ведь всю ее жизнь муж числился пропавшим без вести. Каждый год в День Победы Валентина с Ольгой покупали гвоздики, спускались в метро и клали цветы возле скульптуры парня с книжкой. А когда Валентина состарилась, к памятнику в метро ей помогала добраться взрослая дочь.
…Весной 2001 года на место гибели отца на Синявинские высоты приехала Ольга Аркадьевна. Посидела. Помолчала. Представила, как болота стали смертельной ловушкой для бойцов. Как солдаты гибли не только от огня противника, но и от грязной воды и холода. Как буксовала и тонула техника, поэтому убитых и раненых невозможно было эвакуировать. Как вместе с ее отцом тысячи бойцов Красной Армии навсегда остались в этих местах. Ольга Аркадьевна повесила на кривую березку у того самого окопа иконку, положила цветы и прислушалась. Как будто снова идет бой. Или ей это только кажется?
Пули, которые посланы мной,
не возвращаются из полета,
Очереди пулемета
режут под корень траву.
Я сплю,
положив голову
на Синявинские болота,
А ноги мои упираются
в Ладогу и в Неву.
Александр Межиров
Коллажи Дмитрия ПЕТРОВА с использованием фотографий РИА Новости, из архива музея РУС «ГЦОЛИФК»
