Дениэл Киш – человек без глаз. Умеет чинить двигатели, кататься на горном велосипеде, играть на пианино, разбивать палаточный лагерь, ориентироваться в лесу, готовить, танцевать, читать дорожные знаки и много чего еще. Технологии освоения «многого» он придумал сам и предлагает всем, кто заинтересовался

Дениэл Киш – человек без глаз. Умеет чинить двигатели, кататься на горном велосипеде, играть на пианино, разбивать палаточный лагерь, ориентироваться в лесу, готовить, танцевать, читать дорожные знаки и много чего еще. Технологии освоения «многого» он придумал сам и предлагает всем, кто заинтересуется. В школе — круглый отличник, закончил университет, получил сразу две ученые степени – в области психологии развития и образования людей с особыми нуждами.

Дениэл Киш Фото с сайта abcnews.go.com

Ориентация с помощью эхолокации

У него есть мечта. Чтобы каждый незрячий на планете научился тому, что умеет он, обрел ту же свободу и радость жизни. Эта затея большинству людей кажется пустой и вздорной, а сам Дэниэл Киш – никчемным фантазером.

А что он, собственно, умеет? Кататься на горном велосипеде, ориентироваться в лесных чащобах и крупных городах, разбивать палаточный лагерь, готовить, танцевать, читать дорожные знаки, чинить двигатели, да все, что угодно! Все это – будучи слепым.

Сам Киш от подобного перечисления своих «талантов» пришел бы в ярость. «Слепота – это просто неудобство», — не устает повторять он.

49-летний Дэниэл не просто слепой. У него нет глаз. Их удалили, потому что родился мальчик с раком сетчатки – ретинобластомой. То, что вы видите на фото — протезы, которые Киш за разговором иногда вынимает и спокойно протирает тряпочкой, как другие – очки. «Они становятся липкими», — объясняет он свои действия собеседникам.

Свое умение ориентироваться в мире с помощью эхолокации Киш также вполне обычным. Он издает языком звучные щелчки и прислушивается к эху. Звук, как ему и положено, несется со скоростью 311 метров в секунду, отражается от всех встреченных поверхностей и возвращается в уши своего источника – по пути, правда, подрастеряв громкость. Но он есть.

Это нам, получающим информацию другим путем, неслышны бесчисленные эха вокруг. Но Киш натренировал себя распознавать их и интерпретировать их значения. Он слышит их в тиши леса, в сутолоке Лос-Анжелеса. Они — везде. Ведь на земле нигде нет полной пустоты, а значит, и полной тишины.

Нет, конечно, Дэниэл Киш не ходит повсюду, цокая языком, как заведенный. Он делает это по мере надобности. Где-то – громче, где-то тише. Когда он заходит, к примеру, в ресторан (а Дэниэл с удовольствием посещает такие места, важно лишь, чтобы они были вегетарианскими), то «цоки» становятся совсем неслышными – для зрячих.

«Большинство слепых слышит меня всегда», — говорит Киш. Немного постояв, он «увидит» лестницу, барную стойку, столик у камина, который заказал… Поскольку звуки он издавал тихие, то «видит» все словно в полумраке, но этого достаточно, чтобы беспрепятственно пройти, куда надо.

При хороших условиях он может «увидеть» здание на расстоянии 300 метров. И не просто увидеть, но и опознать: «У каждого дома свой голос». Дерево Киш различит – с 10 метров, человека – с двух. Он сразу определит, что проехало мимо — легковушка, внедорожник или небольшой грузовичок – и слышит, насколько близко к бордюру припарковался посетитель. Он не перепутает каменного или деревянного забора с живой или сетчатой изгородью. Объяснят: «Это просто. Бросьте теннисный мячик в стену, а потом в куст – и вы тоже сразу уловите разницу». Кстати, и сам мячик он может отыскать – на близком расстоянии и если у него есть время.

То, что делает Дэниэл Киш, настолько невероятно, что людям порой кажется, что перед ними мошенник или, по крайней мере, злостный любитель розыгрышей. Но это – правда. И всему этому Киш научился сам.

«Упасть я яму – это ужас, но не иметь возможность упасть в яму – катастрофа, — пишет он в своем руководстве по эхолокации. – Боль – часть цены свободы».

