Волонтер в рабстве у подопечного: какая помощь неправильная

«Моя подопечная была так несчастна, что всегда казалось: моя помощь недостаточна. Оглянувшись однажды, я поняла, что ее проблемы полностью стали моими проблемами»

Chain with rusty heart on red background. Even rusty, the hart is still important part of the love chain. Clipping path included.
Chain with rusty heart on red background. Even rusty, the hart is still important part of the love chain. Clipping path included.
Изображение с сайта pinterest.com

«Лида – одинокая женщина, инвалид с букетом разных болезней, которые не дают ей работать, и маленькой пенсией, которая не дает ей жить. Когда я познакомилась с ней, начиналось с малого: помогала с покупкой лекарств, продуктов. Созванивались, спрашивала, как самочувствие.

Шли месяцы, мы все больше узнавали друг о друге. Она ждала от меня не только материальной помощи, но и дружеской поддержки. Временами у нее случались перепады настроения, я пыталась помочь, как могла. В какой-то момент я поняла, что Лида привыкла ко мне и ждет моей всесторонней помощи. С одной стороны, в ней укрепилась непоколебимая вера, что я всегда буду решать все ее проблемы, с другой – ее регулярно охватывали приступы паники, что я «ее брошу». Дистанция в тонком деле добровольной помощи была мной собственноручно разрушена, и заметила я это далеко не сразу. Каждый день я испытывала колоссальное психологическое давление, потому что от меня хотели всего и сразу: продуктов, лекарств, дружбы, ласки, заклеить окна, вентилятор, гарантий вечной безмятежной жизни, вылечить все болезни. Казалось, что точка невозврата пройдена».

Это реальная история добровольца, которому довелось осваивать искусство добровольной помощи, не имея опытных наставников. О том, как должна быть организована помощь нуждающемуся человеку, чтобы самому не стать рабом подопечного, мы поговорили с опытным волонтером и координатором добровольцев службы «Милосердие» Ириной Редько.

Случай с Людмилой, мамой взрослого ребенка-инвалида, Ирина вспоминает как очень показательный. Людмила в одиночку ухаживала за 20-летним сыном-колясочником. Сам он из-за болезни практически ничего не мог делать. Несколько лет назад на лечение парня собирали на сайте Милосердие.ру, с этого все и началось. Сумму силами читателей сайта собрали, а еще на семью обратила внимание одна читательница, которую история особенно задела за живое. «Познакомьте меня с ними, я хочу им помогать регулярно», – она настойчиво просила свести их, понимая, что семья нуждается в поддержке.

– Мы долго ее отговаривали, понимая, что несем ответственность за продолжение этой истории. – рассказывает Ирина Редько. – Всегда надежнее, чтобы помощь подопечным оказывалась специалистами. Есть наша группа работы с просителями, которая поможет собрать на лечение, есть патронажная служба, где уход за больным обеспечат квалифицированные сиделки, есть, в конце концов, служба добровольцев, где каждый доброволец проходит подробный инструктаж опытного координатора и в любой непонятной ситуации имеет, у кого спросить совета.

Но неравнодушная читательница была очень настойчива: спросив разрешения Людмилы, их познакомили.

– Все началось с ремонта в квартире и покупки отдельных деталей, а закончилось тем, что ежемесячно Людмила просила у новой благотворительницы деньги на жизнь: на продукты, на поездку на отдых и т.д. У Людмилы оказался довольно пробивной характер. Понятно, что в условиях, когда ты не работаешь и уже много лет полностью погружен в уход за больным ребенком, деньги нужны. Но семья не бедствовала: муж Людмилы, с которым они разошлись, исправно перечислял им алименты.

История закончилась тем, что добровольная помощница семьи, прячась от такого напора, перестала отвечать на звонки. А Людмиле и сыну мы помогаем понемногу до сих пор.

Недопустимо, чтобы добровольчество становилось в ущерб общению с собственной семьей.

– Была и такая история: доброволец, которая помогала одинокой пожилой женщине, стала пропадать у нее почти что на все выходные. Дошло до того, что нам звонили родные девушки с вопросами, куда мы так часто отправляем их дочь. Мы собрали целый совет из наших координаторов с участием священника, на который пригласили девушку. Она, конечно, хотела, как лучше, но недопустимо, чтобы добровольчество становилось в ущерб общению с собственной семьей. Пришлось очень четко проговорить с ней, сколько времени она будет проводить с подопечной бабушкой. На случай, если режим будет нарушаться, мы уже могли поддерживать связь с родными добровольца.

