До сих пор не завершено расследование в Косово. Карла дель Понто заявила, что в конце 90-х премьер-министр Хашим Тачи санкционировал убийство сербских военнопленных и изъятие органов из их тел

Эксперты ВОЗ бьют тревогу. За последние несколько лет незаконная торговля человеческими органами достигла неслыханных масштабов. По данным экспертов ВОЗ, примерно каждая десятая операция по трансплантации делается с использованием материала, добытого незаконным путем. Что происходит в «больницах», занимающихся незаконной пересадкой органов, узнать практически невозможно. Однако журналистам иногда удается предпринять серьезные расследования дел «черных трансплантологов», а некоторые случаи настолько вопиющи, что скрыть их просто невозможно.

Мать Луи Пикадо на могиле сына
Мать Луи Пикадо на могиле сына

Американская мечта Луи

В тот день Луи Пикадо радостно сообщил матери, что очень скоро покинет ненавистную трущобу на окраине Манагуа и уедет в Америку. 23-летний строитель познакомился с богатым американцем, который пообещал ему денег, квартиру в Нью-Йорке и хорошую работу. Нужна ему была сущая мелочь – одна из почек юноши. Луи умер от потери крови в больнице: извлекая нужный орган, врачи повредили артерию. А через две недели в той же больнице скончался 68-летний американский бизнесмен Мэтью Райан – тот самый человек, которому пересадили почку Пикадо. Организм пожилого человека принялся активно отторгать чужеродную ткань. В ходе расследования выяснилось, что молодого человека практически не проверяли врачи на соответствие предъявляемым донорам требованиям.

Эти двое явились частью огромной сети нелегальной торговли человеческими органами, опутавшей мир. Страдающие тяжелыми заболеваниями люди (в основном, представители среднего класса) едут в «страны третьего мира», где можно относительно дешево обзавестись новыми почками, печенью или легкими. Появился даже термин – «трансплантационный туризм». Его центры – Китай, Индия, Пакистан, Египет, Филиппины, Молдова, Латинская Америка… Клиенты – европейцы, американцы. Грубо говоря, органы пересаживают от бедных – к богатым, от темных – к светлым, от жителей юга – к жителям севера.

В США в очередях на трансплантацию стоит более 100 тыс. чел. Ежегодно находится примерно 15 тысяч доноров. Нетрудно догадаться, что большинство этих людей никогда не дождется операции на родине. Зато, к примеру, располагающаяся в Аризоне фирма MedToGo LLC предлагает «туристам» быструю и дешевую (50 тыс. против 250 тыс. в США) пересадку почек в Мексике и Коста-Рике за 50 тысяч долларов.

«Он всегда носился со своей американской мечтой, и в итоге она стоила ему жизни»

«Он всегда носился со своей американской мечтой, и в итоге она стоила ему жизни»

Посредники рыщут по бедняцким районам латиноамериканских городов, заманивая в свои сети отчаявшихся людей. Им обещают золотые горы за ничтожный риск. Но в больнице эти несчастные часто оказываются покалечены, а то и гибнут под ножом хирургов, которые проводят операции по изыманию драгоценных органов не слишком добросовестно.

Хуан Лопес, директор Национального института здоровья Колумбии, с 2010 года участвовал в 23 судебных процессах, пытаясь противостоять пересадкам органов иностранцам. Он говорит: «Я не желаю, чтобы моя страна становилась Меккой для трансплантационных туристов». В Перу не так давно проходил громкий судебный процесс по 61 случаю нелегальной торговли органами. В качестве обвиняемых выступали 150 врачей, медсестер и посредников. Один из последних – таксист Рафаэло Перальдо, в задачи которого входило отыскивать доноров в Лиме. Он предлагал им по 5 тысяч долларов за почку.

Столько же посулил Луи Пикадо и «богатый американский дядюшка». Почки у мистера Райана отказали в 2007 году. Два года спустя он отправился в Никарагуа. Там жила его приемная дочь с мужем – Элвисом Фернадесом, который, собственно, и подготовил сделку с будущим донором. Луи в составе бригады строителей делал ремонт в доме супругов. Однажды Элвис «случайно» обмолвился, что у его свекра плохи дела с почками, нужна пересадка, а тот в долгу не останется. Спустя два месяца Райан уже знакомился с хозяином своей будущей почки. Бригадир молодого человека слышал тот разговор: «Они говорили бедняге все, что он хотел услышать, – вздыхает бригадир, – ведь он так мечтал уехать в США». После смерти юноши Фернандес утверждал, что никто ничего ему не обещал: «Он сделал это из чистого альтруизма». Дело в том, что законы Никарагуа запрещают платить донорам за их «услуги».

