Корреспондент «Милосердия» решил стать бердвотчером (наблюдателем за птицами). Мы отправились в парк. Участникам экскурсии раздают бинокли. Говорят, что заметив птиц, их невозможно не полюбить

Антон – математик, но птиц обожает. «В птиц я влюбился в детстве, – рассказывает бердвотчер. – Запомнилось, как как-то на даче над головой пролетел сокол. И я стал изучать птиц. Их повадки, голоса. Рассказывал друзьям, как видел ту или иную птицу. Мне тогда даже не верили – да какие хищники могут быть в Москве? А я их вижу. Рядом с МГУ, например, обитает много хищных птиц – пустельга, сапсан, перепелятник, ушастые совы. В наших парках большое разнообразие пернатых. Просто люди этого не замечают».

Антон Мироненко-Маренков – бердвотчер. Так называются наблюдатели за птицами. И их становится все больше в городских парках.

«Бердвотчеринг – это распространенное явление в Британии и США. Когда там в город залетает какая-то редкая птица, собираются толпы людей с телескопами, хотят ее увидеть, сфотографировать! У нас это движение пока развивается, – рассказывает Антон Мироненко-Маренков. – Когда прошлой зимой в парке Покровское-Стрешнево обнаруживались редкие зимующие совы, например, я увидел бородатую неясыть, которая вообще не каждый год залетает в столицу, здесь собиралось много бердвотчеров. Это очень любопытно!»

Чижик-пыжик, где ты был?

Корреспондент «Милосердия» решил тоже стать бердвотчером. Мы отправились в парк Покровское-Стрешнево. Антон берет в лес фотоаппарат с большим объективом, дающим хорошее увеличение. Участникам экскурсии обычно раздают бинокли.

Однажды Антону выпало удовольствие наблюдать птиц через огромную трубу-телескоп, с ней ходит по московским паркам известный орнитолог Василий Вишневский, автор книг о птицах.

В Москве, с учетом пролетающих и останавливающихся в городе птиц, их более 250 видов. Для сравнения: по России и СНГ зафиксировано около 900 видов птиц. Так что наблюдать есть за кем! Самая распространенная певчая птичка у нас, по словам Антона, зяблик, весной они повсюду. И это основная весенняя песенка, которую мы слышим, хотя часто путаем зяблика и пеночку-весничку.  Но и зимой есть что послушать и посмотреть!

«Я слышу гудок снегиря!» – говорит Антон, и мы останавливаемся и присматриваемся. Оказывается и голоса птиц звучат по-разному. Гудок, посвист, клекот…кто во что горазд!

Самочка снегиря

А вот мимо нас пролетают чижи. Они довольно юркие, сложно поймать их взглядом, но в полете любят перекрикиваться друг с другом. Может, название этой птички и связано с ее голосом? Кричит она также пронзительно, как сочетание звуков в ее имени «чиииижжж».

Щеглы тоже популярны в московских парках. А вот на ветку куста села крупная черная птица – это черный дрозд. В этом году дроздов довольно много осталось на зимовку, хотя обычно они улетают на юг России, в Европу – туда, где теплее.

Чижик

Кстати, дроздов и скворцов москвичи часто путают. Теперь, наконец, и с этим разобрались. Черные дрозды пугливы, весной и летом они прячутся в тени, в кустах. Их легко отличить от скворцов по длинному хвосту. А вот скворец совершенно не боится людей, и скачет по всем нашим дорожкам и клумбам вместе с воробьями.

Скворцы пестрые, а вместо хвоста у них некое недоразумение. Тут же встретили и дрозда-рябинника, который часто зимует в московских парках: птичка с коричневыми крыльями и серыми хвостом и грудкой. В Москве обитают четыре вида дроздов: белобровик, певчий, рябинник и черный дрозд. Дрозд-рябинник самый наглый, и, кстати, часто устраивает гнезда на небольшой высоте, не боясь шума транспорта, трамваев, пешеходов.

И опять новая информация: дятел, оказывается, может пищать, а не только долбить дерево. По такому короткому «пик» можно узнавать, что в деревьях прячется эта птица.

А вот высоко запищали синицы, засуетились, заволновались, и вдали мы услышали крик ястреба-тетеревятника. Хищников мелкие птички, конечно, боятся. Увидеть тетеревятника непросто, он не подпускает близко, может сидеть неподвижно.

До 1960-1970 годов у нас массово истребляли хищных птиц. Это привело к опасным последствиям – расплодились крысы и голуби. Сейчас популяции птиц, к счастью, растут.

«Важно объяснять людям, что птицы-хищники нужны, они охотятся прежде всего на больных птиц. Смотрят на стайку, выбирают слабую птичку – более легкую добычу. Это помогает сохранить популяцию птиц. Не распространяются птичьи эпидемии и инфекции, – поясняет Антон. – Был известный случай в Норвегии, на рубеже XIX-XX веков, там любители охоты на белых куропаток решили, что надо перебить ястребов, чтобы куропаток было больше.

Сначала несколько лет радовались: куропаток и правда стало больше. А потом внезапно популяцию птиц сразила инфекция, их стало меньше, чем было при развитой популяции хищников. Таких случаев было много, и потом закупали хищников в соседних странах, чтобы восстанавливать популяцию. Природа это сложная система. Бытовая логика тут не работает».

Ястреб — тетеревятник

Опытный бердвотчер различит настоящий голос тетеревятника от пародистов. В лесах и парках живут сойки. Эти хулиганки любят покривляться и изображать голоса разных птиц – хищных в том числе. Так сойка распугивает мелких птичек, чтобы ей досталось больше еды.

Пародистов отличить не сложно – нет напора в интонациях, подлинные хищники кричат мощно. Настоящий голос сойки – резкие крики – узнаваем сразу. Соек много в парках, говорит Антон, но гуляющие люди и их тоже не замечают, хотя это не мелкие и очень яркие птицы.

Если вслушиваться, запоминать издаваемые птицами звуки и стремиться разглядеть и опознать каждую звучащую птичку, то вы через какое-то время сможете легко различать птиц по голосам! Кстати, есть базы записей голосов птиц, с которыми можно сверяться, например такая  .

«В мае – настоящий звенящий лес! В это время в лесу очень много птиц. А в апреле идет пролет птиц через территорию Москвы. Стаи останавливаются, кормятся и отдыхают и летят дальше», – говорит Антон Мироненко-Маренков.

«Не закатывайте парки в бетон!»

Люди даже не представляют, сколько птиц в городских угодьях, сетует Антон. Мы идем мимо них по тропинкам, а вокруг нас – просто кипит жизнь! А знать это было бы важно и для общей пользы. Например, в Москве активно благоустраивают парки. Но если закатать берега прудов в бетон и убрать тростниковые заросли, болотистые места, у нас станет гораздо меньше птиц.

«Например, в прибрежных зарослях гнездится камышница. Она занесена в Красную книгу Москвы. По берегам кормится огромное количество мелких певчих птиц. В зарослях гнездятся и камышовки, – рассказывает бердвотчер. – Когда мы благоустраиваем парки ради декоративной функции, это плохо.

Тот же газон, например, бесполезен для птиц. Им нужен естественный травяной покров, сорные травы. Там могут кормиться и насекомоядные, и зерноядные птицы. Нужны и заросли репейника и крапивы, там могут гнездиться мелкие певчие птицы. А еще это корм для птиц: щеглы, например, любят семена репейника, чечетки – семена крапивы. То есть очень важно оставлять дикий естественный пейзаж, тогда в наших парках будет больше птиц».

Щеглы

А заметив птиц, их уже невозможно не полюбить, убежден Антон.

«И вот тогда люди скажут – хватит закатывать наши парки в бетон, мы хотим сидеть на лавочках и слушать пение птиц, сохраните дикие уголки! Поэтому и нужны такие экскурсии, которые мы проводим. Хочется, чтобы москвичи больше знали о птицах и животных, которые живут рядом с нами».

Прореживать деревья тоже не надо. Старые деревья, поясняет бердвотчер, – кормовая база для дятлов, а еще там можно выдалбливать дупла, и это прекрасное место для гнездования птиц. «Если упавшие или сухие трухлявые деревья все подряд убирать, парк станет не живым, а декоративным. В этом важно не переусердствовать».

Нужны даже болота! В Москве есть куропатки, например, в Мневниковской пойме, заброшенном месте Москвы с болотистыми местами. В таких местах города водится выпь. Так что забытые места городу тоже нужны – это естественная экологическая территория.

Кто живет в скворечнике

Раньше, напоминает Антон Мироненко-Маренков, работали юннатские кружки, поэтому традиция изучения природы, птиц, животных в наших городах всегда жила. Эти кружки есть и сейчас, если задаться целью, можно их найти. А еще в парках (Битца, Измайлово, Кусково и некоторых других) есть экоцентры.

«В них тоже организуются экопросветительские занятия с населением, причем бесплатно. Об этом знают завсегдатаи парков, часто это пенсионеры, которые гуляют, читают объявления и пользуются этой информацией», – рассказывает Антон.

То есть просветительская работа ведется, но ее все равно недостаточно. Не хватает базовых знаний даже в школьной программе, считает Антон: «Совершенно неправильно, когда школьники, которых учат на уроках труда делать скворечники, даже не знают, для кого они их делают. Дети не знают, как выглядит скворец! Взрослые люди тоже часто не знают, кто живет в этих птичьих домиках. Нужно образовывать население».

Поэтому бердвотчеры приглашают желающих на экскурсии. Обычно собирается группа в 10-15 человек: семьи с детьми, молодежь, люди среднего возраста. Об экскурсиях люди узнают в интернете, в соцсетях, а чаще всего по сарафанному радио. Они бесплатные, приветствуется благотворительный взнос на поддержку проекта.

