Домашнее обучение: запретить нельзя разрешить

Колонка Анастасии Отрощенко. Недавно стало известно еще об одном нововведении – дети, обучающиеся дома, должны быть выведены «из школьного контингента»

Новый учебный год принес много нового школьникам и их родителям – слияния школ в учебные комбинаты, перевод коррекционных школ из Министерства образования в ведомство социальной защиты, возрожденная из пепла форма. Недавно стало известно еще об одном нововведении – дети, обучающиеся дома, должны быть выведены «из школьного контингента».

Выведены из школьного контингента
В Департаменте образования разработали методические рекомендации, согласно которым детям, обучающимся дома, теперь не положены ни денежные компенсации, ни участие в олимпиадах и конкурсах, ни посещение секций и школьных праздников, ни пользование учебниками и методической литературой. Единственное, что им оставили – возможность сдавать экзамены.

Причина, по которой дети лишаются возможности учиться дома, лежит, по всей видимости, в финансовой области (как и большинство реорганизаций последнего времени). Действительно, в 2013 году на каждого ученика, вне зависимости от формы его обучения, выделяется из городского бюджета 120 тысяч рублей. Как говорят родители, самостоятельно обучающие детей, деньги достаточные для того, чтобы оплатить курсы или педагогов и обеспечить детям образование.

Заместитель мэра Москвы по вопросам социального развития Леонид Печатников считает иначе, комментируя новое постановление газете «Известия», он сказал о том, что лишение родителей материальных выплат связано с нецелевым использованием ими средств: «Мы неоднократно сталкивались с ситуацией, когда родители полученные средства тратили на алкоголь или другие нужды, а не на детей». Исключение школьников-экстернатников из этой категории, по словам Печатникова, «необходимо в условиях современной жизни».

То есть, в представлении городских чиновников, те родители, которые переводят детей на домашнюю форму обучения, хотят потратить деньги на выпивку и прочую гадость, но никак не на детей, это — во-первых. Каким образом дети, при этом, сдают ежегодные зачеты и экзамены по всем предметам и переходят из класса в класс остается загадкой. Как сказал один из родителей «семейников», «удивительно, что господин Печатников не знает, что компенсации выплачивались только после успешной сдачи экзаменов, а несдача автоматически вела к прекращению семейной формы образования».

Во-вторых, «условия современной жизни» как-то странно воспринимаются властями города, почему они – условия – связаны исключительно со школой, которая, как известно, переживает сейчас не лучшие времена, остается загадкой.

Школы, где учатся хоумскулеры (так по-английски называется эта форма образования и, кстати, она вполне развита во всем мире), требуют от родителей написать заявления об исключении своих детей из контингента образовательной организации, родители, в свою очередь, пишут открытое письмо мэру Сергею Собянину, в котором говорится о том, что лишать детей, находящихся на домашнем обучении, всего того, что помимо собственно уроков привязано сейчас к учебному заведению, незаконно, а статус детей непонятен.

Что выбирают родители?
Причины, по которым родители выбирают семейную форму обучения, могут быть самые разные. Это и состояние здоровья, и работа родителей в другом городе или стране, и просто понимание ими, родителями, что ребенку по каким-то причинам будет удобнее и комфортнее учиться дома. Таких детей в Москве более 2300 человек. Спрашиваю знакомых, чья дочка учится (и отлично) дома, почему они выбрали эту форму.

Папа Оли: «Основная причина, по которой дочь учится дома, — это удивительная способность жены ее учить. Ответственно и скрупулезно. Ей этот процесс не наскучивает, чему я не устаю удивляться. Тем более, что я не могу назвать Олю благодарным учеником (отсутствие энтузиазма и всякие вольности на уроках). Ее главный стимул к домашнему обучению — нежелание идти в настоящую школу.

