«Один руки опускает, другой подхватывает, только так»

Лера Гречина, мама двоих детей, создала волонтерскую группу «Чайка» в родном Зеленограде и стала писателем. Лера пишет веселые детские стихи, философские сказки и рассказы. Она считает, что помогать людям надо от избытка, а не из дефицита

Как волонтеру сохранить равновесие в душе и жизни

– Лера, начну с житейского: вы мама двух детей, писатель и еще – руководитель добровольческой группы «Чайка», созданной по вашей инициативе. Мне, тоже матери двоих детей, очень интересно – откуда у вас силы берутся?

Как вообще волонтерам и лично вам удается сохранять спокойствие, выдержку, постоянно сталкиваясь с чужой болью?

– Если бы я была одна, я бы точно сошла с ума. Периодически всем нам тяжело, но главное здесь – друг друга вовремя поддержать. Когда у меня нет сил ответить на телефонные звонки, я говорю: «Девочки, я больше не могу, ответьте». Один руки опускает, другой подхватывает, только так.

Основной наш костяк добровольцев: мама-одиночка, многодетная мама. Одна координатор из роддома организовывала помощь старикам. Один из волонтеров, байкер. Однажды на волонтерском пикнике познакомился с девушкой-студенткой, и год назад обвенчались. Теперь они молодая семья и тоже по мере сил помогают вместе.

Вообще, встречи волонтеров, ярмарки, мастер-классы – все, где есть личное присутствие, общение, взаимовыручка, взаимоподдержка, понимание, – очень поддерживает.

Бывают акции и подопечные, которые сами тебя вдохновляют. Например, идешь поздравлять одинокого старика с праздником. Здесь гораздо больше вдохновения получаешь, чем когда идешь травить тараканов.

Бывает, что человек надорвется, когда не знает своих возможностей, или ему кажется, он все сможет, или он не умеет сказать «нет». Однажды один доброволец после помощи подопечным с переездом кричал мне в трубку: я выхожу из группы, я больше никогда никому не буду помогать! (Объем помощи оказался очень большой, он перенапрягся, но потом отошел и снова вместе с нами.)

Лично мне действительно очень помогает разгружаться мое любимое дело. Я пишу стихи и прозу, детскую и взрослую. Писать начала еще в школе. Закончила Институт журналистики и литературного творчества, там я поняла, что моими героями будут дети и старики. Скоро выйдет первая книжка, это сборник рассказов социальной направленности. И это тоже как ребенок, которого я выпускаю в свет.  Я сейчас дорвалась до любимого дела, много пишу, участвую в творческих семинарах.

Иногда чувствую вину, что так много занимаюсь собой и меньше внимания уделяю группе, но понимаю, что моя задача не брать все на себя, а искать лидеров, которые бы тоже помогали. Мечтаю найти таких людей.

– А вашим детям нравятся ваши стихи?

– Да, они их наизусть знают. Очень ждут, когда выйдет детская книжка.

Я начала писать детские истории, когда каждую ночь детям сказки придумывала. Помню, как три месяца подряд каждый день надо было придумать новую сказку про крокодила… Многие сказки у меня терапевтические, про переживания детей. Много сказок про отношения с людьми, про стариков.

Самым близким человеком в детстве для меня был дедушка. Мама, конечно, тоже, но дедушка особенно понимал меня, мы проводили с ним много времени в деревне, он был очень природный человек, любил животных, птиц, у меня были с ним очень доверительные отношения. И когда он умер, я стала много писать про стариков.

Руками Ларисы

– Еще 10 лет назад я пыталась найти в Зеленограде добровольцев, которые могли бы помочь матери ребенка-инвалида. Не нашла. А сейчас в городе действует волонтерская группа «Чайка», помогающая не только семьям с детьми-инвалидами, а еще и одиноким старикам и тяжелобольным. Вы стали ее организатором. Как удалось изменить ситуацию?

– Еще четыре года назад в Зеленограде был только фонд помощи бездомным животным «Ника». Добровольческих организаций помощи людям не было.

Сейчас при храме Александра Невского есть наша «Чайка». Но у меня нет ощущения, что я что-то изменила, решила и сделала, все случилось как будто само собой. Я много лет работала журналистом, писала просьбы о помощи на «Милосердии.ру», постоянно была в теме благотворительности.

Однажды по своей инициативе мы вместе с мужем и друзьями провели благотворительную ярмарку при одной из московских библиотек (тогда мы жили в Москве): устроили концерт, мастер-классы, игровую комнату, продавали сувениры, поделки, собрали 50 000 рублей на помощь одному ребенку.

