Право отключиться: почему быть в доступе 24/7 — зло и как вернуть себе нерабочее время

Привычка оставаться «всегда на связи» ведет к тому, что вы незаметно берете на себя все больше заданий, а «аппетиты» работодателя растут. Страдают все — случаев панических атак, депрессии и выгорания становится только больше. Как вернуть равновесие между работой и личной жизнью — объясняем на примере третьего сектора

Право отключиться

С начала пандемии COVID-19 миллионы граждан, кто раньше ездил в офис, перешли на удаленную работу – из дома. Из-за этого переработки и ненормированный рабочий день, которые и раньше были огромной проблемой, достигли такого масштаба и уровня токсичности, что во многих странах решено защитить от них наемных работников законом.

Европарламент инициировал принятие закона ЕС, по которому за специалистом, работающим удаленно, закрепляется право «отключаться»: быть вне досягаемости — не отвечать на звонки, сообщения и электронную почту — в нерабочее время.

У нас в стране с 1 января 2021 года тоже действуют поправки в Трудовой кодекс насчет удаленной работы. Руководитель и сотрудник должны договориться о графике взаимодействия. Если работодатель звонит или обращается к вам письменно, например, по электронной почте или в соцсети вне графика — это означает сверхурочную работу и она должна оплачиваться в повышенном размере или компенсироваться дополнительными днями отпуска.

Дело в том, что большинство работодателей злоупотребляют понятием «ненормированный рабочий день»: он подразумевает редкое, а не постоянное привлечение сотрудника за пределами рабочего времени. В реальности у многих начальников вошло в привычку присылать задания даже в выходные.

Выгорим, как тряпки на солнце?

Жить в состоянии форс-мажора — ненормально. Долго так не протянуть. Или получишь нервное истощение, или поругаешься с семьёй, или в конце концов уволишься с такой работы.

Тяжелее всех людям, которые работают в благотворительных организациях, занятых оказанием социальной помощи. По статистике, более 70% из них страдают бессонницей – из-за огромных переработок и стрессовой нагрузки.

Многих гложет чувство вины – если поеду в отпуск или просто отдохну денёк, все вокруг погибнут: приемные семьи распадутся, бывшие алкоголики запьют снова, бездомных выгонят из ночлежки, животные в приюте умрут с голоду. Это чувство разрушает психику — человек как будто поедает сам себя изнутри.

Кроме того, в третьем секторе хронически не хватает денег, поэтому увеличить штат нельзя — приходится навешивать на имеющихся коллег дополнительные обязанности. Отсюда ненормированный рабочий день и переработки.

Мы попросили руководителей и специалистов из разных НКО поделиться опытом – как наладить работу без того, чтобы быть в доступе 24/7.

Причина многих проблем — нечёткий круг обязанностей в команде

Анна Морозова, исполнительный директор Фонда развития Политехнического музея, считает, что сотрудников НКО часто используют, оправдываясь благой идеей: мы же помогаем обездоленным, они не могут ждать, пока мы выспимся, наедимся и нагуляемся, поэтому надо надрываться круглые сутки.

— Это неправильно, — говорит Анна Морозова. — Если сотрудник загнанный, усталый, с плохим настроением, то он помогает нуждающимся хуже, чем тот, кто ведёт нормальный образ жизни, у кого драйв есть. Как в самолёте: сначала наденьте кислородную маску на себя, а потом на ребёнка. Если вы погибнете раньше него, он не спасётся и в маске.

Но и к себе руководитель не должен относиться, как к расходному материалу, – иначе он проецирует такое же отношение на свою команду. Любой руководитель, не только в НКО, должен ценить своих сотрудников.

С началом пандемии часть коллектива Политеха перешла на удаленку, часть ходит в офис – никаких сбоев от того, что кто-то выполняет работу дома, по словам Анны, не произошло. Наоборот, без навязчивого гипер-контроля всем прекрасно работается.

Если человек воспринимает задачу, как огромную глыбу проблем, к которой непонятно, с какого бока подступиться, и топчется на месте — дело не его в лени или тупости. Руководитель обязан уметь эту задачу раздробить на понятные фрагменты и решать их поступательно.

По опыту Анны, причина многих проблем — нечёткий круг обязанностей в команде. «Если сотрудник не понимает своей задачи, а руководитель не может её поставить чётко, потому что сам не понимает, — это совсем караул, — говорит Анна Морозова. — Тем более на удалёнке. В офисе он может подойти и спросить, тогда в разговоре с начальником может родиться истина, а на удалёнке человек фактически предоставлен сам себе».

Желание тотально все контролировать говорит о неуверенности в себе руководителя – и это очень мешает делу: «Я редко встречала патологических лентяев, которые не желают работать вообще, — говорит Анна. — С такими надо расставаться, если увещевания не помогают. Если человеку дать возможность планировать своё рабочее время, он сделает больше и лучше, а если от него требуют отсидки с 9 до 18 — вероятность халтуры возрастает, причём на фоне растущего недовольства руководителем и работой вообще».

