Назначение Гитары

В этом году многие издания опубликовали рождественские рассказы современных литераторов. И у нас – святочный рассказ Алексея МИТРОФАНОВА, постоянного автора сайта, краеведа, телеведущего и писателя

Григорий Жадько, «Двойка, восьмёрка, туз». Изображение с сайта artdeal.ru

Валерий Николаевич Гитара 1970 года рождения родом был из города Владимира. То есть ему удалось застать то удалое время, когда на главной улице этого древнего русского города – Большой Московской – действовало более десятка казино. На выходные сюда приезжали азартные люди из самой столицы на своих черных вместительных внедорожниках. Да и на других автомобилях тоже приезжали: казино здесь были на самый разный вкус и кошелек.

Вот счастье-то для игрока: выйдешь на чистую морозную заснеженную улицу, перейдешь дорогу – и снова оказываешься в нарядном помещении, насквозь пропитанном теплом и надеждой на молниеносное обогащение. А если не будешь лениться и каждый раз, перейдя дорогу, – ту самую Большую Московскую улицу – возьмешь себе за правило чуточку перемещаться в сторону Нижнего Новгорода, то имеешь шанс посетить практически все злачные заведения богоспасаемого Владимира.

Естественно, Валерий Николаевич не упустил свою удачу и работал в одном из таких заведениях крупье. Заведение, правда, было не особенно роскошное. Между нами говоря, дрянь было заведение, для всякой шелупони. Стоимость коктейлей в баре начиналась от пятнадцати рублей — 50 граммов бюджетной владимирской водки и 100 кока-колы. О чем тут говорить!

Счет, правда, на эти пятнадцать рублей приносили в коричневой кожаной папочке. Все как у людей.

На жизнь Валерию Николаевичу, впрочем, хватало. Жизнь во Владимире была тогда дешевая. Автомобиль же вообще ни к чему, до всего, что тебе нужно, запросто пешком дойдешь. Главное же — нравилась ему сама атмосфера казино, все эти бурные страсти и жалкие страстишки, которые там бурлили, хитроумным образом переплетались, образуя в совокупности потоки самые что ни на есть немыслимые. И это обстоятельство давало нашему герою ощущение восторга.

* * *

Увы, земное счастье не способно продолжаться бесконечно. В один прекрасный момент государственные власти приняли решение: свернуть по всей стране все казино, а сделать несколько игорных зон. Одну из них — в Калининградской области, в поселке городского типа Янтарный. Валерий Николаевич Гитара понял, что пора перемещаться. Действовать на опережение. Быстрее, как можно быстрее продавать свою владимирскую квартиру и покупать жилье в Янтарном. Пока цены там до потолка не подскочили. А далее сидеть и ждать, пока не выстроят на новом месте город счастья.

И то, и другое, к сожалению, сложилось лишь наполовину. То есть квартиру во Владимире Гитара все таки продал, но у покупателя возникли некоторые проблемы юридического плана, история затянулась, и к тому моменту, когда на банковском счету Валерия Николаевича наконец-то появилась кругленькая сумма, недвижимость в Янтарном все-таки подорожала — и притом катастрофически. Жилье, аналогичное владимирскому, купить было уже невозможно. С мыслями о квартире пришлось быстро расстаться. Гитара взял дом-развалюху, который мало того, что постоянно требовал материальных вложений, так ведь еще и оказался памятником архитектурного наследия, и минимизировать расходы было, мягко говоря, проблематично. Но пришлось соглашаться на такой вариант: Гитара опасался дальнейшего роста цен.

Правда, опасался он, как вскоре выяснилось, совершенно зря. Да, владимирские казино очень быстро прикрыли, а вот с городом счастья на янтарном побережье, как нам известно, возникла заминка. До сих пор на сайте зоны окончанием работ значится год 2029. Цены на недвижимость, ясное дело, начали снижаться, и получилось, что Гитара приобрел свою халупу на самом пике спроса по совершенно абсурдной цене.