Местные врачи вначале пытались отговорить Райана от трансплантации: внушал опасения его почтенный возраст. Но пациент был неумолим. И когда он пообещал медицинской бригаде 20 тысяч долларов за операцию, медики забыли об осторожности. Зарплата хирургов, делавших операцию, 500 долларов в месяц. Один из них лично убедил Луи подписать заявление: «Я отдаю свою почку исключительно из человеколюбия, а не ради материальной выгоды». Позже он сказал, что ни за что не принимал бы участие в операции, если бы знал, что Луи предлагали деньги. Впрочем, медики не считают, что нарушили какие либо моральные нормы. Ведь 23-летний донор и 68-летний реципиент были закадычными друзьями, не так ли?

Начиная с 2009 года нелегальная торговля человеческими органами испытывает небывалый подъем
Начиная с 2009 года нелегальная торговля человеческими органами испытывает небывалый подъем

Но что тут плохого?

Случай Луи Пикадо и Мэтью Райна наделал много шума. Он заставил никарагуанские власти ужесточить законодательство, касающееся трансплантации органов, как уже сделали соседи – Бразилия, Колумбия, Эквадор, Перу.

Торговля человеческими органами запрещена по всему миру, кроме Ирана. Донором – за редким исключением – может быть только родственник, супруг или близкий друг реципиента.

Но почему? Почему взрослые люди не могут распоряжаться собственными почками по своему усмотрению? Этот вопрос является предметом горячего обсуждения в медицинском сообществе на протяжении последних 15 лет.

Индийский специалист по вопросам права Р.Р. Кишор считает, что запрещать людям продавать свои органы – бесчеловечно. Реципиент покупает почку, чтобы спасти свою жизнь. Но точно так же и донор спасает вою, ведь живет он в крайней нищете, зачастую впроголодь. Полученная за орган сумма может дать ему шанс начать новую жизнь.

Это может звучать неплохо – как аргумент в академическом споре. Но в разных странах проводились опросы людей, продавших свои почки Большинство жаловались на ухудшение здоровья – как физического, так и психического. Почти все потратили вырученные деньги в первые месяцы после операции, и при этом ничего в их жизни не переменилось – разве что в худшую сторону. Ведь теперь они не могут выполнять тяжелую физическую работу, а порой и трудиться вообще. Плюс ко всему, в обществе к таким донорам относятся с презрением – как ко всем, кто торгует своим телом.

Пересадка органов – очень опасная вещь. Когда ее производят законно, больницы тщательно проверяют потенциальных доноров, исходя из соответствия группы крови, тканей, изучают историю болезни. Но когда речь идет о нелегальном бизнесе, рискуют все: и доноры, и реципиенты, и посредники, и врачи. Часто органы для пересадки берут у больных людей, которых ни за что не сочли бы подходящими донорами в цивилизованных условиях. После операции ими никто не интересуется, у них вскрываются швы, начинают кровотечения, возникают другие, подчас очень опасные осложнения.

Некоторые эксперты даже расценивают опыт Ирана как положительный. Ведь трансплантационный бизнес в стране контролируют правительственные агентства. В итоге операции происходят в соответствующих санитарным нормам условиях, доноры проходят тщательное тестирование и находятся под наблюдением врачей в послеоперационный период, они не падают жертвой злоупотреблений посредников.

Но большинство специалистов солидарны с Гаэбриэлом Дановичем, директором программы по пересадке почки и поджелудочной железы в Университете Калифорнии, который говорит: «Это однозначно порочный и рискованный бизнес, такой же, как торговля живым товаром или детская порнография. Он должен быть прекращен».

