Заявленная цель документа – достичь наибольшего взаимодействия. Опрошенные «Милосердием» представители НКО в оценках разошлись. Мнение высказали Юрий Белановский, Алена Синкевич, Светлана Емельянова и Анна Битова

Заявленная цель документа – достичь наибольшего взаимодействия. Опрошенные «Милосердием» представители НКО в оценках разошлись. Мнение высказали Юрий Белановский, Алена Синкевич, Светлана Емельянова и Анна Битова.

В стране с каждым годом становится все больше и больше социальных волонтеров – отзывчивых граждан-энтузиастов, которые захотели посвятить свободные от работы время и силы помощи другим. В основном волонтеры помогают старикам и детям в госучреждениях – больницах, домах престарелых, сиротских интернатах, где по определению подопечным не хватает внимания, общения, сочувствия, творчества, впечатлений, прогулок и т.д. Волонтеры восполняют этот пробел – они приходят и непринужденно разговаривают с детьми или стариками за жизнь, рисуют, играют, гуляют, что-нибудь вместе мастерят, лепят, готовят всякие вкусности, учатся фотографии, справляют праздники и дни рождения.

Как правило, руководство госучреждений с каждым годом все больше доверяет волонтерам и признает важность и необходимость их работы. В Москве (в регионах, увы, пока сложнее) волонтеры стали проходить в учреждения в большинстве случаев без проблем. Да, немаловажную роль здесь для администрации учреждения играет тот факт, что «визитеры» прикреплены к конкретным фондам и благотворительным организациям. «Неприкрепленных» ни к кому волонтеров зачастую могут и не пропустить.

Впрочем, и у той и у другой категории волонтеров «стабильности» в этом плане не было никогда – они всегда зависели от воли ответственных лиц в учреждениях. А ответственные лица не были обременены никакими обязательствами перед пришедшими. Формально по документам в больницах и детских домах никаких волонтеров вообще не существует, известны случаи, когда руководство учреждения отказывало добровольным помощникам без объяснения причин.

Но в апреле этого года ситуация начала меняться. Департамент социальной защиты правительства Москвы спустил в социальные и медицинские учреждения весьма интересный регламент, касающийся деятельности волонтеров НКО и благотворительных организаций. Всем этим учреждениям города отныне предписывается неформально взаимодействовать и выстраивать рабочие отношения с НКО.

Регламент этот, судя по его тексту, весьма разумный и логичный. Основное внимание сосредоточено на подписании договоров между учреждениями и волонтерами, на предоставлении всех данных о волонтерах учреждениям и на обязательном списке требований по анализам и прививкам, которые должны пройти опять же волонтеры. Заявленная цель – достичь наибольшего взаимодействия. Опрошенные «Милосердием» представители НКО в оценках относительно нововведения разошлись.

Весьма критически настроен Юрий Белановский, руководитель волонтерского движения «Даниловцы».
– В теории вроде все хорошо. Перед волонтерами вроде бы открываются еще большие возможности, но на практике, на мой взгляд, прав больше получается у госучреждений. Предложенные «сверху» условия сотрудничества с волонтерами плохи не по своей идее, а из-за непонимания чиновниками самой природы благотворительных и волонтерских организаций. Регламент на практике — это не более чем условия допуска НКО в учреждения, формализация отношений.

Общая логика подхода чиновников – они свалили этот регламент на голову госучреждениям и сказали, что подчиняться им, госучреждениям, теперь должны НКО. Не смотря на слова в регламенте, именно подчиняться, ибо иначе НКО откажут. А госучреждения, в свою очередь, должны теперь отчитываться перед департаментом Москвы о результатах своего сотрудничества с НКО. Это нечто далекое от партнерских отношений ради благополучия подопечных. НКО воспринимается как пассивный игрок, которого следует встроить в общую логику чиновников.

Ситуацию чиновники представили так, словно НКО — это такие «клоуны» и «денежные мешки», которые от нечего делать рвутся в госучреждения помогать. Ну, мол, и пускай рвутся и приходят, но играть мы, чиновники, будем только в одни ворота. И волонтеры должны доказывать, что они не «верблюды».

Кстати, никакого публичного обсуждения этого регламента не было. Обсуждение проходило в узкой группе людей, где присутствовали некоторые представители НКО, но критической массы не было. И теперь для того чтобы предложить свое понимание, свои поправки, свои аргументы, нужно, что называется, бодаться.

Что касается конкретно регламента, то я оттуда так и не понял, какие у меня, представителя НКО, полномочия. Похоже, серьезных прав и полномочий нет. Написано в частности, что представители НКО могут входить в попечительский совет учреждения, но подтверждающего документа о том, что я вошел в Совет, не будет. Получается, что от человека ждут некоего участия и работы, принятия ответственных решений, но в любой момент может оказаться, что он — «никто». Вдруг нужно принять решение, с которым НКО-шник не согласен?

Еще на практике, ссылаясь на регламент, сотрудники госучреждений настаивают, что волонтеры должны предоставлять свои личные паспортные данные. Но простите, это противоречит закону, ибо одна организация не может предоставлять другой личные данные. Противоречит и самой природе волонтерства. Люди ведь изначально доверились благотворительной организации и приходят к детям, к старикам, а не к чиновникам.


