Самые авторитетные медики и благотворители

Большинство опрошенных нами известных благотворителей, будто сговорившись, называли в качестве признанных авторитетов друг друга. Судя по всему, профессиональная среда здесь довольно «плотная», устойчивая к изменениям Материал журнала “Русский репортер”

«Русский репортер» публикует результаты исследования «Самые авторитетные люди России». Его цель — выявить реальную элиту нашей страны, то есть людей, которые обладают безусловным профессиональным и моральным авторитетом в своей сфере деятельности. Исследование определило 80 представителей 8 публичных профессий, чей профессионализм, чей пример и чье мнение являются определяющими для корпорации коллег-профессионалов — а значит, оказывают влияние и на общество в целом. Исследование проливает свет на то, насколько сильна у нас профессиональная этика, насколько велика социальная плотность, «корпоративность» различных публичных профессий — от врача до военного, — а также на то, как формируются в России репутации самой высокой пробы. Конечно, истинно авторитетных людей в нашей стране существенно больше, чем в нашем рейтинге. Но общество, увы, в массе не знает даже тех, кто в него попал. А оно должно знать свою элиту и гордиться ей, и данное исследование — один из шагов к формированию общественных знаний о великих людях, живущих в России в начале ХХI века. Увидеть ее — значит по-новому открыть для себя собственную страну

Как мы считали?
Технология — двухуровневый экспертный опрос. Сначала «РР» отобрал по 20 выдающихся представителей каждой профессии в качестве экспертов, всего 160 человек. Эти эксперты сформировали первый список наиболее авторитетных людей в своих профессиональных сообществах. На втором этапе экспертами выступили уже сами лидеры первого опроса, более ста человек — они оценивали своих коллег. То есть сами профессионалы выбирали самых авторитетных для себя людей. Фигуры, набравшие наибольшее количество голосов, и составили «десятки». Рейтинговать по количеству набранных баллов в этом году мы не стали: разница голосов внутри рейтинга была невелика. Да и не в «призовых местах» дело. Главное — нам самим начать узнавать подлинную элиту страны в лицо, а званий и наград у всех этих людей уже и так в избытке.

Какие вопросы мы задавали?
Первый вопрос: «Кто в вашей профессии является безусловным профессиональным авторитетом?» — то есть новатором, открывающим дорогу другим, тем, на кого коллеги ориентируются как на выдающегося профессионала.

Второй вопрос: «Кто в вашей профессии является безусловным моральным авторитетом?» — то есть носителем принципов профессиональной этики, с кем можно посоветоваться не только по рабочим, но и по этическим вопросам, кто для данной профессиональной среды является общественно значимой фигурой.

Помимо этого эксперты сами выдвигали критерии оценки «самых авторитетных людей». Ответы на первый и второй вопрос имели одинаковый вес. Качество опроса определялось в данном случае не массовостью, а качеством первичных списков экспертов — реальных авторитетов в профессии должен знать каждый профессионал, иначе профессиональной среды, корпорации просто не существует, она распадается.

Почему оценивались именно профессиональные репутации?
Обычные регулярные опросы, выявляющие «самых влиятельных», упираются в то, что в списки попадают либо «по административной линии», то есть самые высокопоставленные, либо «по медийной» — самые упоминаемые персоны. Мы же хотели пойти «вглубь», туда, где ценятся реальные репутации, а не назначенные или сформированные ТВ. Наша цель — определить людей, с которых другие «строят свою жизнь» в профессии, которым доверяют, чье мнение весомо само по себе. Так, для адвоката профессиональный авторитет — это не обязательно крупный чиновник Минюста, для хирурга — ведущий телепередач о здоровье, а руководители Академии наук не обязательно являются крупнейшими учеными в стране.

Почему был выбран именно такой метод?
Исследование «РР» основывается на репутациях, которые сами по себе уже сложились или постепенно складываются в профессиональных средах. Подобный «социологический метод», согласно древнегреческому преданию, когда-то определил самого мудрого человека из семи мудрецов, и потом неоднократно использовался в социологии. Им, по легенде, оказался Фалес Милетский, который, получив золотой треножник, подарил его другому мудрецу, но через семь шагов треножник снова вернулся к Фалесу. В «профессиональной среде» греческих мудрецов не было проблем с определением реальных репутаций — своих мудрецов греки знали. Мы исходили из гипотезы, что профессиональные корпорации в России достаточно плотные, чтобы и в них существовали общие представления о самых авторитетных фигурах. Насколько эта гипотеза подтвердилась, мы тоже отвечаем — в каждом из восьми случаев.