Самый популярный «товар» – почки. Отчаявшиеся люди верят, что вырученные деньги позволят им начать новую жизнь
Самый популярный «товар» – почки. Отчаявшиеся люди верят, что вырученные деньги позволят им начать новую жизнь

«Отдай почку, купи iPad»

В 2006-2007 годах на черном рынке органов наблюдался некоторый спад, однако начиная с 2009-го года мрачная индустрия испытывает новый подъем. «Благодарить» за это надо рост числа страдающих диабетом, сердечно-сосудистыми и прочими заболеваниями. По данным экспертов ВОЗ, примерно каждая десятая операция по пересадке органов делается с использованием материала добытого незаконным путем. Пути могут быть разными: покупка, обман, убийство… Ставки в этом бизнесе весьма и весьма высоки: с одной стороны, жизнь, с другой – огромные деньги. Очень часто в ходе расследования невозможно выяснить, каким именно образом был получен орган для трансплантации, добровольно ли отдавали доноры свои почки. Их, как Пикадо, заманивают лживыми обещаниями, запугивают, угрожают, сбивают с толку, заставляют подписывать бумаги (порой на незнакомом языке), перед операцией держат взаперти, чтобы они не могли передумать, а платят только после нее – если платят вообще. Реципиент платит за операцию от 50 до 200 тысяч долларов, донор получает от одной до пяти тысяч.

Один торговец органами в Китае вел свой бизнес под лозунгом: «Отдай почку, купи новый iPad». В этой стране коммерческая трансплантация органов в последние два-три года переживает небывалый подъем. Есть данные, что подобные операции проводят многие китайские военные госпитали. Сенсацией стала информация о том, что для пересадки здесь используются органы казненных в тюрьмах преступников. Китайские власти обещают прекратить эту практику к 2017 году.

До сих пор не завершено расследование в Косово. Экс-прокурор Международного трибунала ООН по бывшей Югославии Карла дель Понто заявила, что в конце 90-х премьер-министр Хашим Тачи санкционировал убийство сербских военнопленных и изъятие органов из их тел, но достаточного количества доказательств найти так и не удалось.

О страшном

8-летняя Гуркирен Каур

8-летняя Гуркирен Каур

Существует множество легенд, окружающих нелегальную трансплантологию. Рассказывают о некоем бизнесмене, который познакомился заграницей с красавицей, а наутро проснулся в наполненной льдом ванне со свежим шрамом на месте удаленной почки. Или о латиноамериканских сиротах, которых убивают, чтобы извлечь органы, а ненужные останки бросают вдоль дорог. Ни один из этих слухов не подтвердился, но антрополог из Калифорнийского университета Нэнси Шефер-Хью считает эти «городские легенды» вредными. На фоне этих леденящих душу историй, считает ученый, реальность – быть может, менее эффектная, но не менее жестокая – блекнет, и общественность проявляет меньше интереса к истинному положению дел в этой области.

В мае этого года СМИ облетела история девочки из Бирмингема Гуркирен Каур. Она вместе с родителями отправилась на каникулы в Индийский штат Пенджаб и умерла в местной больнице. Девочка почувствовала себя плохо на улице, врачи определили обезвоживание и сделали ей укол. Мать, по ее рассказам, пыталась возражать, говорила, что достаточно будет лишь капельницы с физраствором, требовала сказать, какой препарат вводят ее дочери – врачи ничего не отвечали. «Они смотрели сквозь меня, – говорит миссис Каур. – Укол убил ее. Сразу после инъекции моя дочь побледнела, потеряла сознания и спустя несколько минут умерла».

Чтобы установить причину смерти, родители дали согласие на биопсию – не более того. Вскрытие умерших за границей граждан Великобритании принято проводить на родине. Но когда тело девочки доставили, наконец, в Англию, местный патологоанатом не обнаружил в нем некоторых внутренних органов.

Родители девочки уверены, что ее убили
Родители девочки уверены, что ее убили

Родители уверены, что органы 8-летней Гуркирен были украдены. Индия – один из крупнейших центров нелегальной трансплантологии, несмотря на весьма суровые законы в этой области. Адвокат семьи Кауров потребовал международного расследования дела. Мэр Бирмингема рассказал, что к нему обратилось несколько других семей с такими же историями. Представители клиники в Пенджабе отрицают выдвинутые против них обвинения и считают, что смерть девочки связана с врожденным пороком сердца, по поводу которого ей была проведена операция в Англии.

