Яна Поплавская обвинила Nestle, что компания наживается на трагедии на Дальнем Востоке. Соцсети взорвались: буржуи не помогли русским детям! «Милосердие» предлагает разобраться по существу

Яна Поплавская обвинила Nestle, что компания наживается на трагедии на Дальнем Востоке. Соцсети взорвались: буржуи не помогли русским детям! «Милосердие» предлагает разобраться по существу.

Забота о детях, особенно – о маленьких детях, есть дело чрезвычайно правильное и полезное. Защищать детей кажется естественным, как дышать – дети беззащитны, дети по определению не сделали никому ничего плохого, дети точно никогда не виноваты в случающихся с ними несчастьях. Эта естественность помощи детям имеет свою оборотную сторону – преступление против детей или даже отказ помогать детям вызывает столь же резкую реакцию, как препятствование дыханию.

На прошлой неделе в этом имели случай убедиться и российские телезрители и интернет-пользователи. Актриса и телеведущая Яна Поплавская искренне и изо всех сил включилась в помощь детям, пострадавшим от разлива Амура. Закупила несколько тонн различного детского питания, добившись от одних бизнесменов – денег, а от других – скидок и натуральных пожертвований. При этом звезда не осталась сторонник менеджером процесса, но лично побывала в затопленных домах и явно приняла сложности Дальнего Востока очень близко к сердцу.

И когда Яна поведала миру — сначала в социальных сетях, а после и в интервью – что компания Nestle отказалась помочь ей в помощи грудным детям, которые оказались в зоне наводнения на Дальнем Востоке, то многие поддержали ее возмущение. Суть проблемы оказалась в том, что Nestle не стала предоставлять по просьбе телеведущей скидки на детские смеси для искусственного кормления детей до года, мотивировав это «программой компании по поддержке грудного вскармливания» и отправив в качестве пожертвования товары других своих марок – Nescafe и Maggy. Эту информацию подтвердила, со ссылкой на правила Unicef и Всемирной Организации Здравоохранения, в прямом эфире РБК-ТВ менеджер по внешним корпоративным коммуникациям «Nestle Россия» Елена Якунина.

Сама же Яна Поплавская заявила, что «Nestle наживается на трагедии на Дальнем Востоке» и была поддержана рядом общественных деятелей и изданий. Праведный гнев – вполне понятная эмоция, которой поддаются абсолютно все. Как отметил Всеволод Махов, координатор «Гражданского корпуса» по операции «Амур13»: «Вообще сложно сохранять холодный разум, когда наблюдаешь родившегося в наводнение ребенка-искусственника, у мамы которого осталось полпакета смеси. Такого ребенка, кстати, Яна видела в Усть-Ивановке. И такой ребенок тут отнюдь не один».

Реакция на подобную весть была вполне предсказуема и долго себя ждать не заставила. Новостные порталы и социальные сети запестрели заголовками о злобных буржуях, которые наживаются ежедневно на русских детях и отказываются помочь им в тяжелый момент. К делу обличения подключился даже глава Роспотребнадзора Геннадий Онищенко, который прокомментировал ситуацию так: «Я сейчас размышляю над тем, чего там больше: жлобства или неприкрытого цинизма у этой компании. Не хотят давать, ну и не вылазьте, и никто вас не просит».

Прозвучал ряд призывов к бойкоту компании со стороны покупателей. Голос одного из организаторов «Амур13» Мити Алешковского, который назвал эту ситуацию «благотворительным шантажом» и призвал подумать о том, что в такой ситуации бизнес откажется жертвовать, ибо дарить следует добровольно, а не под угрозой «я тебе репутацию угроблю», остался скорее не услышанным.

Ну, а мне все не давала покоя странная причина отказа со стороны Nestle — «программа поддержки грудного вскармливания». Само существование такого рода программы в компании, производящей смеси для вскармливания искусственного, показалась мне странной. С чего бы вдруг им наступать на горло собственной песне? Не говоря уже о том, что Nestle – компания европейская, что такое корпоративная благотворительность они хорошо знают, и подобный резкий отказ не был бы возможен без серьезной причины. Хорошо разбирающаяся в западной благотворительности Анна Пучкова из фонда «Мозаика счастья» подтвердила, что Nestle вполне оперативно откликается на благотворительные запросы, ведет собственные программы, как в России, так и за рубежом и корни подобного отказа наверняка лежат не в области корысти.

Оказалось, что причина действительно не в жадности и не в стремлении нажиться. Компания продает эти смеси сотнями тысячами тонн ежегодно, и отдать немного ради репутации для нее не составило бы проблемы. Причина – в давней истории, в результате которой у Nestle есть программа поддержки грудного вскармливания, а к самой теме кормления детей до года компания относится нервно.

