Водитель социального такси о том, почему этот сервис работает плохо

Сергей уволился из социального такси год назад. О своих впечатлениях от работы и о пассажирах он согласился рассказать «Милосердию.ru».

У меня у самого ребенок инвалид

У нас в инструкции была записана «культура вежливого обращения» — открыть дверь машины, помочь при посадке, иногда – помочь занести вещи.

Люди с тяжёлыми диагнозами, как правило, ездят на колясках. Таким подают специальные автомобили, по пандусу коляску закатываешь – и проблем не возникает, это делаешь уже на автомате. Так, чтобы люди ждали какой-то особой помощи – не знаю, у меня такого не было.

Работа непростая, я на неё подписался только из-за графика: у меня у самого ребёнок-инвалид, и мне нужна была работа два дня через два.

Разговоры те же — про политику и про олигархов

Ездят разные люди, — часто ездят незрячие. Например, незрячий может заказать себе машину на целый месяц: утром на работу, вечером – с работы. Ветераны ездят, часто мамы отвозят в школу детей-инвалидов. Иногда бывает, всё время ездишь с одним и тем же человеком, а иногда он снова встречается только через два-три месяца.

Пассажиры разные, иногда бывают люди, которым очень хочется поговорить. Их уже и просишь: «Помолчите», — а они всё равно говорят и говорят; разные бабушки-пенсионерки. И темы одинаковые – про политику да про олигархов. Кошмар просто!

Если мамочки с детьми, с ними по-другому; с кем-то, бывает, и пересечёшься: какой у вас диагноз – какой у нас диагноз. Такие везут детишек в реабилитационные центры, иной раз, их даже жалко.

Как это устроено

В последнее время социальное такси устроено так же, как и обычное городское – ввели таксометры. До этого мы получали заказы заранее, с утра звонили диспетчеру на телефон. Правда, в работе диспетчера был небольшой элемент коррупции: например, одному водителю могли дать долгую поездку в область; а по области идёт двойной тариф. А другой мотался в коротких поездках по городу. То есть, один человек съездил в Балашиху, заработал, условно говоря, тысячу, а другой мотался по городу – заработал триста.

А теперь приходишь в шесть утра, открываешь планшет, тебе выпадают заказы. Первые, как правило, «горящие», их берёшь все подряд, а дальше уже смотришь: туда – не успею, а вот туда – не обернусь, а вот это – хороший заказ, в аэропорт. Иногда можно было даже выбирать.

Правда, иногда заказы перебивали обычные такси, которым «Мосгортранс» отдавал наши вызовы. Нам оставляли колясочников, потому что в социальном такси есть пандус, а в обычное – коляску и не закатишь. Но колясочники такси пользуются не так часто. И получалось: из смены в 12 часов ты три-четыре часа ездишь, остальное время – стоишь.

Верхом да по Садовому

Помню интересную ситуацию: мама сама слепая, а ребёнок у неё зрячий, но он учится в школе восьмого типа, тоже инвалид. Парень уже взрослый такой, лет, наверное, четырнадцать, с утра маму из подъезда выводил под ручку. Вопрос ещё, кто из них кого вёл.

Жили они на Пролетарской, а школа у него была на Краснопресненской. Там на метро ехать полчаса, но, видимо, не получалось у них. А вéрхом да по Садовому кольцу получалось два часа в один конец по пробкам. Хоть социальное такси и дешевле обычного, это даже на нём не наездишься.

Или была одна бабушка. Она работала на Баррикадной, в больничном архиве, там где-то рядом раньше и жила. А потом их расселили, и она оказалась в Бутово. И теперь каждый день она ездит на такси на работу. Причём у неё инвалидность, рабочий день сокращённый: к восьми утра она приезжала, а в три часа уже ехала назад. И вот смысл был тратить столько денег на такси? А просто человек одинокий, а на работе какое-то движение и знакомые, и всё общение получалось – на работе. Она так привыкла.