Мама Оли: «Мы изначально выбрали альтернативные учебно-методические комплексы, которые нам просто больше нравились, и, как показывает практика, оказались сильнее и интереснее школьных. То есть, учебники наши со школьными — разные по всем предметам. Домашнее обучение строится полностью на «взаимной договоренности» со школой. Для нас был приоритетным именно свой выбор учебных материалов, и мы договорились об этом со школой. Годовой итог по любым учебникам должен быть общий (это контрольная, диктант или устный экзамен). Все. Мы сдаем аттестацию раз в четверть (показываем свои тетрадки и учебники и т.д.). Режима — нет. График расписываем по неделям (с помощью методичек легко рассчитать, сколько надо уроков в неделю по разным предметам). Если что-то не успеваем, то просто переносим на следующую неделю. Важно, что почти по всем предметам, ко всем учебникам, издаются хорошие подробные методички, которые, порой, сильно выручают. И еще со временем ребенок многие предметы начинает осваивать самостоятельно.

Оля: «Прочитала и со всем согласилась».

Любимая кнопка, на которую нажимают противники домашнего обучения – это социализация ребенка. Еще с советских времен считается, что только школа может научить его общаться с окружающими. Как говорят специалисты в области обучения именно в учебном заведении, «ребенку, лишенному общения с коллективом, будет трудно в дальнейшем».

Родители, чьи дети учатся дома, не могут согласиться с этим утверждением: «Почему ребенку, лишенному коллектива будет трудно? А хлюпику, затравленному одноклассниками и учителями, легко? А патологическому мерзавцу, мучителю одноклассников и учителей? Им тоже одинаково полезно учиться вместе со всеми? Чем позже человек столкнется с «прелестями» коллективов, чем более взрослым он к этому времени окажется, тем легче ему будет. Иначе выпускники детских домов были бы у нас сплошь самыми успешными людьми. Так что сказки про страшно необходимую социализацию — это все полная туфта».

Как это происходит
Что же по факту происходит в этой области образовательной сферы? Учились дети многие годы, сдавали зачеты и экзамены, брали из библиотек бесплатные учебники (положенные по закону всем московским школьникам), и вдруг, когда учебный год уже начался, им звонят из школы и просят написать заявление о «выходе из контингента». Что же теперь им делать? Доказывать кому-то, что не пропивают положенные на образование ребенка деньги, что не являются асоциальными элементами? Школа предлагает им идти в окружное управление образования и вставать там на учет.

Как пишет обозреватель «Новой газеты» Ирина Лукьянова, «при этом никто вроде бы не отменял постановления правительства Москвы 2007 года №827-ПП от 25 сентября 2007 года, где подробно оговорено и место “семейников” в контингенте обучающихся, и расписан порядок консультаций и лабораторных работ… Эти нормы просто перестали выполнять. Детей фактически выставили из школ. Сами собой отменились и все привязанные к школе льготы (в том числе для многодетных или инвалидов – например, компенсация за льготное питание)».

В этой неразберихе родители обратились к мэру Москвы Сергею Собянину, через некоторое время из школ стали звонить и говорить, что пока окончательное решение не принято, продолжать учиться на домашнем обучении вроде бы все-таки можно, но дальнейшая судьба чиновничьих инициатив, в частности, вопрос о том, кто будет выплачивать компенсацию, пока не понятна.

Как и в случае с неправомерным слиянием учебных заведений, с закрытием коррекционных школ, вопрос остается открытым, но активная позиция родителей, письма, которые они пишут чиновникам, и прочие законные и конституционные действия, направленные на отстаивание интересов своих детей в области образования, могут иметь успех.

Незаконные действия в нынешние времена легко совершаются в тишине, но когда о них узнает гражданское общество и возникает волна активного обсуждения и сопротивления, то сверху дается отбой. Наступает затишье и есть надежда, что система образования все-таки будет сохранена, и необходимые реформы не лишат детей всех возможных форм обучения, которые родители сочтут для них наиболее приемлемыми.

Мы просим подписаться на небольшой, но регулярный платеж в пользу нашего сайта. Милосердие.ru работает благодаря добровольным пожертвованиям наших читателей. На командировки, съемки, зарплаты редакторов, журналистов и техническую поддержку сайта нужны средства.