Плюсы трудного детства

Есть свои плюсы в том, что ты растешь в неблагополучной семье. Родители Киша развелись, когда ему было шесть – по причине безудержного пьянства папы-автомеханика. Ретинобластома у них в роду. С ней появился на свет и его старший брат, но врачам удалось спасти мальчику и жизнь, и зрение, сейчас он школьный учитель. Между тем, родители не делали никакого различия между ним и Дэниэлем, которому повезло значительно меньше. Его воспитывали безо всякого снисхождения к его слепоте.

Проявили родители педагогическую мудрость или им просто было не до того? Не так уж и важно, учитывая результат.

Самое главное, что когда двухлетний Дэниэль интуитивно начал прищелкивать языком, чтобы услышать окружающий мир, никто ему мешать не стал. Цокает – и пусть. Кстати, очень многие слепые дети делают попытки эхолокации: хлопают в ладоши, топают ногами, цокают языками, но взрослые чаще всего пресекают это странное и, по мнению многих, неприличное поведение.
А Киш щелкал в свое удовольствие – и мир отвечал ему. Где-то в два с половиной года он вылез из окна спальни (хорошо, что та была на первом этаже) и отправился в экспедицию. «Увидел» изгородь, перелез через нее в соседский двор, а потом в следующий. И в следующий… В самом конце квартала кто-то различил в кромешной темноте малыша, вызвал полицию, и малыша доставили к ничего не понимающим родителям. Трагедии из этого никто делать не стал, сдувать с Киша пылинки тоже.

«В основном, я был предоставлен сам себе, — вспоминает он Киш, — я мог делать все, что мне хотелось. Если честно, я был совершенно несносным». Хотелось ему, например, взлететь на своем велосипеде на холм, а после на полной скорости скатиться оттуда с криками: «Бомба летит!», заставляя окружающих бросаться врассыпную. Однажды он не справился с рулем, разметал несколько мусорных баков и врезался в металлический столб, здорово разбив лицо. К крови Кишу было не привыкать. Он часто дрался: учился в обычной школе и, разумеется, постоянно подвергался насмешкам. «В драках я обычно побеждал, — вспоминает он. – Моя тактика заключалась в том, чтобы обездвижить оппонента до того, как он сумеет ударить меня несколько раз и поэтому я не сдерживал себя».

Он мечтал быть полицейским, врачом, летчиком и пожарным. А почему нет? В детстве Кишу казалось, что в мире нет ничего невозможного, ведь ему на каждом шагу говорили, какой он особенный.

В перерывах между драками, «экспедициями» и шалостями мальчик читал – глотал без разбора все, напечатанное шрифтом Брайля, что можно было достать в городке Монтебелло, штат Калифорния. Он прекрасно пел, играл на пианино, мог разобрать и собрать практически любой прибор. Был круглым отличником, поступил в университет, получил сразу две ученые степени – в области психологии развития и образования людей с особыми нуждами. Тренер для слепых по эхолокации.

Ухо может «больше», чем глаз

Очень долго Киш даже не задумывался о том, как называется его способ ориентироваться в мире. Впервые он обобщил свой опыт, углубился в историю и даже составил некоторые упражнения в своей студенческой работе о человеческой эхолокации. (В быту свое умение он предпочитает именовать — флэш-сонар). Киша часто называют ее первооткрывателем, но это так. Он первый, кто скрупулезно задокументировал это явление, разложил на составные части, а главное — составил методику, которой можно обучать.

Способность некоторых слепых людей ориентироваться в мире, издавая особые звуки, была обнаружена еще Дидро в 1749 года. Философ предположил тогда, что они как-то чувствуют звуковые вибрации кожей лица. В начала ХIХ слепой англичанин Джеймс Холман объездил весь мир, руководствуясь щелчками языка и эхом от них. Но только в 1940-е годы явлением заинтересовались ученые, и в лаборатории Карла Далленбаха в Корнеллском университете было, наконец, было доказано, что люди имеют способности к эхолокации.

Мы, конечно, не дельфины, не киты-белухи и не летучие мыши, но тоже кое-что тоже можем. Хомо сапиенс как биологический вид обладает великолепным слухом. Мы слышим намного лучше, чем видим. Человеческое ухо различает 10 октав, а глаз – меньше одной «октавы» светового спектра. Мы слышим звуки, раздающиеся позади, за углом, за стеной.

Уши у человека расположены очень удобно для эхолокации – по разным сторонам головы. Источник звука всегда находится чуть ближе к одному из них и достигает его быстрее – пусть на тысячную долю секунды – чем другого. Этого достаточно для того, чтобы мозг смог принять и пронализивароть эту информацию. Не верите? Но когда кто-то в толпе окликает вас по имени, вы ведь практически всегда поворачиваетесь в нужную сторону?