В 1973 году в Америке, а затем и в Европе началась большая общественная кампания против корпорации Nestle. Суть претензий вкратце сводилась к тому, что корпорация намеренно отучает женщин кормить грудью и подсаживает детей на смеси, дабы продавать побольше, что, действительно, некрасиво, а то и опасно. Особенно в развивающихся странах, где, к примеру, материнское молоко – почти единственная возможность для новорожденного получить питание без лишних микробов, ибо плохая санитарная обработка воды и низкий уровень жизни как правило соседствуют между собой. Не говоря уже о таких гранях проблемы, как психологическое отчуждение матери и младенца в ситуации искусственного вскармливания или невозможность сделать смесь полностью идентичную естественному молоку по химическому составу, питательности и так далее.

В 1977 году кампания переросла в бойкот, который в дальнейшем только рос и расширялся. В 1978 году по поводу стратегии работы компании Nestle были проведены слушания в Сенате США, на следующий год – создан главный лоббирующий антиискусственнический орган — всемирный Альянс поддержки грудного вскармливания (IBFAN), а в 1981 году сессия Всемирной ассамблеи здравоохранения приняла резолюцию WHA34.22, которая включает Международный кодекс маркетинга заменителей грудного молока. Кодекс распространяется на детскую смесь и другие молочные продукты, продукты питания и напитки, выставленные на продажу или представленные иным образом, которые могут быть использованы как частичный или полный заменитель грудного молока. Этот кодекс наделяет медицинских работников ответственностью за консультирование родителей по кормлению, а также заставляет компании-производителей предоставлять научную и достоверную информацию работникам здравоохранения и устанавливает требования к маркировке. И что особенно важно в контексте конфликта Яны Поплавской и корпорации Nestle – запрещает рекламное продвижение в СМИ заменителей грудного молока.

Но для западных представлений о благотворительности освещение в СМИ передачи какого-либо продукта есть маркетинговый ход, даже будь он трижды мотивирован самыми благородными порывами. А посему и благотворительная раздача подобного продукта, или рассказ о том, что кто-то получил на продукт скидки, кодексом запрещена под угрозой санкций.

Бойкот с тех пор приостанавливался и начинался снова. Сейчас он продолжает действовать, к нему присоединилось множество организаций, коммерческих компаний и медийных персон. Как сообщает Википедия, «в Великобритании бойкот поддержали 73 студенческих союза, 102 предприятия, 30 религиозных групп, 20 групп здоровья, 33 группы потребителей, 18 местных органов власти, 12 профсоюзов, образование групп, 31 депутат, а также многие знаменитости». Противостояние Nestle и IBFAN продолжается по сей день – корпорация утверждает, что действует согласно принятому в 1981 году Кодексу, противники находят у нее нарушения и продлевают бойкот из года в год. Именно с целью преодолеть свой нехороший имидж жадных капиталистов, которые наживаются на грудных детях, а заодно перехватить лидерство в области пропаганды грудного вскармливания, Nestle создало собственную программу поддержки естественного положения вещей.

Именно поэтому Nestle отказала в помощи детям Дальнего Востока – подобная акция благодаря энергии и медийному весу Яны Поплавской, несомненно, попала бы в СМИ, отнюдь не улучшила бы ситуацию в стратегическом противостоянии с IBFAN. Завтра же начались бы обвинения, что хитрая корпорация намеренно жертвует бесплатные смеси, чтобы побольше мамок и деток подсадить именно на них и тем самым больше заработать в отдаленной перспективе. Ведь именно в этом обвиняли Nestle в начале бойкота – что компания предоставляет смесь бесплатно в течение первого периода вскармливания, а после, когда ребенок к ней привыкнет – уже по рыночным ценам.

Попросту говоря, компания Nestle в свое время на грудном молоке сильно обожглась и до сих пор дует на любую подобную жидкость.

Но это мне было не лень разобраться, при чем тут Всемирная организация здравоохранения. Большинство тех, кто слышал эту историю, знает только то, что жадные буржуи не помогли русским детям. И это явный прокол со стороны пиар-служб Nestle. Будем считать, что этой заметкой я помогаю им исправить положение.

И последнее. Вся эта история – она не столько о Nestle и Дальнем Востоке, сколько о том, что происходит, когда свой благородный порыв человек не соизмеряет с мнением профессионалов в области благотворительности. Можно сколько угодно стремиться помочь – но если к этому делу прикладывать только сердце, а не голову, можно иногда и перестараться: скандал, конечно, поспособствовал росту интереса к проблеме, но не помог ее решить. Наверняка в тиши кабинета можно было бы договориться со всеми – и с Nestle, и с ее противниками.

Что, собственно, и произошло в конце концов – и телеведущая и менеджер по связям с общественностью подтвердили, что ведут конструктивные переговоры. В результате смеси-заменители купили без скидок просто по оптовой цене и добавили к ним пюре для прикорма Gerber. Дополнительно от лица сотрудников «Гражданского корпуса», волонтерского сообщества, работающего на Дальнем Востоке, готовится письмо о том, что смеси не попадают в руки неквалифицированного персонала, а распространяются под контролем местного Минздрава через районные больницы, что несколько обезопасит Nestle от претензий со стороны ВОЗ и IBFAN.

Жаль только, что образ жадной швейцарской корпорации, которая отказала в помощи новорожденным после наводнения, теперь надолго поселится в головах российских телезрителей и интернет-пользователей.