Лиза Олескина, директор фонда помощи «Старость в радость» — о том, почему заботиться о пожилых людях – значит, думать не о прошлом, а о будущем. Будущем каждого из нас.

Лиза Олескина. Фото: Елена Мартин

Ровно десять лет назад, 9 мая 2007 года около 35 человек собрались в метро, сели на электричку и поехали в Раменское в дом престарелых поздравлять бабушек и дедушек с Днем Победы. Среди них была девушка с аккордеоном по имени Лиза Олескина, идейный вдохновитель поездки. Так возникла волонтерская группа, а позже на ее основе был учрежден фонд помощи пожилым людям и инвалидам «Старость в радость». Лиза стала его руководителем.

Сегодня фонд действует в 25 регионах, под его кураторством — свыше 150 домов для престарелых, на средства фонда в них работает более 150 сиделок и культработников. Сотрудники и волонтеры совершают более 150 выездов в год.

Среди самых заметных акций — новогодний сбор подарков, в этом году благодаря пожертвованиям было собрано более 30 тыс. подарков для одиноких пожилых людей. Еще десяткам из них удалось прооперировать глаза и улучшить зрение, предоставить возможность реабилитации. Более 2 тысяч лежачих пациентов получают уход благодаря нянечкам фонда.

Достойная старость

— Мне хочется, чтобы наше общество перестало бояться старости – чтобы мы увидели в ней естественный период достойной жизни и сами поверили, что старость может быть в радость.

В одиночестве, беспомощности и унижении, без должного медицинского ухода и человеческого участия в старости не пожелает оказаться никто. Мы нередко встречаем такие условия во время посещений учреждений. Наш фонд сейчас работает в 25 регионах России. Так что мы многое видим.

И все же за последние 10 лет что-то стало меняться и к лучшему. Есть достижения и то, что вселяет надежду. Я не испытываю иллюзий, что это именно мы за десять лет перевернули сферу. Но мы – те, кто вместе с коллегами задаем тон в этой области. Это очень ответственно, мы обязаны быть экспертами, чтобы вести за собой. У нас нет права на ошибку – она очень дорого обойдется тем, кто нам доверяет, и пожилым людям.

Если мы любим своих близких, то должны начать думать о старости. Пока мы миримся с нищенством, унижениями, маргинализацией преклонного возраста, нас не должно удивлять, если наши дети в старости окажутся в таком же положении. Никто не застрахован от одиночества и зависимости от посторонней помощи. Сейчас этой помощи можно просто не дождаться из-за того, что наша система несовершенна.

Что значит помогать

— Как-то мы работали в доме престарелых в Ржеве, где действовало отделение милосердия. На двух этажах — по 60 лежачих пожилых людей. Никто не выходит из палат. Такое вот грустное сонное царство бабушек и дедушек. Со временем там был сделан ремонт, появились наши нянечки, гончарная мастерская, культработники.

В один из приездов меня встречает бабушка на коляске и говорит, что будет писать на нас жалобу. Я, конечно, интересуюсь поводом. Она, представьте, говорит: «Мне кажется, мои права нарушают: в гончарную мастерскую всего дважды в неделю возят, а я думаю — этого недостаточно». У человека появились силы на отстаивание своих прав, а ведь до этого они из своей палаты годами не выходили.

Вот уже десять лет мы заняты глобальной задачей: стараемся переместить акцент с домов престарелых на конкретного пожилого человека. Мы помогаем, прежде всего, людям, а не учреждениям. Людям в домах престарелых, в отделениях сестринского ухода больниц, в отделениях милосердия психоневрологических интернатов, в комплексных центрах. Мы продолжаем им помогать и тогда, когда они выписываются домой. Мы не помогаем стенам — нам важен сам пожилой человек, где бы он не находился, если он в беде.

Нужна другая система

— Мы пришли к пониманию, что в нашей стране необходимо построить систему долгосрочного ухода, ориентированную на прямую помощь пожилому человеку и семье, как это работает почти во всех странах, — и в маленьком социально-ориентированном Израиле, и в огромной Австралии.

Везде одни и те же принципы – с акцентом на помощи на дому, сохранении активности и правом выбора: жизнь дома с прикреплением социальных работников или переезд в дом престарелых. Иногда человек живет в семье, но страшно мучается от того, что близкие видят его немощь.

Мировой опыт показывает, что в большинстве стран на семью смотрят как на часть системы долговременного ухода.

