Уход за постинсультными больными — в числе приоритетных направлений работы сестер милосердия, которые обеспечивают уход за одинокими больными в Первой Градской больнице. Татьяна Раух, сестра милосердия в отделении неврологии, утверждает, что один из главных факторов успешной реабилитации – это мотивация больного

Уход за постинсультными больными — в числе приоритетных направлений работы сестер милосердия, которые обеспечивают уход за одинокими больными в Первой Градской больнице. Татьяна Раух, сестра милосердия в отделении неврологии, утверждает, что один из главных факторов успешной реабилитации – это мотивация больного.


В Первой Градской больнице Фото с сайта

— Татьяна, сколько времени на восстановление требуется человеку, перенесшему инсульт?
— Чем больше, тем лучше! Хотя сегодня истории больных мелькают перед нашими сестрами гораздо быстрее, чем раньше. Все знают, что законодательство изменилось. Если раньше постинсультному больному давалось три недели пребывания в стационаре на восстановление, то теперь — всего две.

— Но ведь это, будем откровенны, снижает шансы на благополучный исход?
— Разумеется, это не на пользу людям. К счастью, не все так просто. На бумаге решение есть, но если родные проявляют какую-то настойчивость, то после личной беседы с врачом могут найти способы продержать своего родственника в больнице дольше. Важна позиция заведующего отделением, потому что решение принимает он. Как важно, чтобы на этой должности трудились человечные люди! Если у человека нет речи, у него парезы и другие признаки тяжелого состояния, сокращать его срок пребывания в больнице категорически нельзя. К счастью, один из плюсов нашей системы состоит в том, что одинокого пациента, которого некому забрать, просто так выкатить на улицу на каталке нельзя. Это официальное преступление.

— Часто приходится сталкиваться с такими пациентами?
— Случается. Вот вам трагическая, но вполне типичная история. Лежала у нас в Первой градской одна старушка — Вера Федоровна. Бабушка была старенькая, болящая, но адекватная. Она отписала свою квартиру каким-то приезжим с Кавказа в надежде на то, что они будут ухаживать за ней до самой смерти. Вначале эти люди действительно заботились о старушке, шашлыками подкармливали, баловали — восточные люди это умеют. А потом им стало это надоедать. Когда у старушки случился тяжелый инсульт, она больше суток пролежала дома одна, не вставая. Ее нашли соседи. К нам в Первую градскую она попала уже с тяжелейшими пролежнями на бедре — с гноем, даже кость видна. Бабушка была замерзшая, неухоженная, уже с пневмонией. Мы отыскали только ее двоюродных или троюродных племянников – пожилую пару из Подмосковья. Люди неплохие, но ухаживать были не в состоянии. К тому же никаких отношений с бабушкой они раньше не поддерживали — на них эта ситуация свалилась, как снег на голову. Приезжали в больницу, привозили то, что было необходимо, но забрать ее к себе не могли.

— Сколько же эта пациентка провела в отделении неврологии?
— Месяца три. Мы залечили ее пролежни до белой кожи. Еще долго общались с Верой Федоровной, она стала для нас практически членом семьи. Мы старались стимулировать, чтобы она что-то делала руками. Вера Федоровна пыталась сбежать из койки и все время падала. У нее постепенно восстанавливалась речь и движения. А потом нам удалось устроить ее в интернат: квартиру-то уже захватили.

— От чего зависит восстановление больного?
— От качества и тщательности ухода. Вообще согласно правилам, лежачего пациента необходимо переворачивать каждый час.

— Это возможно? Больных много, сестер не хватает…
— Да, у нас много больных. Стараемся менять положение хотя бы каждые 2-3 часа. Есть даже такой термин: «лечение положением». Правильное размещение тела пациента после инсульта способствует скорейшему выздоровлению. Парализованная сторона тела обычно провисает — рука и нога могут отекать. А еще при размещении на спине важно придавать телу симметричное положение: парализованная часть тела должна лежать как здоровая. При повороте набок необходимо фиксировать положение при помощи валиков, подушек, одеял. И следить за тем, чтобы одна рука и нога были параллельны другой руке и ноге на другой половине тела. Не должно быть ни свисания, ни сдавливания. Тогда нагрузки на сосуды равномерны и восстановление происходит быстрее.

