«Мы даже не успели попрощаться!»

Как найти утешение тем, кто не смог на прощание обнять близкого человека, кого мучает чувство вины и неизвестности? Мы поговорили об этом с протоиереем Василием Гелеваном, который с мая 2020 года посещает больных коронавирусной инфекцией в московских больницах и на дому

Городская клиническая больница № 7 в Иваново, где оказывают помощь пациентам с коронавирусной инфекцией. Фото: Владимир Смирнов/ТАСС

Сейчас многие теряют своих близких в ковидных реанимациях, и не могут справиться с горем. Люди пишут:

– У меня умерла мама от этой болезни без причащения, без родственников, совсем одна с чужими людьми рядом;

– Родители лежали в одном отделении, но маму не пустили к папе в реанимацию ни при каких условиях!  Мамочка даже не смогла попрощаться с ним. Хорошо, хоть случайно увидела, что его увозят в реанимацию. Мы ничего не знаем, что там было, как?! Врачи ничего не говорили. Только, что состояние тяжелое, кушает сам, на кислороде. Он так любил нас, мамочку. 1,5 года – и отмечали бы 50 лет совместной жизни;

– Мой отец, умер в коммунарке, не знаю, приходил ли к ним священник. Надеюсь;

– Мой муж ушёл в борьбе с ковидом. Молодой. Сгорел просто. Подключили к ивл и всё… ушел не готовым. Не причастили. Молюсь за него каждый день. Читаю Псалтирь в надежде, что так будет легче его душе. Только вера в то, что его душа жива дает мне силы жить дальше. И дети, у нас их двое.

Таких историй сотни.

 Стационар для пациентов с COVID-19 в ГКБ № 15 им. Филатова в Москве. Фото: Сергей Бобылев/ТАСС

Отец Василийкак в такой ситуации найти покой и утешение?

– Очень тяжело, когда дорогие сердцу люди уходят внезапно, когда не удается проститься. Я и сам для себя искал ответ, как пережить это. 

Вспомните, что сейчас нашему близкому это уже не важно, и все происходящее – проявление Промысла Божия о нас. Надо довериться Ему, потому что вера корнем уходит именно в доверие.

Нужно не на словах лепетать «вот, я верю в Бога Промыслителя», а сердцем это прочувствовать, признать: «Я хотел всё контролировать, я был так самонадеян, прости, Господи! Да будет не как я хочу, а как Ты, помоги мне увидеть волю Твою благую». 

То, что не пустили в «красную зону» – действительно печально. Но во время этой пандемии вступают особые правила борьбы за жизнь, и они четко регламентированы, пренебречь ими не получится. Врачи многому научились за время пандемии и делают все, что могут. Но пока этот все равно вирус часто непредсказуем. В красную зону мы, священники, идем не только больных поддержать, но и докторов, им там очень тяжело.

Госпиталь для больных COVID-19 в МКЦИБ «Вороновское», Москва. Фото: Илья Питалев/РИА Новости

Часто священник становится посредником, «голосом» родных, он говорит больному какие-то слова утешения, укрепляет. И наоборот,  выходя из красной зоны, становится голосом больного.

Если есть возможность, то перед тем, как войти в красную зону, я звоню родственникам, говорю, что сейчас пойду к вашему Ивану Ивановичу, стараюсь расспросить, как дети, внуки. Больной, когда ему пересказываешь это, чувствует, будто сам побывал дома.

Иногда пациенты наоборот просят что-то передать домашним. Часто они говорят лишь несколько простых слов, которые звучат как заповеди: «скажите детям, я их благословляю», «пусть простят меня».

Когда человек не знает, выйдет ли он отсюда живым, слова «я всех вас очень люблю» – это самые главные слова, которые вообще могут существовать.  

– Действительно, очень утешительно, когда рядом оказывается священник, когда удается в последние дни исповедоваться и причаститься. Но если священника рядом не было, неужели душа погибла?