* * *

Однако он не унывал. Дом свой паршивый называл особняком, а на работу пристроился в школу. Педагоги-мужчины всегда были в цене, про это и роман написан, и фильм снят – «Географ глобус пропил». Даже те педагоги, что не самого высшего качества. А у Гитары имелся хотя бы диплом – в свое время, чтобы избежать армейской службы, он окончил Владимирский педагогический университет имени братьев Столетовых (тогда – просто пединститут).

Правда, и жизнь новоявленного педагога не была столь насыщенной, сколь была у его придуманного пермского коллеги. Старшеклассницы в Гитару почему-то не влюблялись, жены — чтобы с ней каждый день собачиться – у него не было. Преподавал он две самые увлекательные и, вместе с этим, по ошибочному представлению обывателя, самые несерьезные дисциплины – ОБЖ (бывшую НВП) и технологию (бывший труд). А что другое и не потянул бы — после стольких-то лет исключительно игорного промысла.

Зато навыки, полученные в казино, здесь неожиданно пригодились. Хотя что удивляться? И тут психология, и там психология. К тому же наш герой прекрасно понимал, что как раз именно эти два предмета – не самые несерьезные, а, наоборот, самые важные. Часто ли вам во взрослой жизни требовались знания про пестики-тычинки, созвездие Малая Медведица, Великую теорему Ферма и химические катализаторы? То-то же. А вот костер под дождем запалить или движок перебрать у мопеда — умения очень востребованные.

Можно уверенно сказать: Гитара был своим ученикам полезен, и ученики его любили. А что карточные фокусы показывал, да байки казиношные травил – так то после звонка, не считается.

Но подобная гармония не устраивала нашего героя. Манил зеленый стол, ох, как манил. Там он был повелителем, вершителем судеб, от его умелой руки зависело, в горе или же в радости покинет тот или иной искатель приключений заведение. Нет, он, конечно же, не передергивал (да и не передернешь, всюду камеры), но все равно его устами оглашался приговор. А тут – никакого почтения, одни только пакости, которые активно совершали любящие ученики и школьное руководство.

И возникла мечта у Гитары: устроиться крупье в соседнюю Польшу. Вот где благодатные земли! Все как надо, Европа. И чаевые, говорят, не отнимают, хотя это – вряд ли.

Да только как туда устроишься? Своих желающих хватает, плюс шенген рабочий надо получать, с жильем опять-таки решать проблему. Не вышло бы как с переездом в Янтарный.

И мечта оставалась мечтой, что, в общем, тоже неплохо.

* * *

И вот в один прекрасный вечер перед Рождеством Валерий Николаевич Гитара отправился в поселковый паб «Янтарь». Настроение у него было приподнятое, но с праздником он это не увязывал. Он вообще про праздник ничего не знал: церковный календарь был для него terra inсognita.

Первый, кого он встретил в пабе, был скользкий человек по кличке Змей. Он действительно напоминал змею – весь какой-то узкий, одномерный, будто бы не было у Змея позвоночников, и вообще он был даже не змеем, а чем-то хордовым вроде миноги в желе.

– Привет, Галактионов! –  издевательски-почтительно выкрикнул Змей.

Тут надо пояснить, что наш Гитара был на самом деле не Гитара, а Галактионов. Гитарой же его прозвали в перестройку, когда он торговал самодельными матрешками и сувенирами «тяни-толкай» у магазина музыкальных инструментов. Своей фамилии Валерий Николаевич стеснялся, считал себя недостойным ее, такой звучной и пафосной. А вот Гитара ему было в самый раз. Змей, разумеется, об этом знал, но Змей на то и Змей, чтобы млекопитающим жизнь медом не казалась.

– Здорово, Змеюка, – ответил Гитара, заранее настраиваясь выпить маленькую кружечку янтарного напитка и валить подальше от такой компании, благо в поселке последние несколько лет всяческих заведений понаоткрывалось предостаточно.

