Маленький лагерь больших дел

Что такое Прибалтика для среднестатистического русского? Недавно я со своими детьми вернулась из Литвы, узнав об этой католической стране много нового: оказывается, там идет довольно активная православная жизнь. Например, в деревеньке Ужусоляй находится летний лагерь, который мы теперь вспоминаем с восторгом

Что такое Прибалтика для среднестатистического русского? В первую очередь, всплывает в памяти весь комплекс постимперских обид – сложности с гражданством для русскоязычных, европеизация и пересмотр недавней истории, бронзовый солдат и марши ветеранов, воевавших против СССР. Потом вспоминаются море с песчаными дюнами, янтари и сосны, пастила и шпроты… Недавно я со своими детьми вернулась из Литвы, узнав об этой католической стране много нового: оказывается, там идет довольно активная православная жизнь. Например, в деревеньке Ужусоляй находится летний лагерь, который мы теперь вспоминаем с восторгом.

«На первый-второй…»
День начинается в 8 утра ударами небольшого колокола, подвешенного у входа в «старый» корпус. Этот довольно скромного вида зеленый домик построен 50 лет назад из материалов снесенной каунасской Свято-Андреевской церкви. Напротив — «новый» корпус, достроенный год назад, здесь гораздо уютнее и комфортнее. В «старом», где живут мальчишки и самоотверженный вожатый Гриша, всего один туалет и горячая вода, которая добывается подогреванием настоящим огнем, растапливаемым щепочками и палочками.

Через 15 минут после побудки – построение. Дети разновозрастные: от семилетнего Давида из Электренай до 16-летней Ксении из Санкт-Петербурга. Некоторым ребятам расчет по порядку доставляет серьезные затруднения: дети русских родителей в современной Литве не всегда хорошо говорят на родном языке. Повсеместно закрываются русские детские сады, школы, да и сами родители, боясь «как бы чего не вышло», предпочитают литовские детские учреждения. И даже дома зачастую разговаривают по-литовски, чтобы помочь ребенку чувствовать себя в любом коллективе «своим»…


Построение – любимая «фишка» лагеря. Строимся по поводу и без. И для тренировки… 3 раза подряд…Это около «старого» корпуса, в нем живут мальчики


Построение – с другой стороны. То есть вожатые выстраиваются напротив детей. На заднем плане – «новый» корпус, более комфортабельный и чистый… там живут девочки и старшие. О.Константин – старший в лагере…

Летняя православная сеть
Идея создания Православного Братства Литвы (ПБЛ) основана на опыте деятельности ранее существовавших виленских братств – Свято-Троицкого и Свято-Духовского, которые в 16-17 веках, когда в Польско-Литовском государстве шла настойчивая травля православия, помогли сохранить веру. Возрождение Братства началось в 1995 году, его деятельность предусматривает различные виды служения: помощь разным приходам, религиозно-духовное просвещение, забота о сохранении православных культурных традиций, социальное служение. С самого начала Братство особенно активно стало работать с детьми и молодежью.

В 1996 году в приморском городе Паланге под руководством основателей-священников и православных педагогов были проведены первые две смены детского летнего лагеря Братства. Базой для лагеря первоначально служила русская школа в Паланге, при которой находился православный храм. Первые лагеря, в которых отдыхающих детей в возрасте от 12 до 18 лет было около сотни, требовали хорошего коллектива старших. В основном воспитателями тогда были священники и православные педагоги светских и воскресных школ. Со временем лагерь «переехал» в литовскую школу, которая находилась рядом с новопостроенным храмом, затем — в город Клайпеду. Параллельно для младших детей и для тех, кто хочет отдыхать как в «деревне у бабушки» возник лагерь в деревне Ужусоляй. Теперь лагеря Братства становятся летом объединяющими «штабами» всех православных Литвы.

Сегодня старые «лагерники» вспоминают о первых лагерях в Паланге с ностальгией: в период расцвета там насчитывалось до 350 отдыхающих за лето, а вожатых бывало до 40 человек. Из этой-то молодежи и «выросли» те священники, которые курируют лагерь и теперь. Правда, сейчас желающих отдохнуть в лагере становится все меньше: множество людей уехало из Литвы в Европу и Россию, а многим семьям даже небольшая стоимость лагеря оказывается непосильной. Чувствуется и дефицит вожатых: современные студенты предпочитают если уж работать летом, то не бесплатно.

Физик-психолог
Вожатые — это особенный разговор. Ими или становятся навсегда, или в них не заманишь. Романтика «вожатства» затягивает по уши и не дает делать многие другие, очень важные для молодого человека вещи: зарабатывать деньги на учебники, встречаться с девушкой, общаться допоздна с друзьями… С одной стороны, из-за нехватки активной молодежи прогорают целые мероприятия, с другой — «вожатство» заразительно, и стоит найтись одной-двум харизматическим личностям, как это становится модным.

Григория Ромадина можно назвать душой лагеря. Он умеет строить в шеренгу, укладывать спать, играть в «квадрат», расселять шумных девчонок, купать весь лагерь, стоя 40 минут по пояс в озере: «За меня не заплывать!»

Григорий – студент-физик Вильнюсского университета, он не может найти на лето работу по специальности, а подрабатывать в магазинах не хочет: «А зачем я тогда учусь-мучаюсь?» С ребятами от 7 до 16 лет он справляется без труда: «Они на самом деле одинаковые. Пока у них не начались любови-моркови, с ними довольно просто. Но потом бывают такие проблемы, что без хорошего психолога в смене не обойтись».


Григорий Ромадин – вожатый, студент-физик Вильнюсского университета, душа лагеря




Справа – Павел, старший из мальчиков. Думаю, будет вожатым скоро

Вопрос подготовки вожатых в летние лагеря в течение многих лет решался по-разному. Первые смены проводили опытные педагоги, которым не требовалась подготовка. Когда в состав вожатых стали вливаться студенты, бывшие отдыхающие этих же лагерей, их потребовалось обучить основным принципам лидерства, умению оказывать первую помощь, реагировать на стандартные педагогические проблемы. Обучение вначале проходило простой преемственностью: в состав опытных вожатых вливались несколько новичков, которые обучались на примере старших и на совместном анализе своих ошибок. Когда же из педагогов-профессионалов почти никого не осталось, а состав студентов стал непостоянным, возникла идея проводить курсы для будущих вожатых.

Самое главное
В лагере постоянно живет священник, один из нескольких молодых батюшек, соглашающихся две недели своего отпуска провести с чужими детьми. Часто они приезжают с женами и малыми детками, чтобы «вспомнить молодость» и окунуться с бодрящую среду молодежного поселения.

У священника Константина Лазукина — супруга Руфина из бывших «лагерников», двухлетняя дочка Аня и собственный 10-летний стаж «лагерной» жизни. Говорят, это особенно ценно для старшего: он знает все хитрости отдыхающих и все «проколы» вожатых. Может отличить настоящие боли в животе от симуляции, вызванной нежеланием мыть пол в коридоре. Знает, чем занять отказавшихся идти на озеро, чтобы не болтались праздно, и чем успокоить ревущего мальчишку, который хочет домой. Через все это он когда-то проходил сам.




«Я в первую ночь никак не мог уснуть», – говорит Паша. – «Так что же ты! Следующий раз обязательно приходи ко мне, я тебе проповедь почитаю — сразу уснешь», – смеется отец Константин. Батюшка любит пошутить, увлеченно играет с маленькими девочками в настольные игры, репетирует сценки, проводит богословские турниры, крутит вечером фильмы и даже, сняв подрясник, на берегу озера показывает чудеса акробатики: ходит на руках. Вся эта легкость органично сочетается с серьезной пастырской работой: с первого дня священник начинает готовить детей к воскресной Литургии, на которой обычно причащается большинство детей. Каждое утро и вечер после молитвы, а также после обеда, в течение буквально пяти минут, он напоминает ребятам о важнейших христианских аспектах, пытается расшевелить их ум для работы по осмыслению таких, вроде бы, знакомых понятий: исповедь, покаяние, причастие.

Ужусоляйский храм святого Александра Невского можно назвать скорее «лагерным»: он приписан к Каунасу, и службы во все другое время здесь проходят только два раза в год. Но летом священник из лагеря служит Литургию каждое воскресенье — только для ребят и специально для ребят: приход Ужусоляя не насчитывает и трех человек. Молитвенное правило тоже читается в церкви. Дети читают по очереди, кто может. Список «могущих» постепенно расширяется: для этого проводятся специальные факультативы. Считается почетным, когда кто-то «дорастает» до того, что ему доверяют читать.

Построение, молитва, завтрак, уборка комнат, купание на озере, обед, тихий час, полдник, творческие мастерские, ужин, вечернее мероприятие, молитва, костер, отбой. Вроде бы, обычный для детского лагеря распорядок. Сначала даже не очень понятно — в чем «фишка» этого лагеря, почему дети зачастую до слез не хотят уезжать отсюда?

Но как показывает практика, такая жизнь, пронизанная общей молитвой, попыткой общего деланья, на которое нанизывается все обычные лагерные радости и огорчения, — оказывается настоящей, истинной… И как тяжело поначалу современным детям выныривать из атмосферы «телевизор-компьютер-мобильник» — так и тяжело в конце лагерной смены возвращаться из жизни подлинной в жизнь в некотором смысле виртуальную.

Между «нашими» и «вашими»
Что такое сегодня православие для русских в Литве — вера или национальная самоидентификация? Увы, скорее, второе. В огромном большинстве случаев на вопрос: «Вы православный?», – люди отвечают «Да, я русский, а значит и православный», хотя при этом могут быть и некрещеными. Несколько лет назад Литургию перевели на литовский язык, и в Вильнюсе сформировалась православная община литовцев, около 30 человек. И до сих пор это количество не изменилось… Так какое же будущее у литовского православия? «Православие у нас или под действием активных православных людей распространится и укрепит свои позиции, или станет просто одним из культурных течений, как в Европе, – считает потомственный священник Владимир Ринкевич, активный член ПБЛ. – Во втором случае священники будут работать на светских работах и служить «двум с половиной» прихожанам. Русские же полностью «олитовятся», потеряв таким образом самоидентификацию с православием… Хотя уже сейчас Литву можно назвать одной из «губерний» Европейского Союза. Поэтому православию в Литве потребуется очень много сил, чтобы сохранить себя как одну из традиционных религий страны».

Как бы то ни было, на сегодняшний день у нас, в Санкт-Петербурге, в мегаполисе, насчитывающем 164 православных прихода, не находится альтернативы маленьким литовским лагерям, которые держатся на неравнодушии небольшой группы энтузиастов. И я в следующем году с огромной благодарностью буду рада снова отвезти своих детей в летние лагеря Братства. Пока они еще там существуют…

Православное Братство Литвы: www.pbl.lt

Анна ЕРШОВА

Мы просим подписаться на небольшой, но регулярный платеж в пользу нашего сайта. Милосердие.ru работает благодаря добровольным пожертвованиям наших читателей. На командировки, съемки, зарплаты редакторов, журналистов и техническую поддержку сайта нужны средства.

Поможем тяжелобольным старикам приобрести средства ухода

Участвовать в акции

Читайте наши новости в Телеграме

Подписаться

Для улучшения работы сайта мы используем куки! Что это значит?