Серая неясыть

Недавно с бердвотчерами произошел инцидент: претензии предъявили инспекторы Мосприроды, помешавшие наблюдениям. Экскурсанты в Измайловском парке, рассматривавшие дятлов, были признаны «участниками массового мероприятия».

Антон отмечает, что действительно есть в природоохранных законах пункт о запрете проведения массовых, спортивных и зрелищных мероприятий без согласования с некими инстанциями. Но это, скорее, касается, допустим, соревнований по спортивному ориентированию: в этом случае по всему парку расставляются метки, сотни людей бегают по парку, волей-неволей что-то топчут, ломают ветки – это может нанести вред природе.

Поэтому наши природоохранные структуры хотят, чтобы эти вещи согласовывались с ними, чтобы, допустим, не растоптали гнезда птиц, не распугали животных. Но вряд ли такие претензии применимы к компании из 10 человек, мирно гуляющей по тропинкам парка.

Что больше всего интересует начинающих бердвотчеров? Экскурсанты очень хотят увидеть хищных птиц, сов, редких пернатых.

Ну а самый частый вопрос – что едят птицы, как и чем их кормить зимой.

Все, что нужно птицам зимой, – прокормиться, не замерзнуть и не быть съеденными. И если они видят, что в каком-то месте все это есть, они там могут остаться. В кормушки, советует Антон Мироненко-Маренков, правильнее всего сыпать семечки, но не жареные и не соленые.

Семечки едят зяблики, дятлы, воробьи, синички, зеленушки, щеглы, – очень многие птицы. Не подойдут они разве что тем птицам, кому сложно разгрызть семена. Например, насекомоядным – зарянкам или длиннохвостым синицам. Их лучше кормить не хлебом, как делают обычно все, кто гуляет в парках, а, например, вареным куриным яйцом, накрошенным в кормушку.

В наших парках даже зимой много уток. К сожалению, замечает Антон, исследования показывают, что утки, питающиеся хлебом, а этих птиц тоже обычно хлебом и подкармливают, живут меньше, чем их сородичи, питающиеся естественной пищей. Поэтому если уж и кормить уток, то размоченным овсом, например. Хлеб вообще не полезен птицам, но зимой и такой еде все птицы рады.

Многие обеспокоены, что в Москве стало меньше воробьев. Антон считает, что могут быть естественные причины: воробьи чувствительны к благоустройству (замена пригодных для еды трав на декоративные газоны, заделывание дыр и щелей в домах).

Черный дрозд

«Но, в любом случае, как ни странно, в городах и парках концентрация птиц больше, чем вне городов. Спасают наши кормушки. Отходы, крошки. Под кормушками разводятся мыши, а это уже еда для птиц-хищников. Поэтому наша помощь очень нужна птицам».

Еще один миф – «спасение птенцов»: люди часто подбирают птенцов, увидев их на дороге, считают, что надо непременно вернуть малыша в гнездо или взять и выкормить. Это неправильно!

«На какой-то стадии развития птенцы сами выбираются из гнезд, еще не совсем умея летать и думать. Во-первых, так в случае нападения хищников хотя бы кто-то из птенцов уцелеет. Во-вторых, птенцы разбегаются по кустам, родители их продолжают кормить, а они тем временем постигают окружающий мир.

Птицы учатся жизни, идет плавный переход к самостоятельному кормлению: родители уже специально недокармливают птенцов или не кладут еду не в клювы, а кидают рядом, чтобы птенцы сами искали корм и учились питаться», – рассказывает Антон.

«Мы редко смотрим в небо»

Наблюдать за птицами можно в любое время года. Зимой проще всего рассмотреть птиц, весной большее разнообразие. До середины мая идеальное время наблюдения за птицами.

«И в это время птицы поют именно песни. Это полноценное развернутое выступление: «я такая-то птица, это моя территория». А зимой мы слышим, скорее, различные информационные сигналы, но не песни», – поясняет Антон.

  1. Самое волшебное время, пожалуй, апрель. «Можно посмотреть в небо, и увидеть коршуна, или клин гусей, клин журавлей. Все эти птицы летят над Москвой.

Середина лета трудное время для наблюдения птиц, они уже не поют, возятся с потомством. Да и листва их скрывает.

Осенью идет обратный пролет птиц. В Москве можно встретить полевых луней, болотных луней, канюка, осоеда. В начале осени в Москву залетает немало хищных птиц, прежде всего молодых, они отъедаются и потихоньку двигаются в южном направлении.

Также во время пролета в парках могут появляться в большом количестве птицы, которые в другое время встречаются куда реже – это могут быть крапивники, синицы-московки, желтоголовые корольки и многие другие.

Сойка

Даже чечетки и снегири в середине осени встречаются куда больше, чем зимой (правда, их видно в основном перелетающими по кронам). И конечно, снова журавлей, они летят к теплу – в Израиль, Иран, Африку.

«Мы редко смотрим в небо, чаще под ноги, – говорит Антон Мироненко-Маренков. – А стоит чаще радовать себя – посмотрите наверх, вокруг, и вы увидите красоту».

Записаться на экскурсию с бердвотчерами можно на сайте.