– А у меня для тебя есть хорошая новость, – продолжил общение Змей. – Реальная возможность в Гдыню в казино устроиться. На должность крупье. Я для братика своего устраивал, а тот в последний момент отказался: на англичанке, понимаешь, женится. А там все на мази. Конечно, надо заплатить – и за переоформление документов, и мне за усердие. Но это так, мелочи.

У Гитары закружилась голова от счастья. И знал ведь, что Змей — это тот еще жук, что веры ему нет и не предвидится, что связываться с ним выйдет себе дороже. Но до боли знакомые, выстраданные слова: казино, крупье, Гдыня, – сделали свое дело. Слаб в тот момент был Гитара, мечтателен и непрактичен.

Не смутили его и обстоятельства встречи. Следовало сегодня же, к девяти часам вечера явиться в определенное помещение заброшенного янтарного рудника. А рудник этот, надо сказать, был сомнительным местом. С одной стороны, сюда и экскурсии водили, как групповые, так и индивидуальные, а случалось и сильные мира сего посещали колоритную достопримечательность. А с другой — там, поговаривали, иной раз проводилась незаконная добыча янтаря и конкуренты выясняли отношения на ножах, а изредка звучали даже выстрелы. Именно там Гитара должен был встретиться с устроителями своего будущего счастья, передать им подлинники документов, а также приличный задаток. И змееву долю, естественно, тоже.

И вот бедный Гитара вместо того, чтобы отправиться в какой-нибудь надежный винный бар с подачей бутербродов, идет на окраину города, навстречу то ли крупным неприятностям (это как минимум), то ли своей безвременной гибели, то ли гибели своей бессмертной души. Впрочем, мы этого не знаем и не узнаем никогда. Ведь Гитара не был коренным жителем Янтарного, в достопримечательностях путался, особенно если на нервах. В результате вместо штольни «Мария» он оказался в штольне «Луиза», где в этот момент мерзла компания из десятка мужчин явно чиновничьего вида. Это был как раз тот случай, когда в шахту на экскурсию завезли высокого начальника со свитой. На этот раз – руководителя образовательного департамента Калининградской области.

* * *

Наш герой не сразу понял, что ошибся. Змей же не описывал ему, как будет выглядеть компания гдыньских посредников. Отчего бы и не так: в костюмах, с кожаными папочками и портфелями. С другой стороны, экскурсанты тоже не удивились появлению нового персонажа. Тем более, что внешне он совсем не выделялся: по казиношной привычке носил галстуки и костюмы. Да и портфель с документами тоже присутствовал.

Гитара постоял, прислушался. А разговор шел странный, вовсе не про Гдыню и не про казино. Солировал глава поселковой администрации, его наш герой узнал сразу. Экскурсионная часть, вероятно, закончилась: речь шла про местную школу, ту самую, где Гитара преподавал технологию и ОБЖ. Говорил глава, что увольнение директора – вопрос практически решенный, да только кого взять на его место – совершенно непонятно. А ведь нужен человек, предельно искушенный в тонкостях обязательной программы и современных стандартах образования. А такой на горизонте все никак не появляется. И калининградский гость ему, дуэтом — дескать, да, не вырисовывается, с кадрами в регионе беда.

Валерий Николаевич стоял, слегка прислонившись к шероховатой стене. Необработанный янтарь в свете обычных ламп накаливания смотрелся благородно и таинственно, совсем не так, как жалкий ширпотреб, который продают потом на набережных Светлогорска, Паланги и Сопота. Из него еще можно изготовить шедевр – такой, например, как легендарная Янтарная комната. Или хотя бы солидная, тяжелая люстра, выполненная в 1950-е годы для кабинета Никиты Хрущева и виденная Гитарой в Музее Калининградского янтарного комбината. Признанных произведений искусства из янтаря немного, но они есть.

“Так и с людьми, –  подумалось Гитаре. –  Возишься с ними в школе, пытаешься сделать достойных людей. А большинство учителей и вовсе не пытается. Для них главное – чтобы в документах комар носа не подточил. Вот и выходит – на бумаге все прекрасно, а на деле получается такой же ширпотреб, как у янтарных мастеров-халтурщиков”.