Наличие двух ушей (как и двух глаз) дает нам возможность слышать мир в стереоформате, звук имеет для нас объем. И это дает нам возможность выстроить в мозгу детальную трехмерную карту своего окружения.

Фото с сайта mensjournal.com

Тренер по эхолокации становится благотворителем

Про ту свою студенческую работу Киш вспоминает так: «Я снял замок со своего мозга». Вообще-то он никогда не думал, что создаст какую-то благотворительную организацию, будет заниматься общественной и образовательной деятельностью. Киш хотел быть психологом, заниматься наукой. Но как пройти мимо того, что лишь жалкие единицы незрячих способны жить такой же насыщенной жизнью, как он? Как смириться с отношением, к слепым, бытующим в обществе?

«Меня недооценивают, умаляют, мною помыкают, нарушают мои личные границы, со мною не считаются, меня не уважают, — пишет он в своем дневнике. – Я заведомо слаб, хрупок, уязвим, или, другими словами, неполноценный. Слепой в глазах общества неполноценен не только физически, но и интеллектуально, и эмоционально».

Особенно ему жалко детей, которые растут в атмосфере постоянных запретов, постоянных «нет». «А ведь я большую часть своей жизни вообще не думал о себе как о слепом, — говорит он. Это другие напоминали мне. Иногда, например, зрячие признавались мне в «душевном» разговоре: «Знаешь, я, наверное, предпочел бы лучше умереть, чем ослепнуть. А я при этом чувствовал себя просто молодым человеком – быть может, более умным, ловким, сильным и во многом более приспособленным к жизни, чем большинство моих ровесников».

Он знает все советы взрослых: не уходить далеко от дома, придерживаться привычных маршрутов, полагаться на помощь зрячих.

Он устал от этого. Девиз Киша: безоговорочная независимость – даже если это порой кончается небольшим кровопролитием: Киш ломал ноги, падая со скал, терял зубы. Ничего более серьезного с ним, к счастью, не случалось.

Ради этой свободы он с горсткой единомышленников создал в 2001 году организацию World Access for the Blind – «Доступ к миру для слепых». Они обучают незрячих ориентироваться в окружающим пространстве. Штаб-квартира расположена у него дома, интернет сайт здесь Слепой человек, который научил себя видеть. Существуют на пожертвования, которых наскребается меньше, чем 200 тысяч долларов в год. Киш называет это «прожиточным минимумом». Ведь он и несколько других тренеров по эхолокации никому не отказывают. Поступает заявка – едут к ученику, неважно живет он в соседнем квартале Лос-Анжелеса или на другом конце света. Они были в 16 странах, включая Армению, Украину, ЮАР, Афганистан, Швейцарию.

Тех, кто живет близко, учителя навещают несколько раз в месяц, далеким клиентам предлагают недельный интенсив – вот вся разница. Главное, чему обучают – конечно, эхолокация. Плюс – тренинги общения, уверенности в себе, обучение маленьким хитростям ведения диалога. Как можно услышать по звуку развевающихся волос, что собеседник повернул голову, как уловить его жесты по шуршанию кожи, ерзанье на стуле – по скрипу мебели и т.п.

Урок эхолокации

За все время существования Киш обучил более 500 человек. Почему так мало? Почему его серый бунгало в Лонг-Бич не осаждают толпы страждущих просвещения?
Отчасти, потому, что эхолокация – штука сложная. Точнее – научить методу можно довольно быстро каждого человека, но вот применять его в жизни без терпения и труда не получится.

Фото с сайта cbc.ca

Корреспондент Men’s Journal одного из журналов описывает такой урок:
«Киш ведет меня на середину гостиной и повязывает мне на глаза непроницаемую повязку… Я слышу, как он идет на кухню, шлепая босыми ногами. Открывает шкаф, гремит кастрюлями. Возвращается. «Щелкните языком». Я пробую. Получается ужасно. Щелчки самого Дэниэля – это произведение искусства. Он быстро и сильно хлопает кончиком языка по небу, создавая на мгновение вакуум во рту, который потом звучно заполняет воздухом. Звук напоминает тот, что издает зажигалка для газовой плиты. «Ничего, сойдет, — снисходит учитель. – Я держу перед вами стеклянную крышку от кастрюли. Щелкайте снова!» Теперь я слышу четкое эхо, некая деформация звука – такая бывает, когда стоишь в душе среди кафельных стен. «Еще раз». Эха больше нет. «Это потому, что я поднял крышку», — объясняет он. – Вы же можете различить это». Конечно, конечно, могу! «А теперь, — не унимается он, – где она? Вертите головой, прислушивайтесь к окружению». Я поворачиваю голову вправо – ничего. Влево – бинго! «Она там – я киваю головой по направлению крышки. «Точно. А теперь попробуем то же самое с подушкой».