А потом мы переехали в Зеленоград, у меня родилась дочка, она была грудная, я в декрете – а энергия-то и желание что-то делать оставались.

К тому же у нас лежало очень много поделок от нашей первой ярмарки. И я просто пришла в зеленоградский храм, пообщалась с соцработником и предложила провести такую ярмарку у них. Соцработник мне сказала: «У нас есть прихожанка, молодая женщина, ее зовут Лариса. Они с мамой ходят в храм, Лариса очень тяжело болеет, у нее муковисцидоз. И знаете, они так плохо питаются, покупают куриные шейки и варят из них суп, и это почти все».

Лариса тогда ждала операцию по пересадке легких, а до нее еще надо было дожить, хорошо питаться, есть фрукты, мясо, набирать вес. Но они с мамой просто выживали – Лариса была худая, кожа да кости.

Когда я узнала, что у нас в городе, в соседнем районе живет тяжелобольной человек, который питается куриными шейками, у меня внутри просто все парализовало от недоумения, ну как такое возможно?! И мы провели ярмарку, именно для Ларисы, собрали им с мамой немного денег на жизнь.

Стали общаться по телефону. Мы никогда не виделись с ней, хотя жили недалеко, сначала мне было сложно выбираться с грудным ребенком, а потом Ларисе стало совсем плохо, ее положили в больницу. Но за тот год, что мы были знакомы, мы постоянно созванивались, она стала мне родной, как сестра. У нее был детский голос, немного восторженный, она обращалась ко мне «Валерия, миленькая», и была такая чистая, какой-то ангельский человек, это чувствовалось на расстоянии.

Однажды Лариса позвонила мне из больницы и сказала: «Лера,  все очень плохо». Потом уже на звонки отвечала мама. Лариса перенесла пересадку и прожила после нее три дня, умерла, не приходя в сознание. Ей было 30 лет. И мы так с ней ни разу не увиделись.

В последний наш разговор я ее спросила:

– Ларис, а вот сделают тебе операцию, чем бы ты хотела после пересадки заниматься?

– Я людям хочу помогать.

После ее смерти осталось много оборудования, его надо было перевезти женщине, которая тоже болела муковисцидозом, просто перевезти из Зеленограда в Москву. И я тогда не смогла найти человека. Я написала просьбу о помощи у себя в соцсетях, но никто из местных не откликнулся. Хотя у меня здесь много знакомых, одноклассники.

В итоге приехал доброволец из Москвы, сделав огромный крюк. Тогда я поняла, что у нас что-то не так. Взяла и создала группу «ВКонтакте», назвала ее просто «Волонтерская помощь_ Зелик». И у меня было ощущение, что это я просто руками Ларисы эту группу создаю, она же хотела людям помогать. И после ее смерти как-то все сложилось само собой.

Появились первые просьбы: надо было отвезти в больницу оборудование. И ко мне просто пришел парень из соседнего дома, мы с ним пообщались, и он повез.

А группу в память о нашей первой подопечной, благодаря которой все началось, назвали «Чайка». «Лариса» ведь в переводе с греческого – «Чайка».

Есть бабушка – мечтает о супчике

– А где вы нашли людей, которые захотели помогать?  Сначала ведь особо не было желающих?

– Вешали объявления в местных храмах, писали в местную газету, но основной источник информации – это наша страничка «ВКонтакте». Чтобы ее раскрутить, мне пришлось много времени потратить. Писала во все наши зеленоградские группы – многодетных родителей, молодых мамочек, храмовые:

«В нашем городе создана вот такая волонтерская группа, пожалуйста, вступайте!» Первые волонтеры приходили прямо ко мне домой.

Одна из первых просьб о помощи звучала так: «Есть бабушка – мечтает о супчике», и на нее откликнулось сразу человек десять. К нам обратились из хосписа, рассказали, что есть одна бабушка, очень добрая, верующая, живет одна, готовить ей тяжело, у нее есть мечта, чтобы ей привозили супчик из храма. И мы договорились с трапезной в нашем храме, купили специальные термосы, где помещаются два блюда и компот, и начали возить сначала ей одной, потом троим-четверым и так и возим три раза в неделю уже несколько лет.

Мне помогал опыт работы на «Милосердии.ру».

Когда я писала посты в группу, то понимала, что надо писать так, чтобы человеку захотелось помочь. Чтобы человек почувствовал – он исполняет чью-то мечту, делает что-то ценное для другого. Тогда он чувствует и свою ценность – а это тоже очень важно.

Важно писать не просто – «помогите тем-то и тем-то», а истории людей, для которых мы просим помощи, вешать фотографии, как-то вдохновлять на помощь другим. Дать почувствовать потенциальным добровольцам, что они могут побыть волшебниками.

Мы с самого начала старались сделать так, чтобы люди почувствовали, что помогать другим может быть радостно. Устраивали тематические праздники: Мандариновый праздник, Чайный фестиваль.

Потом я поговорила с отцом Игорем Куликовым, одним из инициаторов нашей московской добровольческой службы «Милосердие», он объяснил, как это должно быть устроено: надо найти храм, при котором будет существовать группа, договориться со священником, приготовить анкеты для волонтеров, организовать очное знакомство. И наша деятельность стала более организованной.

Сейчас у нас есть основной костяк координаторов и постоянных добровольцев, нас немного, человек десять. Координаторы отвечают за разные направления: кто-то за ярмарки, кто-то за детей-инвалидов, кто-то за пожилых.

Техника безопасности

Если первые волонтеры приходили прямо ко мне домой, то потом мы стали встречаться в храме. И обязательно стараемся очно знакомиться со всеми, потому что добровольцы обращаются разные.

Был случай, когда по телефону человек говорил нормально, а при встрече видишь, что у него серьезные психические проблемы. Когда я сильно сомневаюсь, что человек сможет быть волонтером, направляю его к священнику, у батюшки все-таки опыт общения с людьми больше.

Есть обязательные правила у волонтерских организаций, если их не выполнять, то будешь попадать на мошенников или в какие-то неприятные ситуации.

Например, однажды мы взяли добровольца, которая ходила и читала проповеди такого рода: а, у вас дома тараканы, значит, вы паразитируете, вам надо больше молиться. К нашей радости, нам удалось расстаться с этой женщиной. А была дама, которая всем предлагала за деньги свои ремонты. Так она пыталась решать свои личные задачи через нас.

У нас было много ошибок. Сейчас я уже понимаю, почему нельзя знакомиться по телефону, почему нельзя собирать деньги подопечным. Однажды нас очень круто обманул один человек, так убедительно все рассказывал, показывал документы, ему удалось убедить даже чиновницу, которая работает в адвокатской сфере, она тоже перевела ему деньги. А потом оказалось, что он трижды судим за мошенничество.

Чтобы всего этого избежать, надо знать общие правила, а лучше пройти курсы для добровольцев в Синодальном отделе по благотворительности о том, как создавать с нуля группу помощи, там очень хорошо об этом рассказывают.

(Не)просто быть рядом

Постоянных подопечных у нас немного. Обед возим трем-четырем бабушкам, есть несколько семей с детьми-инвалидами, пожилые люди. В бо́льших масштабах мы бы не потянули. Основная проблема – нам нужно больше координаторов, чтобы каждый руководил своим направлением.

Мне кажется, волонтерская группа нужна не для того, чтобы всем-всем-всем помочь, это невозможно, но для того, чтобы в сложный момент, который может случиться с каждым, кто-то оказался рядом, поддержал. А дальше человек уже сам многое может.

Например, у нас была подопечная, когда-то в прошлом преподаватель института и чемпион города по бегу. После ряда тяжелых событий в жизни она стояла у храма и просила милостыню. А потом постепенно все наладилось, мы начали ей помогать, она вышла из кризиса, и я ее даже не узнала, когда увидела. Мы помогли оформить ей пенсию, поставили на учет в социальной службе, у нее есть постоянный соцработник. У нее есть опора – храм, соцслужба. Она набрала учеников, снова работает.

Была история, когда обратилась мама четверых детей, ее мужу должны ампутировать ногу. До болезни муж водил детей в детский сад, она работала. А сейчас он в больнице, ей надо на работу, детей отвести в сад некому, работу она бросить не может, им жить не на что. И еще все переживают, муж, дети, а ей надо всех поддерживать и успокаивать.

И мы нашли от храма добровольцев, кто-то помогал отвозить детей в сад, кто-то водил в воскресную школу. И главное, она поняла, что – не одна. Она мне по телефону тогда так и сказала: как же это важно, что я не одна.

А ситуации бывают очень тяжелые. Например, мама потеряла ребенка, ей надо было позвонить, предложить помощь. Организовать отпевание в храме, помочь доехать до храма, побыть рядом. Наши добровольцы просто стояли рядом с ней.

Но есть случаи, когда просто быть рядом недостаточно и приходится быть тараном.