Небольшая поддержка пособием родственников, которые осуществляют так называемый неформальный уход, сэкономит огромные деньги системе соцзащиты. Потому что близкие не выгорят, не бросят ухаживать (если нет семьи, пожилой человек становится клиентом соцзащиты) и сами будут здоровее.

Для того, чтобы построить такую систему, надо оценить потребности – скольким людям и какая помощь нужна. Речь, в первую очередь, о типизации — определить физический и психологический статус человека, одинок он или нет, платежеспособен или нуждается. Далее решается вопрос маршрутизации — направить на получение нужной помощи в учреждение или оказывать ее на дому, оставляя при этом право выбора.

И третий кирпичик — создать структуру ухода внутри общей системы долгосрочного ухода. Это достаточное количество ухаживающих сотрудников, необходимые минимальные стандарты ухода, обязательные для исполнения во всех учреждениях и на дому. Тут и обучение сиделок, и современное оборудование, инфраструктура.

Демографическая ситуация такова, что без подобных изменений система просто захлебнется – в России сейчас каждый четвертый человек старше трудоспособного возраста. Через 15 лет, по данным Росстата, это будет каждый третий из нас. Отсутствие изменений грозит сбоем, с которым уже невозможно будет справиться.

Понять, кому и какая помощь нужна, — не безумно сложная задача. Необходимо большое и серьезное исследование, заказанное государством, где будут задействованы все территориальные органы соцзащиты и соцработники. Определим, сколько пожилых людей реально нуждаются в помощи – 5 млн или 25 млн — сможем посчитать финансовую модель.

Уроки поколения войны

— Военное поколение — самое непритязательное, самое благодарное, самое незлобивое — уходит. У нас совсем нет времени. Пока мы «дозреваем» как общество – эти люди уходят…они умирают. Обидно, если мы так и не успеем сказать им «спасибо», отогреть сердца, подарить внимание и любовь — не только ветеранам, но и всем тем, кто хоть и не был на фронте, но перенес войну.

Историй о войне бесконечно много. Все они разные и все — чем-то похожие. Я часто вспоминаю пожилых людей, которые стеснялись что-то рассказывать, так как в войну были детьми. Например, бабушка Зинаида из дома престарелых в пос. Новослободск Калужской области в детские годы была с братиком в плену в Польше. Ей было 6, а ему 4 года, когда они оказались на оккупированной территории.

Их угнали в Польшу, где заставляли ухаживать за кроликами. Однажды кролики заболели и умерли — дети поняли, что им грозит наказание. И тогда они взялись за руки и отправились пешком домой. Им повезло – по дороге с ними ничего не случилось, они добрались на родину, долго прятались в землянке. В землянке спали на палатях, чтобы их не съели многочисленные крысы.

Это не парадная война, об этом обычно не пишут. После таких историй понимаешь, что не имеешь права ни на что жаловаться – тебе так повезло в жизни.

Многие из тех, кто терпел лишения в тылу и своими руками приближал победу, и сегодня остались людьми – красивыми, добрыми, не озлобились. Это очень воодушевляет, помогает преодолевать жестокость и разобщенность в нашей сегодняшней жизни.

С другой стороны, очень мучает то, что одухотворенные прекрасные пожилые люди – слабые уже, лежат, не встают. Глядя на них, осознаешь, что твои заботы и горести — ерунда, как много ты о себе мнишь и как много требуешь от жизни. А нужно всего лишь немного отдавать другим, потому что только так ты сам получаешь гораздо больше.

Это отношение важно прививать и школьникам. Война у нас слишком героизируется. Между тем, негероическая сторона было намного больше и она служит противоядием от милитаристских настроений.

Вместе – нет преград

— Мы рассматриваем помощь пожилым как общее дело. Мы не меряем его акциями, не считаем проектом. Это наш образ жизни.

В регионах активно перенимают наш опыт. Мы уже не ездим в Ростов-на-Дону, например, где все местные учреждения и больницы курирует очень активная местная волонтерская группа «Старость в радость». Она дает нам информацию о нуждах, проводит обучение, то есть делает всю необходимую работу, но со своими идеями и подходом.

Также в Самаре, например, наше отделение поддерживает и навещает пожилых. И они не только в своем регионе так активны.  По нашей наводке выезжают в соседние районы с тренингами – в Пензу, Пермь, чтобы не мы ехали туда из Москвы. Централизовать эту работу мы не хотим. Нет ничего такого, чего бы не могли сделать наши коллеги в регионах. Они знают местную специфику лучше нас и при этом следуют нашему принципу – «помогай, чем можешь, помогай, как хочешь». То есть ты можешь быть полезен там, где ты живешь и тем, что умеешь.