– Безусловно, в Причастии человек получает духовную поддержку. Я всегда говорю: «Вы теперь не один, рядом с Вами Христос». Но прагматичным отношением (причастился перед смертью – все хорошо, не причастился – все плохо), мы унижаем таинство. Надо оставить все на суд Божий, опять-таки, довериться. Не всегда удается свою человеческую волю и желания непременно реализовать, но это и не всегда нужно.

Резервный госпиталь COVID-19 в КВЦ «Сокольники». Фото: Алексей Майшев/РИА Новости

– Но ведь не у всех такая крепкая вера. Часто горе отвращает от Бога… Как утешить человека, который не может до конца довериться Господу?

– Надо искать другие слова. Например «от нас мало, что зависит. Мы сделали все, что возможно», – так врачи обычно говорят. Но я в таких случаях все равно говорю о том, чтобы человек попробовал смириться перед Богом, довериться, принять все происходящее.

Хочешь верь, хочешь не верь, но закон одинаковый для всех: человек должен родиться и умереть. Нужно понять, что мы созданы Богом, что душа сотворена по образу и подобию Божию. И она только в Боге может обрести покой. И пока она не доверится Богу, никакие объяснения не помогут.

– А если есть реальная вина перед умершим? Можно ли как-то попросить прощения уже после смерти?

– Прощение это двойная дистанция: от меня к человеку и от человека ко мне. После смерти уже невозможно дождаться прощения с той стороны, но вопрос, а важно ли это? Мне кажется, не так важно, услышим ли от другого «прощаю» или не услышим, ведь страшно не то, что нас не простили, а страшно, когда не простили мы сами.

Провожая родных в больницу, благословите и скажите «прости». Дело нехитрое – простить и попросить прощения.

Не стоит быть уверенным, что если твой близкий заболел, то обязательно выздоровеет, если увезли в больницу – обязательно вернется. Иногда бывает, что человек с легкими симптомами поступил, и вдруг состояние ухудшается и за считанные дни он умирает. А бывает наоборот, человек, казалось бы, безнадежный, выкарабкивается. Почему – необъяснимо, это загадка даже для врачей. Я же вижу, что это Промысл Божий, другого объяснения нет.

Похороны умершего от коронавируса. Фото: Петр Ковалев/ТАСС

– Многим, когда смерть пришла внезапно, не хватает какой-то “точки” в общении, и пустота поселяется в душе на годы. А можно ли как-то попрощаться заочно со своим умершим родным?

– Согласно церковному Преданию, после смерти трое суток душа еще будет на земле. Я верю вместе с Церковью, что когда умру, у меня будет возможность посетить всех близких мне людей, посидеть рядом, хотя они меня не увидят.

Да, горько, когда не поцеловал на прощание, не обнял. Но есть вещи гораздо важнее.

Утешают меня слова Амвросия Оптинского о том, что молитва – это лучшее общение. Не рыдайте, не убивайтесь, не рвите на голове волосы: умершему тоже тяжело, если безмерно скорбим мы.

Единственное, что нужно усопшим, это молитва. Можно молиться в храме, можно пойти помогать в больницу, пойти помогать бездомным…

Легче найти утешение человеку верующему. Если встать перед иконой, посмотреть на образ воскресшего Христа – все станет ясно. Станет понятно, что умерло только тело. Не надо его переоценивать, оно пришло лишь на время в этот временный мир. 

Воскреснут все, верующие и неверующие, все, кто лежал и умер в этой «Коммунарке».

Часто после смерти близкого люди замыкаются, погружаются в депрессию, и годами могут пребывать в таком состоянии. Замечено, что помогает: увидеть другого, которому нужна поддержка, и протянуть ему руку помощи. Мы помогаем друг другу и получаем утешение для самих себя, на этом стоит все милосердие, так мы устроены.

Мы просим подписаться на небольшой, но регулярный платеж в пользу нашего сайта. Милосердие.ru работает благодаря добровольным пожертвованиям наших читателей. На командировки, съемки, зарплаты редакторов, журналистов и техническую поддержку сайта нужны средства.

Читайте наши новости в Телеграме

Подписаться