С этим же репортером Киш совершает вояж по Лос-Анжелесу, где учит его слушать город: машины, двери, люди, шаги, голоса, а также то, что он называет «городской мебелью»: скамейки, парапеты, деревья.

Все это надо не просто услышать, но и проанализировать, запомнить и включить в постоянно строящуюся в голове трехмерную карту местности. Нагрузка на мозг колоссальная! При этом Киш может читать лекцию, беседовать с журналистами или распевать свои любимые кельтские гимны, аккомпанируя себе на пианино.

Именно с игрой на пианино он сравнивает эхолокацию. Каждый может освоить гаммы, но далеко не всех выпустят на сцену Карнеги-Холл. Киш признает, что лишь десятая часть обученных им людей может применять ее сразу на практике. Некоторые сдаются.

Не прибавляет ему популярности и отношение к воспитанию детей. Он считает, что незрячим малышам должна быть предоставлена полная свобода – такая же, как была у него в детстве. И плевать на кровь и переломы!

Фото с сайта cbc.ca

Так что даже в сообществе слепых одни относятся к нему с глубочайшим почтением, другие – насмешливо называют Мальчиком-Щелкунчиком, считая то, что он проповедует опасным и неприличным. Ну что это такое – ходить повсюду, цокая языком? Куда благороднее пользоваться тростью. Трость у Киша, кстати, тоже есть. Очень долго он наотрез отказывался пользоваться ею, считая, что это – клеймо. Но с возрастом понял: удобно. Эхолокация не всесильна. Например, трость может нащупать маленькие ямки и трещинки на асфальте или стоящую у каменной стены деревянную скамью. «Для слепого так же глупо и смешно врезаться в стену, как для зрячего», — уверен Киш.

Через пять лет слепые смогут играть в теннис

Дэниэла Киша изучают ученые. Самое известное исследование было проведено в 2009 году в мадридском университете Алкала. В результате выяснилось, что именно «цок», который издает языком Киш, как звук идеален для того, чтобы получить эхо. «Машина не сделает лучше, – так и записали испанцы в своем заключении».

Зачем это нужно? На самом деле, и в ученом мире есть те, кто разделяет идеи Мальчика-Щелкунчика. Новозеландец Лесли Кей работал над таким устройством уже более 50 лет. Киш — великий путешественник — провел с ним изрядное количество времени и после этих консультаций ученый создал так называемый K-Sonar. Этот прибор размером с фонарик присоединяется к трости слепого и подает сигналы в наушники. «Цветы звучат мягко, — отзывается об изобретении Киш, — камни — жесткие и хрустящие. С этим прибором окружающий мир превращается в музыку».

Есть проекты особых электронных дивайсов, которые будут вживлять в человеческий слуховой аппарат, увеличивая тем самым слух в десятки, если не больше раз. Это будет новое поколение K-Sonar. Киш поддерживает связь с учеными, которые разрабатывают это устройство. «Пять лет – и слепые смогут играть в теннис»,- восклицает он.

Одна проблема: лишь на то, чтобы понять, сработает эта идея или нет, нужно 15 миллионов долларов. Киш боится, что никогда не дождется результатов. Так что пока он хочет построить хижину в лесной чащобе и жить там в полном одиночестве, бродя по тропинкам, пересекая бурные потоки, сутки напролет не встречая ни одной живой души, не различая ночи и дня, а иногда разбивая палатку на полянке. Он будет музицировать, писать книги и отдыхать от людей. «Они ужасно утомляют, — признается Киш,- особенно зрячие».

Если ученые не найдут способа сделать человеческие уши более чувствительными – такими, как у летучей мыши, Киш грозится навсегда остаться отшельником. Найдут – выйдет снова на свет, которого не видит. Но верится с трудом. И вряд ли сможет долго мириться с тем, что из-за его затворничества несколько десятков незрячих на всю жизнь останутся в плену слепоты, пока он разъезжает по горным тропам на своем велосипеде.

Использованы источники:
Википедия
Мужской журнал
слепой человек который научил себя видеть