— А массаж?
— Массаж после инсульта показан не всем. Если есть тромбы или риск их возникновения, его делать нельзя. Но движение необходимо всем постинсультным больным. Ведь больной свою конечность не узнает — ощущает как палку или веревку. Его нужно заставлять двигаться. Человек после инсульта часто вообще не может адекватно оценить свои силы. Больному хочется встать, пойти в туалет, например. Но тело его не слушается. Вставать очень опасно — это ведет к травмам и ухудшению самочувствия. Объяснить это невозможно. Поэтому важно давать больному замещение привычных движений. Например, разрабатывать здоровой рукой — больную. Ведь после инсульта какая-то часть мозга отказывается функционировать. А здоровые клетки берут на себя нагрузку по принципу замещения. И все происходящее стимулирует процессы восстановления. Вообще скорость и эффективность реабилитации зависят от настроя самого человека: часто у человека пропадает воля. Он лежит в каком-то отрешенно блаженном состоянии, его кормят с ложечки, обхаживают, и он ничего не хочет. А ему надо работать, работать и работать — делать упражнения. Тех, кто не хочет за себя бороться, надо заставлять.

— Это серьезная психологическая проблема?
— Да. Иногда говорят, что нам приходится стать руками или ногами человека, который ничего не может. Но кроме этого часто приходится стать волей перенесшего инсульт. Безволие — болезненное состояние, которое часто сопровождает инсульт. Вывести из него человека очень трудно, намного труднее, чем все делать за него самому. Нужно сформировать мотивацию. Если удается найти стимул — все закончится хорошо.

— В Вашей практике есть примеры, когда удавалось замотивировать человека?
— Недавно у нас в отделении лечилась еще одна старушка, Ольга Германовна. Худенькая, высохшая, 87 лет. У нее не было парезов, обе стороны тела работали. Но зато была сильнейшая спастика. Бабушка долго была без сознания. Казалось, что она одеревенела — руки и ноги зажаты, перевернуть ее было тяжело, а одной сестре просто невозможно. В таком состоянии быстро образуются пролежни, развивается пневмония. При лечении пневмонии сильно страдает кишечник — начинается постоянный жидкий стул из-за дисбактериоза. Это было очень мучительно для пожилой женщины. Но несмотря на свои 87 лет, она оказалась довольно активной. На момент выписки речь еще не восстановилась, но женщина активно реагировала невербально — мозговая активность налаживалась. Бабушка очень радовалась, когда с ней беседовали, повторяла различные слова. Значит, восстановление речи — не за горами. Возможно, сыграло свою роль то, что эта пожилая женщина — ученый, физик-ядерщик, очень мотивированный человек. К ней приходила подруга близкого возраста. Но мы боялись выписывать ее домой, потому что там ее ждал единственный сын-наркоман.

— Чем же все закончилось?
— Нам удалось устроить ее в интернат. А какой смысл отправлять с трудом поднятого на ноги человека в неизвестность? Дома с ней могло случиться все что угодно. В интернат она попала с хорошим прогнозом на восстановление. Благодаря тому, что бабушка «застряла» в больнице, ее состояние значительно улучшилось.

— И таких, как она, много?
— Достаточно. Я вообще пришла к выводу, что мне очень нравятся неврологические больные, и постинсультные в частности. Это очень приятные люди. Они как дети, смиренные и отзывчивые. Их надо заново всему учить. У них, как правило, очень богатая внутренняя жизнь, которую нам, ухаживающим за ними, приходится наблюдать. Среди постинсультных больных крайне редко встречаются озлобленные и ропщущие или впавшие в депрессию. От наших пациентов исходит очень много тепла. Общение с ними учит созерцанию, вере и состраданию.

Патронажный уход в больницах является проектом Православной службы помощи «Милосердие». Поддержать его вы можете, став Другом милосердия.