Насколько велика погрешность?
Наше исследование тем лучше отражает реальные репутации, чем в более явной форме они и вправду существуют. Но в действительности плотность профессиональных и общественных групп разная. Да и возраст у них разный. Так, предпринимательская среда у нас в стране молодая, корней у нее нет, поэтому предприниматели часто вообще отказывались отвечать на вопросы об авторитетных для себя людях или называли чиновников. А вот проводи мы опрос в 1913 году, с определением наиболее уважаемых людей купеческого сословия проблем не возникло бы. В науке, несмотря на все проблемы, плотность гораздо выше: даже филологи часто могут назвать самых мощных математиков эпохи, и наоборот. В идеале в очень плотной среде ответы любых двух профессионалов сов­падают почти полностью. Так, в 80−е годы моральная и профессиональная репутация филолога Дмитрия Лихачева была такой мощной, что его знала и уважала вся страна, а не только коллеги-гуманитарии.

Почему взяты именно эти профессии?
Мы выбрали наиболее публичные профессии, так или иначе затрагивающие все общество: их внутренние моральные принципы и критерии могут быть интересны всем. Это предприниматели, медики, юристы, учителя, представители шоу-бизнеса и культуры, ученые, кадровые военные плюс общественники-благотворители, лидеры общественных организаций. Полон ли этот список реальной элиты России? Конечно, нет. Есть еще политики, спортсмены и много других профессиональных сообществ. Есть, например, представители, безусловно, публичной профессии — телеведущие и журналисты. Но результаты исследования в этой категории мы решили в этом году не публиковать ради чистоты эксперимента.

Благотворители

Правила корпорации
Большинство опрошенных нами известных благотворителей, будто сговорившись, называли в качестве признанных авторитетов друг друга. Судя по всему, профессиональная среда здесь довольно «плотная», устойчивая к изменениям. Связано это с тем, что люди, занимающиеся благотворительностью, на первое место ставят умение добиться положительного результата, донести конкретную помощь до конкретного человека. А такое умение, естественно, приходит не сразу — с опытом, который накапливается годами. И даже если человек, добившись успеха на этом поприще, затем меняет место работы, он все равно продолжает оставаться авторитетом, ведь у него есть конкретные достижения.

В среде общественников тоже ценится способность донести свою идею не только до коллег, но и, что более важно, до сторонних людей, добиться ее реализации и затем отчитаться о каждой потраченной копейке. В благотворительности особое значение имеют порядочность и неподкупность. Пожалуй, это основные критерии.

Наталья Самойленко, исполнительный директор Благотворительного фонда Владимира Потанина, добавляет, что необходима устойчивость к потрясениям, потому что эта профессиональная сфера предполагает частое крушение надеж и необходимость преодоления серьезных трудностей как морального, так и физического порядка.

Елена Тополева, руководитель Агентства социальной информации, уверена, что авторитетному в сфере благотворительности человеку необходимо мыслить перспективно и видеть долгосрочные цели, иначе он просто загубит свое дело.

Что же до географии проживания авторитетных филантропов — они всем прочим городам страны предпочитают Москву. Наверное, это связано с тем, что в федеральном центре больше возможностей для реализации благотворительных программ, и это привлекает профессионалов.

Лев Амбиндер руководитель Российского фонда помощи

Создал механизм, благодаря которому частные благотворители могут не бояться попасться на удочку мошенников. Амбиндер убежден: «Миллионы наших сограждан готовы жертвовать в помощь людям, попавшим в беду. Их останавливает только одно — боязнь остаться в дураках. Снимите эту боязнь — и вас завалят деньгами». Российский фонд помощи был создан осенью 1996 года как попытка помочь отчаявшимся авторам писем в газету «Коммерсантъ». Фонд и сейчас является крупным сборщиком пожертвований в России.