Но, возможно, бабушке, у которой так подолгу задерживалась девушка, и правда нужно было больше внимания? Как определить, требует ли подопечный больше, чем нужно, каприз это, или объективная необходимость?

Знакомство со многими подопечными начинается с просьбы найти кого-то, кто сможет с подопечным жить.

– Это индивидуальный вопрос, и именно поэтому прежде, чем сводить нового подопечного с волонтером, на дом к подопечному приезжает опытный координатор, который может на месте, в личной беседе сформировать представление, какая помощь нужна. Знакомство со многими подопечными начинается с просьбы найти кого-то, кто сможет с подопечным жить. Какого-то идеального волонтера – тихого, бесконфликтного, чуткого, с очень свободным графиком работы. Разумеется, что мы на это никогда не идем. Если человеку действительно нужно постоянное присутствие кого-либо, например, из-за болезни, ему нужна сиделка. Если человеку нужно, чтобы ему готовили и приносили еду несколько раз в неделю, мы ищем нескольких добровольцев, которые в идеале живут не очень далеко и смогут посменно навещать человека. Но совместное проживание таит в себе слишком много рисков как для подопечного, так и для добровольца. К тому же, если найдется доброволец, согласный на такой вариант, практически наверняка у него есть свой интерес, например, он ищет возможности проживания и хочет сэкономить на съемном жилье. Но для добровольца это в корне неверная мотивация.

Есть круг вопросов, которые никогда не могут стать кругом ответственности для волонтера, уверена Ирина Редько. Это поможет сохранить необходимый минимум дистанции между добровольцем и подопечным. Так, добровольцу ни в коем случае нельзя вмешиваться в отношения подопечного с родственниками. Например, бабушка может противопоставлять своих «равнодушных и слишком занятых» детей «доброму и отзывчивому» добровольцу.

– В итоге сам доброволец начинает относиться к родственникам бабушки с подозрительностью и презрением. Конечно, ситуации бывают разные, и случается, что интерес родственников сводится лишь к тому, когда уже они унаследуют бабушкину жилплощадь, но нужно объективно оценивать обстоятельства. У нас был пожилой подопечный, который жаловался своему волонтеру, что родственники с ним не гуляют. Сам он уже в силу своих заболеваний выйти на улицу без сопровождения не мог. Правда, потом выяснилось, что на то были причины: любая вылазка на прогулку заканчивалась тем, что дедушка покупал алкоголь и остановить его в этом было крайне сложно.

Добровольцы не должны брать на себя решение всего спектра жизненных проблем подопечного, уверена Ирина. Нужно договориться «на берегу», что входит в задачи волонтера, чтобы у подопечного не возникло иллюзии, что у него появилась персональная волшебная палочка.

Что же делать, если, взявшись однажды помогать подопечному в малом, со временем замечаешь, что человеку все труднее справляться с бытовыми нуждами, прогрессируют его заболевания и необходимость во всесторонней поддержке возрастает по объективным причинам?

Если у добровольца все идет правильно, то количество любви должно возрастать.

– Тут и обнаруживаются преимущества работы в команде. О таких изменениях не надо молчать и пытаться взвалить все на свои плечи – можно надорваться. Расскажи об этом координатору – он поможет а) оценить реальную необходимость и б) подключить к помощи других волонтеров. Если у добровольца все идет правильно, то количество любви должно возрастать. Тогда подопечный и доброволец будут друзьями, а не рабами друг друга.

Служба добровольцев «Милосердие» является проектом православной службы помощи «Милосердие». Поддержать проект вы можете на специальной странице проекта. Встречи новых добровольцев проходят каждое воскресенье в 11.45 в храме св. блгв. цар. Димитрия при Первой Градской больнице (г. Москва, Ленинский просп., д. 8, корп. 12)

Мы просим подписаться на небольшой, но регулярный платеж в пользу нашего сайта. Милосердие.ru работает благодаря добровольным пожертвованиям наших читателей. На командировки, съемки, зарплаты редакторов, журналистов и техническую поддержку сайта нужны средства.

Читайте наши новости в Телеграме

Подписаться