Вспомнилось Валерию Николаевичу и старое казино на Большой Московской улице. Вспомнились и посетители его – вчерашние выпускники простых общеобразовательных школ. У которых тоже были учителя и классные руководители, которым тоже объясняли и красоту пушкинских стихов, и совершенство античных скульптур, и волшебство музыки Бетховена, и чистый гений великих математиков, и потрясающий героизм воинов Великой Отечественной. А выбор в результате сделан был в пользу полутемного зала с фальшивой вежливостью персонала и обязательно с задрапированными окнами, чтобы первый утренний свет не пробудил в игроке голос разума. В то время зал уже казался ему скверным и порочным.

Трясущиеся руки. Покусанные губы. Зрачки, расширенные явно не от лишней порции мороженого. Алкогольные реки. И деньги, деньги, деньги. Все подчинено именно им.

Гитаре сделалось противно. «Господи, — подумал он, – как благодарен я Тебе, что отвел ты меня от греха, что привел сначала в этот город, в эту школу, а потом и в эту штольню!» Такой была его первая в жизни неумелая молитва.

И он почувствовал глубокое раскаяние за то служение пороку, которому посвятил не один год своей жизни. И в то же время желание полностью посвятить себя своему нынешнему делу. Не ограничиваться выполнением формальных требований, а делать все возможное и невозможное для того, чтобы выпускников тянуло не зеленое сукно, да будь оно неладно, а мастерская художника, филармонический зал, инженерное бюро, – все то, что делает человека еще более человечным.

* * *

И в этот момент Валерия Николаевича как будто что-то отпустило, и он без приглашения вступил в беседу. Он говорил, что современные стандарты и программа — ерунда, сегодня они одни, завтра будут другие. А нужно готовить реальных людей к качественной и плодотворной жизни в реальном мире. О том, как важен региональный компонент. Что нужно постоянно увязывать теорию с повседневной жизнью. Что дети должны любить школу, стремиться туда изо всех своих сил.

– А кто вы, собственно, такой? – в конце концов смог вставить свое слово высокий гость.

Гитара представился.

— Один из лучших наших преподавателей, — добавил глава администрации, чтобы смягчить случившийся конфуз. — Видите, неравнодушный какой.

– Вижу, – сказал гость. – Так нам такие и нужны. Вот что, Валерий Николаевич. Приезжайте завтра к десяти ко мне в Калининград. Поговорим. Возможно, мы вам сделаем предложение, от которого вам не захочется отказываться.

И Гитара приехал. И был в высоком кабинете долгий разговор, в процессе которого он произвел самое благоприятное впечатление. К тому же продемонстрировал недюжинные знания в области детской психологии. Не удивительно, ведь игроки – они ж как дети, это всем известно. Да и в программах со стандартами Валерий Николаевич, как выяснилось, разбирался.

* * *

Завершились зимние каникулы. Начались занятия. Наш герой явился в школу, но прошел не как обычно, в подвал, в мастерскую технологии, а на второй этаж, в просторный светлый кабинет с приемной. На блестящей табличке на двери была надпись: «Галактионов Валерий Николаевич, директор». И он впервые не почувствовал смущения, увидев свою настоящую фамилию. Он теперь ей соответствовал.

А что стало со Змеем, мы не знаем. Валерий Николаевич больше не ходит в поселковый паб «Янтарь», у него есть дела поинтереснее. Для нас же это тем более не важно.

Мы просим подписаться на небольшой, но регулярный платеж в пользу нашего сайта. Милосердие.ru работает благодаря добровольным пожертвованиям наших читателей. На командировки, съемки, зарплаты редакторов, журналистов и техническую поддержку сайта нужны средства.

Поможем тяжелобольным старикам приобрести средства ухода

Участвовать в акции

Читайте наши новости в Телеграме

Подписаться

Для улучшения работы сайта мы используем куки! Что это значит?