Чем выше нагрузка на специалиста, тем больше поддержки ему требуется

Ольга Сорина, руководитель службы психологической помощи сотрудникам благотворительных организаций «Вдох», считает, что выгорать нельзя — ведь другой психики у нас не будет.

— Конечно, имеет значение, чем именно занимается организация, где вы работаете, — говорит Ольга Сорина. — Если это круглосуточное оказание паллиативной помощи, например, — штат должен работать посменно. Очень важно для НКО определиться, кому она помогает. «Помогать всем», как часто делают молодые неопытные проекты – неправильно. Им точно будут звонить по ночам по самым разным вопросам — они же сами не определили свои рамки.

Не секрет, что иные клиенты (благополучатели) ведут себя, мягко говоря, некорректно. Вы им предлагаете помощь — а они на вас кричат, матерят, угрожают, и не только по телефону. Руководство организации обязано инструктировать своих сотрудников, как вести в таких ситуациях — пошагово.

Умение контактировать с самыми сложными клиентами — не врождённое качество. Этому учат. Очень плохо, если вас вынуждают фактически в одиночку принимать решение, от которого может зависеть многое в жизни клиента.

Если оно окажется неверным, то вы себя будете корить за него, жить с чувством вины. Например, вы решили, что семью, которой вы помогаете, не выгонят на улицу, а её выгнали. И вы виноваты. Нужно, чтобы была коллегиальность в принятии решения. Тогда даже в случае проблем с вашими клиентами, вы не станете грызть себя.

Что делать, если вы работаете все больше, а чувствуете себя всё хуже, вам кажется, что у вас ничего не получается, вы губите чужие судьбы и вообще занимаете чужое место?

Снизьте нагрузку. Возьмите работу на полставки, уйдите в отпуск. Вам надо отдышаться и перестать прокручивать в голове одну и ту же мысль.

Попробуйте супервизию. Это профессиональная поддержка для специалистов помогающей профессии. Группа из десяти (не более) человек садится в кружок — обычно это специалисты одного профиля. Кто-нибудь рассказывает о реальном случае на работе, а остальные разбирают этот случай, ищут причину неудачи. При этом на супервизии не присутствует начальник, чтобы не смущать подчинённых. Начальник будет в другой группе — среди начальников, среди равных.

«Напоминалка» для начальников: чем выше нагрузка на специалиста, тем больше поддержки ему требуется. Передавите — человек от вас уйдёт, и вам придётся обучать нового, привыкать к нему. А порой, уходят и клиенты, привыкшие к прежнему сотруднику. Так что сплошной убыток!

Держите здоровую дистанцию

Варвара Пензова, директор благотворительного фонда «Дети наши», давно заметила, что переработки и ненормированный рабочий день ведут к быстрому выгоранию. Поэтому в фонде стараются корректировать перегрузки – за работу в выходной сотрудник может взять день отпуска. Коллектив — самый ценный ресурс фонда.

«Полевые сотрудники, кто работают непосредственно с нашими благополучателями, имеют право на 10 бесплатных консультаций в службе психологической помощи «Вдох», — говорит Варвара Пензова. — Во время пандемии мы предоставили эту возможность и остальной команде фонда. Многие воспользовались, и результат был сразу заметен: энергия, креатив, общий позитивный настрой команды.

Еще один важный навык – научиться разделять действительно важные проблемы, которые необходимо срочно решить во внеурочное время, и очередную прихоть начальника- хронофага («пожирателя времени»).

«Я бронирую заранее своё отсутствие в рабочем процессе, право не отвечать на звонки и письма во внерабочее время, — говорит Сергей Иванов, сотрудник консалтинговой компании. – Вы можете сразу оговорить, что не будете отвечать на ночные письма, или вас не будет в доступе в такие-то дни. Если не получается договориться и из каждого события нужно делать повод для судебного иска — значит, работать вам в этой компании не судьба».

В любом случае, вы защищены от бесплатных переработок Трудовым кодексом РФ – если сверхурочная работа инициирована руководством и есть документальное подтверждение отработанных сверх нормы часов.

Статья 99 Трудового кодекса РФ устанавливает ограничения для сверхурочной работы: она не должна превышать для каждого работника 4 часа в течение двух дней подряд и 120 часов в год.

Работа в выходной или нерабочий праздничный день оплачивается не менее чем в двойном размере (ст. 153 ТК РФ).

Каждый час работы в ночное время должен быть оплачен в повышенном размере (ст 154 ТК РФ).

Коллажи Татьяны Соколовой

Мы просим подписаться на небольшой, но регулярный платеж в пользу нашего сайта. Милосердие.ru работает благодаря добровольным пожертвованиям наших читателей. На командировки, съемки, зарплаты редакторов, журналистов и техническую поддержку сайта нужны средства.