Татьяна Бурмистрова психолог, социолог, директор фонда развития некоммерческих организаций «Школа НКО»

В нашей благотворительности главный дефицит — это не жертвователи или волонтеры, а люди, способные эффективно организовать дело. Бурмистрова как раз из тех, кто заслужил авторитет благодаря своей помощи другим общественникам. «Школа» помогает найти ответ на множество вопросов: как создать и зарегистрировать НКО; как осуществлять уплату налогов и прочих отчислений; где найти деньги и как их распределить максимально эффективно.

Светлана Ганнушкина математик, руководитель комитета «Гражданское содействие»

Самоотверженно, с минимальным бюджетом «Гражданское содействие» уже почти 20 лет помогает людям — беженцам и вынужденным переселенцам. И делает это эффективнее, чем многие более обеспеченные государственные службы. Ганнушкина — классический правозащитник со стажем и с позицией: она, в частности, резко выступала против войны в Чечне, но для нее важно не столько «бодание с властями», сколько дела. Комитет помогает договариваться с чиновниками, собирает вещи и распределяет их между нуждающимися, оказывает юридическую помощь, учит детей.


Дмитрий Зимин основатель фонда «Династия»

Первый бизнесмен из когорты самых крупных: основатель компании «ВымпелКом» — «Би Лайн», чьим делом жизни стала благотворительность. На свои деньги он основал фонд, который стал первым истинно семейным предприятием: еще дед предпринимателя до революции был крупным купцом и благотворителем. А сам Дмитрий Зимин в советское время был ученым, специалистом по радиотехнике. Среди тех, кому помогает «Династия», — ученые, школьники, студенты, учи¬теля, журналисты. Бюджет фонда в 2009 году составил 264 млн рублей.

Олег Зыков член Общественной палаты РФ, член Комиссии по правам человека при Президенте РФ, главный детский и подростковый нарколог Москвы, президент фонда «Нет алкоголизму и наркомании» (НАН)

Самый энергичный и здравый борец с алкоголизмом и наркоманией в стране, оппонирует Госнаркоконтролю, когда репрессивность борьбы начинает противоречить здравому смыслу. НАН был создан в 1987 году для помощи людям с алкогольной, наркотической и другими видами зависимости.

Наталья Каминарская исполнительный секретарь Российского форума доноров Почти все наши эксперты упоминали Каминарскую, хотя ее организация сама не делает пожертвований

Зато она дает возможность другим фондам, корпорациям и частным лицам заниматься благотворительностью в более цивилизованных и комфортных условиях, помогает деньгам «доноров» — жертвователей — найти дорогу к организациям, которые эти деньги употребят с наибольшей пользой.


Элла Памфилова председатель Совета при Президенте Российской Федерации по содействию развитию институтов гражданского общества и правам человека

Элла Памфилова одна из тех, кому удается сохранять доверие как правозащитников, так и чиновников, что само по себе очень сложно. Свою нынешнюю должность она занимает с 2004 года. До этого была и министром социальной защиты населения, и депутатом Госдумы.

Владимир Потанин президент корпорации «Интеррос», создатель Благотворительного фонда В. Потанина

Основатель первого в России «олигархического» благотворительного фонда. Принцип работы фонда Потанина — помощь тем, кто может в будущем помочь себе сам, то есть не помощь, а инвестиция. Поэтому быть «потанинским стипендиатом» — это предмет гордости. Среди получателей денег — талантливые студенты и курсанты, перспективные ученые.


Чулпан Хаматова актриса, член Общественной палаты РФ, основательница благотворительного фонда «Подари жизнь»

Самый последовательный пример того, как медийную известность можно конвертировать в филантропию. Когда к Чулпан Хаматовой обращаются с просьбой об интервью, она отвечает: «Я не хочу говорить ни о кино, ни уж тем более о своей личной жизни. Только о благотворительности!». Ее фонд оказывает помощь детям с онкологическими, гематологическими и другими тяжелыми заболеваниями. Вот выдержка из последнего отчета: «В апреле на счет фонда поступило более 6500 пожертвований. Благодаря вам мы смогли купить лекарства и медицинское оборудование, оплатить необходимые детям медицинские процедуры на 21 769 439 руб. 97 коп.».

Мария Черток директор российского отделения Charities Aid Foundation (CAF)

Источник авторитетности Черток — не только полезный британский опыт эффективной филантропии, но и личная харизма, с которой она содействует непрерывному росту объемов благотворительности. Частные компании гласно и негласно жертвуют деньги, точно зная, что они дойдут сначала до эффективных фондов, а потом до больниц или нуждающихся людей.

Медики

Правила корпорации

Говорить с врачами о врачах тяжело. Они готовы обсуждать друг друга лишь друг с другом, но не с пациентами, то есть со всеми нами. В этом смысле врачебное сообщество сплоченное, как рота солдат под огнем противника. В результате часть опрошенных «РР» известных врачей отказались рассуждать на тему репутации и авторитетов и называть имена: мол, любой рейтинг — это раскол, а нам и так трудно.

В том, что касается внутрицеховых отношений, сплоченности меньше. Причина — возросшая специализация. Общей профессии «врач» уже давно нет, внутри нее появились хирурги и терапевты. Хирург, например, может быть детским и взрослым, специализирующимся на полостных или лапароскопических операциях, на пересадке органов или на операциях на сердце. На заседаниях научных обществ терапевтов, до сих пор существующих практически в каждом городе, еще могут выступать вместе эндокринологи и гинекологи, но цель таких встреч, скорее, решение текущих проблем медучреждений. Впрочем, благодаря этим встречам врачи, по крайней мере, представляют, к кому отправить родственников. «Только так и можно судить о работе врача — спрашивая коллег», — считает хирург из московской детской больницы № 9 Сулейман Яндиев.

«Публичный авторитет всегда создается с помощью вольных или невольных пиар-ресурсов, и я не считаю его критерием никоим образом. Множество известных широкой публике людей непрофессиональны: плохие врачи, люди и ученые, а известны как лучшие доктора», — утверждает заместитель директора Федерального центра детской гематологии Алексей Масчан. Другая важная тенденция современной медицины — стандартизация. «Гениальный врач» — это уже не обязательно похвала. Современная медицина предпочитает защищать больного от «гениальности», превращая врачевание из искусства в точную науку. Умение «найти подход к больному», вообще «разговаривать с людьми» в такой ситуации, по мнению некоторых медиков, становится второстепенным достоинством. Главное — точность диагноза и качество лечения, которые определяются количеством и соответствующим уровнем лабораторных исследований.

Впрочем, такие характеристики, как «человеческие качества», «любовь к пациентам» и тот самый «подход к больному», заметная часть опрошенных экспертов ставили на первое место в списке компетенций авторитетного врача, а называли их почти все. В этом же ряду находится и бескорыстие, упомянутое практически всеми респондентами. Несмотря на технократизацию, врач в России — по крайней мере, в представлении самих врачей — остается профессией романтической.

Ренат Акчурин кардиохирург, руководитель отдела сердечно-сосудистой хирургии Института клинической кардиологии им. Мясникова Российского кардиологического научно-производственного центра РАМН

После операции на сердце первому президенту России Борису Ельцину в 1996 году получил медийную известность и стал одним из самых признанных кардиохирургов в мире. Многие именитые российские врачи тогда отказались от операции, потому что Ельцин был слишком сложным пациентом. Акчурин оценил риски и согласился. Сегодня руководит государственной программой развития медицины высоких технологий.



Владимир Анищенко заведующий 1−м хирургическим отделением Дорожной клинической больницы Новосибирска, завкафедрой хирургии факультета усовершенствования врачей Новосибирского медицинского института

Владимир Анищенко оказался единственным немосквичом в нашей десятке, что только подчеркивает его неординарные способности, ведь общероссийские репутации быстрее формируются в столице. Он — один из ведущих российских специалистов по транслюминальной хирургии — использующей естественные отверстия тела. Многие виды операций проведены им впервые в России.

Лео Бокерия кардиохирург, директор Научного центра сердечно-сосудистой хирургии им. Бакулева, главный кардиохирург Минздрава

Четыре-пять операций — его ежедневная норма. На его счету около двух тысяч операций на открытом сердце. Именно Бокерия придумал метод гипербарической оксигенации, позволяющий оперировать практически неоперабельных детей, поместив их в барокамеру, и за это в 1976 году получил Ленинскую премию. Он — один из ведущих специалистов по хирургическому лечению аритмии.



Андрей Воробьев гематолог, директор Гематологического научного центра РАМН

Благодаря работам Воробьева острые лейкозы перестали считать неизлечимыми — он придумал, как с ними бороться, и внедрил эту программу в России. Автор работ по радиационной паталогии. Широко известна его работа по организации ликвидации медицинских последствий аварии на Чернобыльской АЭС.

Михаил Давыдов онколог, директор Российского онкологического научного центра им. Блохина
В медицину пришел после суворовского училища и трех лет службы в ВДВ. Как оперирующий хирург он выполняет по две-три операции в день. Разработал новые методы хирургического лечения рака легкого, пищевода, желудка, опухолей средостения. Выступает за создание федеральной онкологической службы, за работу которой отвечал бы не Минздрав, а назначаемый президентом и подотчетный лично ему администратор.

Александр Коновалов нейрохирург, директор НИИ нейрохирургии им. Бурденко

Врач в третьем поколении. На его счету более 10 тыс. операций. В 1989 году первым в мире провел операцию по разъединению сиамских близнецов, сросшихся головами: несколько бригад хирургов под руководством Коновалова работало 19 часов. Риск был огромный, после таких операций пациенты редко выживают. Но девочек-близнецов удалось спасти. «Как рождается мысль — это вещь, понять которую, мне кажется, не дано», — говорит он о человеческом мозге. НИИ нейрохирургии им. Бурденко — его единственное место работы с 1957 года.

Леонид Рошаль детский хирург, директор Московского НИИ неотложной детской хирургии и травматологии

Может быть, самый публичный врач России. Глава Международного комитета помощи детям при катастрофах и войнах. Спасал детей во время войн и терактов в Югославии, Армении, Азербай¬джане, Грузии, Чечне, Румынии, Дагестане (Каспийск), после тер¬акта в Беслане и после землетрясений в Армении, Алжире, Грузии, Египте, Турции, Афганистане, Индии, Пакистане, Японии, Индонезии. Вел переговоры с террористами в Театральном центре на Дубровке в Москве.

Виктор Савельев академик, заведующий кафедрой факультетской хирургии Российского государственного медицинского университета

Учителем Виктора Савельева был великий кардиохирург Александр Бакулев. В своем письме-завещании Бакулев писал, что только в случае избрания Савельева руководителем клиники он может быть уверен, что его дело будет успешно продолжено. Известность Савельева как ученого выходит за рамки хирургии: с его именем связано становление в нашей стране анестезиологии, реаниматологии и учения о сепсисе.

Александр Царегородцев педиатр, директор Московского НИИ педиатрии и детской хирургии

В 1994 году, когда паломники принесли в Дагестан из Саудовской Аравии эпидемию холеры, он вылетел в республику и вместе с местными врачами дважды в день ездил в рейды, чтобы выявлять заболевших. В Дагестане тогда плохо работали водопровод и канализация, и инфекция распространялась очень быстро. После ликвидации эпидемии был удостоен звания заслуженного врача республики. Автор множества работ по инфекционным болезням.



Александр Чучалин директор НИИ пульмонологии, главный терапевт России

Создал национальную программу по борьбе с астмой и отечественные стандарты лечения этой болезни. Организовал ежегодный всероссийский конгресс «Человек и лекарство». Призывает врачей непрерывно учиться всю жизнь, а пациентов — бросать курить. Самым большим достижением своей команды считает операцию по пересадке легких, над которой работали 45 врачей. Участвовал в разработке российского лекарства против вируса птичьего гриппа H5N1.

Валерий Титиевский

Фото: ИТАР-ТАСС; RUSSIAN LOOK; РИА НОВОСТИ; Павел Смертин, Дмитрий Азаров, Сергей Шахиджанян /Коммерсант; Георгий Шпикалов, Святослав Акимов, Максим Анечков/PHOTOXPRESS; ИТАР-ТАСС

См. также: Причинить добро

Мы просим подписаться на небольшой, но регулярный платеж в пользу нашего сайта. Милосердие.ru работает благодаря добровольным пожертвованиям наших читателей. На командировки, съемки, зарплаты редакторов, журналистов и техническую поддержку сайта нужны средства.

Читайте наши статьи в Телеграме

Подписаться

Для улучшения работы сайта мы используем куки! Что это значит?