Арт Каплан, представитель ООН, занимающийся расследованиями в области торговли органами, полагает, что состава преступления тут нет. «Я скептик, – признается он. – Каждый раз, когда мне говорят, что кого-то убили ради его внутренних органов, я отказываюсь в это верить. Трансплантация – крайне сложная процедура. Нужно, чтобы совпали группы крови, типы тканей, размер органов донора и реципиента, нужно, чтобы органы сохранились перед операцией… В данном случае все происходило слишком быстро».

Выяснить, пала ли девочка жертвой своей болезни, медицинской ошибки или злого умысла, вряд ли удастся. Патологоанатомы не берутся установить причину смерти, пока не будут найдены недостающие органы. Ясно, что найти их не удастся никогда.

Цены на донорские органы в разных странах мира
Цены на донорские органы в разных странах мира

Почка – самый популярный товар

В больницах Европы и Северной Америки больше привыкли к другим историям: пациент совершает поездку за границу, после чего является с новой почкой. В Германии каждый случай такого рода исследуется так называемой комиссией по живым донорам, которая есть в каждой немецкой земле. Ее задача – выяснить, руководствовался ли донор родственными чувствами, альтруизмом или корыстным интересом.

Достижения медицины открывают новые возможности для «черных трансплантологов». Теперь можно забирать для пересадки части легких и печени у живых доноров. Но по-прежнему самым востребованным «товаром» остаются почки. В мире ежегодно производится 10 тысяч нелегальных пересадок почек, а некоторые эксперты говорят и о 20 тысячах. По данным ВОЗ, почки составляют 75% всего органооборота в мире. В Европе очередь на их трансплантацию составляет 40 тысяч человек; в Германии каждый третий из этого списка умирает, так и не дождавшись операции.

74-летний немецкий бизнесмен Вальтер (фамилия его не разглашается) умирать не хотел. С 50 лет он страдал гипертонией и был вынужден принимать сильные препараты, которые в итоге посадили ему почки. Гемодиализ не помог: Вальтер из-за него перенес два инфаркта. Наконец, доктора сказали пациенту, что ему осталось несколько месяцев. Конечно, его поставили в очередь на пересадку почки, но… Семья была в отчаянии. Сын подумывал о том, чтобы подарить отцу одну из своих почек, но тут как раз увидел по телевизору документальный фильм о «черных трансплантологах». Злодеи произвели на родственников Вальтера самое приятное впечатление, и вскоре сын попытался связаться с этими людьми через журналистов. Параллельно изучал положение дел в интернете. Нашел сначала филиппинскую клинику, а после (как показало дальнейшее расследование) перечислил 81,892.72 евро на счет посредников в Израиле. Ничего плохого в своем поступке сын не видит. Вся семья считает себя жертвами, ведь отца загубили плохие немецкие врачи. Они лишь спасали главу семьи, обращаясь к услугам сомнительных дельцов. На вопрос, отчего отказался от пересадки отцу собственной почки, сын отвечает: «Это опасно».

Об истории Веры Шведко своим читателям поведал немецкий журнал Der Spiegel, журналисты которого несколько месяцев вели в Косово собственное расследование

Об истории Веры Шведко своим читателям поведал немецкий журнал Der Spiegel, журналисты которого несколько месяцев вели в Косово собственное расследование

Как бы то ни было, в июле 2008 года Вальтер вылетел в Стамбул, где встретился с посредником, а оттуда отправился на небольшом «кукурузнике» в Косово. Вместе с ним летела 50-летняя Вера Шведко, горничная в одном из израильских отелей. Она иммигрировала из Москвы всего несколько месяцев назад. Дома, с бывшим мужем осталась 10-летняя дочь Настя. Взять ее с собой Вера пока не могла: она сводила концы с концами на новой родине. И тут ей как раз попалось на глаза газетное объявление: «Ищу донора почки». 10 тысяч долларов, за небольшую и безопасную операцию! Вера согласилась.