В этом смысле очень ценен европейский опыт. А он показывает, что в финансово стабильных системах социальной помощи, которые мы видели, скажем, в Австрии, у НКО нет и мысли собрать памперсы или нанимать нянечек. Но местные учреждения не могут представить жизнь без добровольцев.

Никакая, даже самая совершенная система социальной помощи не принесет чашку какао престарелой фрау, которая любит пить его по вечерам, и не подержит умирающего дедушку за руку, одновременно читая ему сказку. Никогда не будет такого количества персонала, чтобы обеспечить каждому человеку личное внимание.

Это могут помочь сделать волонтеры. Я очень надеюсь, что когда-нибудь, когда система будет работать как следует, мы сможем заниматься именно психологической поддержкой — не стандартизированной, не общей, не одинаковой, а личной — от человека к человеку и от сердца к сердцу.

Держаться на плаву

— Сложнее всего, когда я встречаю неготовность людей думать, меняться, услышать другого – на местах или в министерствах. Когда ты бьешься об стену, и тебе кажется, что ничего нельзя сделать. Утешает то, что за 10 лет – в итоге —  не было ни одной стены, которая бы не сдалась, не стала мягкой.

Иногда общаешься с директором учреждения, который ничего не хочет, у него пожилые люди истощены, в депрессии и выглядят жалко. Руки, конечно, опускаются. Но ты думаешь: «Слава Богу, что у меня есть возможность это исправить!».

Ты четко знаешь, что нужно сделать. Решить проблемы материальной части — сделать локальный ремонт, чтобы стало удобнее, закупить оборудование, а самое главное – набрать и обучить дополнительный персонал, обеспечить расходными материалами, обучить местный персонал, перетянуть его на свою сторону грантами, дотациями и просто убеждением.

Приятно видеть, что некоторые наши санитарочки, нянечки нашли себя в работе у нас. Отрадно, что их любят пожилые люди, что и они любят этих пожилых людей, волнуются за них, переживают.

Плечо друга

— Нас поддерживают сами пожилые люди. Когда ты видишь, как малейшие твои усилия приносят огромную радость и сколько всего они дают, понимаешь, как мало ты делаешь – надо больше и быстрее.

Помогают и все коллеги по цеху, на которых я смотрю с бесконечным уважением, как на невероятных подвижников. Это почти все руководители фондов, у которых я рада учиться. Это и Катя Чистякова, и Нюта Федермессер, и Лена Альшанская — боязно кого-то не назвать. Для меня — огромное счастье быть с ними поблизости. Нам бесконечно важно их плечо и возможность быть всем вместе, учиться у них упорству, достижению целей.

Когда что-то не получается, мы не отчаиваемся, потому что видим, что изменения есть. Если тебя Господь на какое-то дело призывает, он в любом случае даст тебе силы. Если силы иссякнут, то либо дело иссякнет, либо помощники появятся. Без веры жить невозможно, потому что все теряет смысл.

Успеть сделать

— Я не могу долго не выезжать в учреждения. Если я несколько недель не бываю там, мне тяжело. Без выездов работать невозможно. Мне надо видеть и понимать, зачем и то ли я делаю, как это скажется на пожилых людях. Ездить стараюсь примерно раз в две недели.

На нашем сайте есть расписание поездок. Каждый человек может присоединиться в любой момент. У нас также есть регулярные волонтерские четверги – каждые две недели.  Мы зовем туда и новичков. Там можно задать все вопросы и подготовиться к поездке заранее.

Сейчас, перед 9 мая, мы собираем цветы, сладости, памперсы, средства по уходу на наш склад на Смоленской. На это 9 мая мы поедем примерно в 30 домов престарелых. Надеюсь, все сложится, но пока волонтеров записалось мало, и мы будем рады всем желающим.

Мы надеемся на добрых людей. На сайте у нас висит «градусник» — сбор «Один день счастья», где мы просим подписываться на регулярные пожертвования — 100, 200, 300, 500, 1000 рублей, на любую сумму. Всем донорам направляется ежемесячный отчет с фотографиями о том, что меняется с их помощью.

Поддержите «Старость в радость» на сайте фонда!