Про неприятности

А бывают люди неприятные. Бывает, приедешь – а человек к тебе относится с пренебрежением. Вроде как «поехали, холоп». Это было неприятно, но редко. Чаще всего у нас пассажиры постоянные, которые ездят много лет.

Бывало другое. Москва всё время расстраивается, где-то появляются новые объезды, где-то, наоборот, стоят пробки. И иногда едешь-едешь – и свернёшь куда-нибудь, как лучше. А пассажир нервничает: «Не здесь надо было ехать!» То есть, он меня, водителя, учит, как его надо везти. А у меня ж зарплата зависит от того, сколько я перевезу пассажиров, и я же вижу, где можно ехать пятнадцать минут, а где – полчаса.

Бывали неуравновешенные люди, начинали какие-то вопросы задавать, провокации устраивать. Таким я просто говорил: «Давайте поедем тихо, не будем разговаривать». И всё, он едет спокойненько, молчит. В основном, у меня конфликтных ситуаций не было. Была, правда, женщина, которая жалобы писала во все инстанции, но это она, по-моему, от скуки. Бывают такие люди, которые в принципе жизнью недовольны.

Почему оно всё-таки не работает

Бывали и просто обидные глупости: например, закупили новые машины – а договор на замену масла не заключили. Машина есть, а масла нет – то ли нет договора, то ли не выиграли тендер. А с несменённым маслом нельзя выйти в рейс. И получается: приходят люди – и просто дежурят по парку. Не выйти на работу нельзя, в рейс неподготовленным выйти нельзя, машина за тобой закреплена – и сидишь.

Бывало, десять-пятнадцать машин стоят, водители гуляют по парку. А остальным водителям – как разорваться. И заказы уходят субподрядчикам. Причём водителям-субподрядчикам поездки оплачивали по какому-то другому тарифу, чуть не вчетверо больше, чем нам. Пассажиры-то платили по фиксированному тарифу, а водители получали больше. Зачем деньги уходят, непонятно. Хотя, может, кому-то это и выгодно.

Когда я пришёл на работу, у нас в парке было, наверное, штук сто машин. А когда я увольнялся, — ездящих было штук тридцать, остальные стояли на приколе. Следить же надо за парком! Хотя, по-моему, даже сто машин на такой город, как Москва, — мало.

Я даже выходил с предложением к руководству: если я приезжаю на работу и сижу в парке, давайте я на работу буду выходить не два через два, а день через три. Нет, сказали, не надо.А из-за такой работы – большая текучка. Кто-то смотрит за машиной, кто-то плохо смотрит  и в аварии попадает. Вот и не работает служба. Остались там хорошие мужики, которым за пятьдесят, в этом возрасте никуда уже особо не денешься.

Рисунки Дмитрия Петрова

«Социальное такси» – проект ГУП «Мосгортранс» при поддержке департамента транспорта и развития дорожно-транспортной инфраструктуры города Москвы. Согласно сообщению официальной страницы проекта, его парк составляет 150 транспортных средств, более половины из которых оборудованы специальными подъемниками. В распоряжении проекта есть как легковые автомобили для индивидуальных поездок клиентов, так и микроавтобусы и автобусы для коллективных поездок.
«Социальное такси» доступно для заказов лицам, зарегистрированным в московской городской организации «Всероссийское общество инвалидов» (МГО ВОИ).
Услуги социального такси предоставляются инвалидам, ветеранам Великой Отечественной войны, а также лицам, включенным в перечень членов многодетных семей, проживающих в малоэтажном жилищном фонде города Москвы и имеющим постоянную регистрацию в городе Москве. Транспортное обслуживание производится исключительно по социально необходимым направлениям, таким как посещение: органов власти, аэропортов, учреждений санаторно-курортного типа, медицинских и реабилитационные учреждений, культурных мероприятия.
Заказать социальное такси можно по телефону 8-499-999-02-37 (ежедневно с 8:00 до 20:00 без выходных), либо отправив заявку на адрес электронной почты: 2760333.ssp@mosgortrans.ru
Стоимость часовой поездки по городу, по данным страницы проекта, составляет 210 рублей по городу и 420 рублей по Московской области.