В Приштине ее отвезли на «виллу» на окраине города около клиники Medicus Clinic. Бояться она начала еще в Стамбуле, но тут страх стал еще сильнее. Женщину заставляли подписывать какие-то документы на английском, смысла которых она не понимала. Им с соседками не разрешали разговаривать друг с другом, сообщили лишь, что их органы уйдут американцам. Потом она снова увидела старика, с которым летела в самолете. Теперь он был с женой. Вера неожиданно прониклась сочувствием этим людям, быть может, собравшим последние крохи, чтобы спасти жизнь близкому человеку. На какой-то момент ей даже показалось неудобным брать с них деньги за свою почку. Но перед операцией Вера тряслась от ужаса и хотела убежать. «Но, конечно, я знала, что связалась с мафией и назад пути не было, – говорит она. – Они уже вложили в меня достаточно средств, оплатив дорогу и проживание, и я слишком много знала».

Когда она очнулась, израильский посредник перед ней конверт, в котором была обещанная сумма. Вера положила его под подушку. Ей было очень больно. С тех пор эта боль не утихает. «Если бы я знала, что так будет, ни за что бы не согласилась», – говорит она. Денег на то, чтобы обратиться к врачам, у нее не осталось. Конверт опустел за три месяца: расплатилась с долгами, прикупила каких-то китайских шмоток, а главное – Настя теперь живет вместе с ней.

А доктора улетели…

Деятельность Medicus Clinic привлекла внимание канадского прокурора Джонатана Рейтела, который приехал в Приштину в 2010 году, чтобы помогать в развитии конституционной системы в рамках Правоохранительной миссии Евросоюза в Косово. Ему удалось довести дело до суда.

Юсуф Сонмез по прозвищу Доктор Франкенштейн гордится тем, что ни разу за 20 лет практики не производил пересадку почек от мертвого донора – только от живых, и очень быстро. В приштинской клинике он провел 11 нелегальных трансплантаций

Юсуф Сонмез по прозвищу Доктор Франкенштейн гордится тем, что ни разу за 20 лет практики не производил пересадку почек от мертвого донора – только от живых, и очень быстро. В приштинской клинике он провел 11 нелегальных трансплантаций

В ходе процесса выяснилось, что здесь было проведено 20-30 нелегальных операции по пересадке почек. Доноров находили в Стамбуле, Кишиневе, Израиле. Покупателей – по всему миру. В ходе следствия выявились две ключевые фигуры. Посредник проживал в Израиле, а сейчас находится в розыске Интерпола. Хирург по прозвищу Доктор Франкенштейн был арестован в Турции, но освобожден в 2011 году под залог. Юсуфу Сонмезу предъявлено обвинение, по которому он может получить 171 год тюрьмы. Турецкое правительство отказывается экстрадировать его.

В ноябре 2008 года в аэропорту Приштины 23-летний гражданин Турции Йилан Алтун потерял сознание. Сквозь его рубашку струилась кровь. Он рассказал, что у него была удалена почка. Когда в клинику нагрянула полиция, там уже никого не было – кроме пожилого израильтянина, ожидавшего операции. А следы Алтуна вскоре потерялись. Джонатан Рейтел считает, что его убили. «Мы дорожим каждым свидетелем, говорит он. – За время следствия уже несколько наших доноров умерло».

Этот случай подвиг Рейтела создать команду, которая стала отслеживать международные связи Medicus Clinic. Следы вели в Израиль, ЮАР, Турцию, США, Шри Ланку, Россию… Стало ясно, что речь идет не о «деле приштинской больницы», а о глобальной мировой сети нелегальной человеческими органами.

После скандала 2008 года Medicus Clinic была снесена
После скандала 2008 года Medicus Clinic была снесена

Следствие в Приштине длилось не один год. В апреле 2013-го пятерым участникам дела было предъявлено обвинение. Директор клиники Луфти Дервиши получил восемь лет тюрьмы, его сын Арбан – семь лет и три месяца, трое остальных обвиняемых – от года до трех лет. Двое государственных чиновников, также выступавших в роли ответчиков на процессе, были оправданы.

Директор приштинской клиники уролог Луфти Дервиши получил восемь лет тюрьмы
Директор приштинской клиники уролог Луфти Дервиши получил восемь лет тюрьмы

Рейтел намерен продолжать борьбу. «Это бизнес, – говорит он, – доходы от которого трудно даже представить. И, к сожалению, это очень быстро растущий бизнес».

Источники статьи: