«Мы покушали»: близость или слияние?

«Мы научились проситься на горшок» – звучит диковато, а «мы вышли замуж» – совсем странно. Почему родители, родственники и супруги, а также некоторые любители кошек и собак употребляют это «мы?»

coping_with_separation_ldf5bФото с сайта diyhealth.com

Психолог Оксана Орлова:

– Это симбиотическое «мы» чаще всего мы слышим от мамы младенцев. Но не только от них. От людей, ухаживающих за больными, тоже нередко можно услышать что-нибудь вроде: «Нас вчера прооперировали», «нам сняли швы».

Люди, которые говорят «мы», находятся в эмоциональном слиянии с объектом своей заботы.

Мы поступили в вуз

Общаясь с одной из клиенток по скайпу, я с удивлением поняла, что ее взрослый сын находится в комнате и даже подает какие-то реплики. Клиентка же напротив, не видела в этом ничего странного: «У меня от сына секретов нет». Нужно сказать, что темы, которые мы обсуждали, были глубоко личными.

А если ребенок растет, а материнское «мы» не исчезает? Фраза «папа с нами развелся» говорит о том, что мама проецирует на ребенка собственные переживания. Ребенок, конечно, тоже переживает развод родителей, но со своей, детской точки зрения. Говоря это «мы», женщина воспринимает ребенка и себя как единое целое, но это – не так.

В таком слиянии с другим, есть опасность потерять собственные границы, а объект заботы лишается «права голоса» и личной автономии. «Мы» должны быть всегда и во всем согласны. Малейшее несогласие вызывает раздражение. Полное единение невозможно, члены семьи не могут совпадать во мнениях и желаниях в 100% случаях. Если нет возможности обсудить и выразить несогласие, то лозунг «мы – дружная семья» становится нарядным фасадом, за которым скрывается и накапливается раздражение.

Бывает, что слияние используется как защитный механизм. Когда родитель не хочет видеть каких-то черт в своем порастающем ребенке, он может использовать это «мы», отождествляя ребенка с собой. Мама радостно говорит: «Мы поступили в вуз». А потом обнаруживает, что ребенок в этот вуз не хотел, и учиться там не желает. И если в ситуации «мы поступили в вуз» мама развивается и реализует себя как мать, то для реализации ребенка пространства может и не остаться.

«Мы» часто появляется там, где мама не готова к тому, чтобы ребенок взрослел. Бывает, что ребенок обслуживает интересы родителей или служит рычагом воздействия на супруга в деле сохранения брака. Бывает, что мама не хочет терять своего влияния, хочет во что бы то ни стало остаться мамой, ведь, занимаясь воспитанием ребенка, она чувствует свою реализованность. Отсюда и попытки игнорировать то, что ребенок растет и требует самостоятельности. И тогда «мы» используется для сохранения своего лидирующего положения. Мама совершает подвиг, жертвует собой ради блага ребенка. Но ребенку, который поневоле становится объектом подвига, в этой роли тяжко, а отделиться – значит предать маму.

Родителям стоит задуматься о личных границах и свободе ребенка. Есть мамы, с которыми хорошо расти, а есть мамы, с которыми хорошо взрослеть.

Нам поставили диагноз

Отношения с больным близким, о котором приходится заботиться, похожи на отношения с маленьким ребенком. Младенец и тяжелый больной находятся в зависимости от того, кто берет на себя удовлетворение всех их потребностей. Человек, который ухаживает за кем-то беспомощным, пытается придать этим отношениям форму, отождествляясь со своим подопечным.

У мамы с младенцем симбиоз естественный и временный. У мам детей-инвалидов он затягивается, а для родственников тяжелобольных это состояние скорее вынужденное.

«Мы» усиливает эмпатию и помогает лучше понять нужды своего подопечного.

Подобный симбиоз и слияние – явление одностороннее, игра в одни ворота. Можно сказать: «мы дышим через трубочку», но нельзя сказать: «мы сходили в парикмахерскую/в кино», когда другой участник этого «мы» – лежачий больной. А значит, парикмахерская и кино приносятся в жертву. Ухаживающий пренебрегает своими потребностями. Если это происходит долго, он истощает свой ресурс и сознательно или бессознательно начинает злиться на своего близкого, срываться на него.

Говоря «я», здоровый как бы утверждает свое отдельное существование, свое право на нормальную жизнь, которая близкому сейчас недоступна. И тогда у него возникает чувство вины. А больной человек, в свою очередь, хочет сохранить контроль. Он не привык к ситуации, когда он только получает, но не может отдавать. Он боится зависимости, злится на здорового. Мне не раз приходилось видеть лежачих больных, которые «строят» всю семью и когда кто-то из домочадцев позволит себе что-то отдельное, это – колоссальная обида.

Вспышки раздражения, вина и примирение превращаются в порочный круг, в котором больные и их ухаживающие родственники живут годами. Что же делать? Признать свою отдельность! Хорошо, чтобы больной имел достаточно психологического пространства, чтобы ему было куда выздоравливать.

Слияние или встреча?

В жизни каждого из нас есть момент такого «мы». Опасны крайности, зависание в состоянии слияния или наоборот – избегание близости. Любые полярные точки опасны.

Нарушение личных границ ничего хорошего не приносит. От мам ребенка-инвалида и родственников тяжелобольных часто приходится слышать: «Я как будто живу не свою жизнь», «меня как будто нет».

Хозяин, который так «сливается» со своим четвероногим питомцем, «очеловечивает» собаку или кошку, но при этом «особачивает/окошачивает» себя.

541

Когда личные границы смещены, когда, условно говоря, объятия не размыкаются, встречи не происходит, ее заменяет слияние. Для того, чтобы увидеть и понять другого, все же нужна дистанция.

Оба участника такого симбиоза лишаются пространства, необходимого отношениям, для развития. В любых отношениях – супружеских, родительских, родственных – важно на время отойти от другого, заняться своими делами и вернуться с новыми эмоциями и впечатлениями.

Полный симбиоз – отношения двух каторжников, скованных одной колодкой.

Ни у одного из участников такого тандема нет своих, отдельных потребностей. Рано или поздно это начинает раздражать не только объект опеки, но и того, что проявляет заботу.

Когда мы рядом с человеком, вместе, но не сливаемся с ним, то имеем возможность принять его отдельность, радоваться встрече. Имеем возможность отойти, когда насытимся общением. Это важно и для растущего ребенка, и при отношениях с больным близким.

Отношения должны «дышать». Впустите в них воздух, не «перекармливайте» собой, дайте партнеру переварить то, что он от вас получил, соскучиться. Тогда отношения станут радостнее.

Мы просим подписаться на небольшой, но регулярный платеж в пользу нашего сайта. Милосердие.ru работает благодаря добровольным пожертвованиям наших читателей. На командировки, съемки, зарплаты редакторов, журналистов и техническую поддержку сайта нужны средства.

Читайте наши новости в Телеграме

Подписаться