Волонтеры движения «Даниловцы» с маленькими пациентами детской больницы.

Теперь прививки и анализы. Их, согласно регламенту, теперь необходимо делать вне зависимости от того, что делают волонтеры: играют с детьми, гуляют, помогат персоналу в уходе за больными, красят заборы. Нет градации деятельности и соотнесенной с ней градации анализов и прививок. В любом случае, если мы говорим о человеческом партнерском сотрудничестве, то чиновникам надо было сделать движение навстречу. Например, город может предоставить НКО несколько поликлиник, в которых волонтеры по упрощенной процедуре смогут проходить все медобследования. Причем, быстро за один день. Ведь все волонтеры работают, и каждый день в поликлинике — это отгулы за свой счет. Чиновники не назначили и переходного периода, хотя бы в течении 6-ти месяцев.

Итак, с одной стороны, хочется взаимодействовать, участвовать, сотрудничать. Я за партнерство. Но, с другой стороны, на практике такая возможность сегодня представляется непросто. Чиновники считают, что они нас НКО-шников этим регламентом облагодетельствовали, а мы при работе сталкиваемся с трудностями. При всем уважении к мнению чиновников, надо признать: они все-таки далеки от понимания внутренней работы благотворительных организаций. Не учтена сама природа волонтерства.

Другой точки зрения придерживается Алена Синкевич, координатор проекта «Близкие люди» фонда «Волонтеры в помощь детям-сиротам».
– Понятно, что все это не заработает в один день в полную силу, но движение в этом направлении – сотрудничество с НКО – очень правильное, потому что оно, прежде всего, открывает двери для волонтеров. Ведь беда состояла в закрытости многих госучреждений. На сегодняшний день, я считаю, эти перемены, безусловно, к лучшему. В области защиты детей все-таки требуются люди с профессиональной подготовкой, а добровольческие организации привлекают много людей непрофессиональных. Здесь нужно быть аккуратными и найти золотую середину.


Волонтеры фонда «Волонтеры в помощь детям-сиротам».

НКО по некоторым аспектам и проблемам реагирует оперативнее, чем госучреждения, в чем-то оперативнее работают госучреждения. Так что в этом смысле сотрудничество может стать плодотворным. Поэтому запущенный процесс очень важен.

Я уже вижу конкретные сдвиги, как на практике реализовывается регламент. Например, во многие детские учреждения, куда нас раньше не пускали, теперь пускают и более того – учреждения просят помощи по устройству детей в семьи, в школы, на лечение и т.д. Совершенно очевидно, что учреждения нуждались в этом приказе. Хотя психологически многие – и волонтеры, и администрации учреждений – сразу были не готовы к этому. Но, как я вижу, довольно быстро многие перестроились.


Волонтеры фонда со своими подопечными.

Светлана Емельянова, сестра милосердия в детском доме для детей-инвалидов №15 (ДДИ-15).
– У нас и до этого существовал договор с учреждением и по многим из тех позиций, что прописаны в регламенте, мы уже и так работали. Поэтому для нас регламент не стал чем-то сверхъестественным. Никаких новых документов у нас не появилось, директор с предложением изменения договора не вышла, значит, ее устраивает предыдущий вариант. Нас – тоже.

То, что касается медицинских анализов, которые предписывает регламент. Это основной момент, которого мы ждали. С одной стороны – мы медицинскую книжку всегда полностью делали. Ведь работаем с детьми. С нас лично полную медицинскую книжку сейчас не спрашивают.

Но со сложностями столкнулись добровольцы, которые приходят на прогулки с детьми (в регламенте это обозначено как «досуговая деятельность»). Для них увеличилось количество анализов по сравнению с тем, что просил раньше интернат. А для многих добровольцев еще до появления регламента даже сделать флюрографию являлось серьезным шагом – не было времени и возможности. Им хотелось побыстрей начать помогать детям. И некоторые из волонтеров отпадали на этой ступеньке.

Сейчас, когда анализов требуют больше, еще большее количество людей отпадает. Потому что если анализы делать быстро, то это за деньги, и немалые. По разным данным – от тысячи до пяти. Согласитесь не для каждого, человека, который хочет стать волонтером, это просто – отдать больше тысячи рублей за анализы.

Это интересно:

Как стать волонтером

Можно все делать бесплатно в районной поликлинике, но это большие сроки и может растянуться на месяцы. Плюс – ведь еще людям надо найти время в будни, а волонтеры люди работающие. Вот это надо было учесть в регламенте и придумать какую-то упрощенную процедуру прохождения анализов.

Отметив наличие всех вышеперечисленных плюсов и минусов, Анна Битова, директор Центра лечебной педагогики, в котором уже 20 лет занимаются дети с особенностями развития, констатирует, что общей точки зрения волонтерских организаций по вопросу регламента, к сожалению, нет.
– Но если сравнивать с другими регионами – это вполне прогрессивный документ. Да, есть разногласия. Одни считают, что это перебор, другие – нет. Но мне все же кажется, что за последний год в целом очень сильно продвинулось сотрудничество НКО и чиновников. И это хорошо.