Есть у нас подопечная бабушка без ног. Началось с того, что к нам обратились из хосписа, нет ли у нас медицинской кровати. Мы нашли кровать, нашли сборщика. Увидели, что дверь в квартиру бабушки  всегда открыта, что приходят соседи и кормят ее бутербродами. Если бабушка садилась в коляску, сразу падала, так как вес перевешивает, и билась головой об пол. А тут еще и начала зрение терять, почти ослепла.

Все больницы отказывались брать бабушку на операцию без прививки от ковида, а в хосписе врачи говорили, что от прививки могут быть непредвиденные реакции.

Пришлось очень сильно напрячься, месяц мы бились без результатов, потом  удалось договориться в больнице святителя Алексия. Там ее просто спасли, сделали все обследования, операцию на глаза, она теперь видит.

Границы и ресурсы

– Сейчас очень часто говорят о том, что тот, кто помогает другим, должен быть сам «в ресурсе», «соблюдать границы». Кажется, что у вас как раз с этим все в порядке?

– Я долго работаю в социальной сфере и поняла, что если не заботиться о себе, то очень скоро ты не сможешь заботиться и о других. Но так было не всегда.

Сначала, когда я еще начинала писать просьбы о помощи на нашем сайте, я плакала над каждой просьбой. Мне так хотелось помочь каждому, о ком я писала, сохранять со всеми дружественные отношения, поддерживать.

Я искренне считала, что нечестно просто выполнять свою работу. Как это – люди страдают, а я пишу об их беде и зарабатываю на этом деньги?

Но чем больше я писала, тем больше понимала, что мне Господь дал возможность выполнять мою задачу, писать тексты о них – и этим я уже им помогаю. С кем-то из героев статей я продолжала общаться, но, по крайне мере, я перестала чувствовать себя виноватой и стала понимать, где границы моей задачи.

И так же в волонтерской группе: я вижу, где я могу помочь, а где нет. Хотя в первое время я очень сильно втягивалась в проблемы подопечных, иногда мне хотелось опустошить весь свой холодильник и все отдать, если кому-то сейчас нечего есть. Потом я поняла, что этим можно не помочь, а еще и вред нанести. Чаще всего нуждающиеся люди находятся в позиции жертвы, и если я постоянно буду спасателем, то они так и будут оставаться жертвами, никогда не выйдут в позицию взрослого зрелого человека, который может принимать решения и помогать себе самому.

Конечно, бывают разные ситуации, каждую надо рассматривать отдельно, но часто, когда люди в порыве опустошают свои холодильники, чтобы помочь другому, они вредят.

Есть такие жертвенные люди, как, например, наша зеленоградская баба Надя. Это известный в нашем городе человек, недавно на «Милосердии.ru» был видеосюжет про нее. Человек полностью отдает себя служению ближнему. Она собирает, перестирывает и раздает вещи. К ней можно прийти в любое время, без выходных.  Она много кому помогала, а сейчас едет в Тверскую область, чтобы помочь овдовевшему священнику, который остался после смерти матушки с 10 детьми. Но ее история особая.

Я знаю, что если не буду заботиться о себе, давать себе сон, время на любимое дело, то буду раздражена, и от этого будет вред и моим детям, и нашим подопечным. Я буду ждать, что подопечные мне что-то должны взамен.

Так часто бывает: если человек себе не додал, обделил себя, то потом он чувствует, что ему другие должны что-то взамен, хотя бы благодарность.

Я считаю, что надо помогать от избытка, от полноты, а не из дефицита. Потому что из дефицита это всегда будет неполноценная, ущербная помощь. Поэтому я за то, чтобы следить за своим состоянием, беречь свое здоровье, семью, пополнять свои ресурсы теми делами, которые ты любишь, и в первую очередь помогать себе, чтобы были силы помогать другим людям.

И все-таки иногда необходимо и отодвигать свои личные потребности. Например, у нас был такой случай, когда в выходной день доброволец оставила свою семью и поехала в соседний район проверить, что с ее подопечным, который не отвечал на звонки. Оказалось, инсульт. Вызвали скорую и спасли человека. Наверное, надо слушать совесть и интуицию в таких случаях.

Мы просим подписаться на небольшой, но регулярный платеж в пользу нашего сайта. Милосердие.ru работает благодаря добровольным пожертвованиям наших читателей. На командировки, съемки, зарплаты редакторов, журналистов и техническую поддержку сайта нужны средства.

Поможем тяжелобольным старикам приобрести средства ухода

Участвовать в акции

Читайте наши новости в Телеграме

Подписаться

Для улучшения работы сайта мы используем куки! Что это значит?