Вой сирены режет морозный воздух. Скорая пытается протиснуться по обочине, но там все забито снежной кашей, а длинная цепочка машин стоит в многочасовой пробке на зимней дороге. Именно так скоро будет выглядеть дорога в роддом для жительниц Кольчугина – небольшого города во Владимирской области, где власти решили закрыть единственный роддом.
Официально было объявлено, что с 15 мая 2026 года вместо полноценного родильного отделения в городе с населением около 37 тысяч человек останется ургентный родильный зал, где смогут принять только экстренные роды. Остальных беременных будут направлять в другие больницы: женщин с низким и средним риском – в Александров (примерно 45 км от Кольчугино), а с высоким – в областной перинатальный центр во Владимире (70-80 км в пути).
Подобная оптимизация прямо сейчас происходит по всей стране. Но в отличие от десятков других российских городов, в Кольчугине люди решили не смиряться.
Митинг в защиту роддома прошел в городе 17 января 2026 года. На площадь вышли около двухсот жителей, многие – с маленькими детьми. Сейчас некоторых участников вызывают в полицию, говорят об ответственности за организацию новых акций.
Кольчугинские активисты общаются с журналистами осторожно – опасаются, что интерес правоохранительных органов может появиться снова. Но и отступать они не намерены. Корреспондент портала «Милосердие.ru» отправилась на место событий, чтобы лично познакомиться с теми, кто продолжает бороться за роддом.
Почему закрывают роддом в Кольчугине и в других небольших городах
По данным Росздравнадзора, с 2019 года по середину 2024 года более 150 медицинских учреждений в России лишились лицензии на родовспоможение, то есть фактически перестали принимать роды.
Эксперты связывают закрытие роддомов со ставкой на крупные перинатальные центры, куда постепенно стягивается поток рожениц из небольших населенных пунктов.
Но у этой модели есть и обратная сторона – территориальная доступность помощи. Когда роддом закрывается, расстояние до другой ближайшей больницы может составлять десятки и даже сотни километров. Фактически иногда женщины должны заранее покидать свой город и жить в другом месте вплоть до родов либо, рискуя здоровьем своим и будущего ребенка, ждать, когда начнутся схватки, и ехать на личном автотранспорте либо на машине скорой помощи.
Формального приказа закрывать роддома в малых городах в России нет. Но новый порядок оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология», утвержденный приказом Минздрава № 747н, резко повысил требования к оборудованию и штату родильных отделений. Теперь роддом должен иметь полноценную реанимацию новорожденных, современное оборудование, операционные, а также постоянное присутствие анестезиологов-реаниматологов и неонатологов. Всего этого у таких родильных домов, как в Кольчугине и множестве других российских городов, просто нет.
Именно несоответствие строгим требованиям становится формальным поводом для закрытия медицинских учреждений. Важен также экономический фактор: из-за небольшого числа родов содержать такие роддома оказывается нерентабельно.
Город без детских колясок
Я приехала в Кольчугино под вечер. Мобильный интернет в городе не работает – обычное явление, во Владимирской области то и дело объявляют об очередной атаке дронов.
Город заметен снегом, на главной площади перед зданием городской администрации стоит Ильич. Образованный при советской власти, 95-летний город Кольчугино словно клон многих таких же городков, разбросанных по всей России, – много застройки 50-х годов, хватает хрущевок 60-70-х, кое-где – здания родом из 90-х, а потом провал, будто городу перекрыли кислород.
Когда-то при СССР Кольчугино был промышленным центром: здесь работали крупные предприятия цветной металлургии, вокруг них строились дома, школы, больницы. Город развивался, население росло. Сегодня часть предприятий закрыта.
«Никогда не хотела отсюда уезжать, – говорит встречающая меня активистка Светлана Левашева. – Мама рассказывала, как кипела здесь раньше жизнь, сколько молодых парней и девчат гуляли по улицам, особенно вечерами, после работы на производстве».
Сейчас людей почти нет. Конечно, зима, снегопады, дороги, как и везде, убираются неважно. Но дело, кажется, не только в этом. В Кольчугине почти нет молодых мам с колясками. А ведь именно ради этих колясок, ради этих еще не родившихся детей сейчас и восстал весь город.
«Усложнять себе жизнь еще больше не хочется»
Территория Кольчугинской центральной районной больницы занимает целый квартал. Родильное отделение находится на втором и третьем этажах отдельного здания.
С другой стороны – женская консультация. Именно сюда приходят беременные сдавать анализы. Но и тут людей почти нет, лишь несколько молодых женщин стоят у кабинета. Разговаривают тихо. Одна из них соглашается ответить на вопросы. Молодая учительница, только вышла из декрета, сынишке два года.
– Второго не планируете?
Улыбается устало.
– Да куда там… За вторым пойду так скоро вряд ли. Жизнь и так слишком тяжелая.
И, помолчав секунду, добавляет:
– Ну и сами видите, что с нашим роддомом творится. Усложнять себе жизнь еще больше не хочется.
Роддому в прошлом, 2025 году, исполнилось 55 лет. Работающие здесь медики говорят: многие проблемы возникли потому, что больницу годами не оснащали. Сотрудники медицинского учреждения каждый год обращались с запросами о том, что необходимо купить, отремонтировать, жаловались на износ оборудования, протечки. Но денег на развитие роддома просто не выделялось.
Система финансирования устроена так, что основные средства роддом получает из родовых сертификатов. «Пока родов было много, мы могли что-то покупать. Например, сами приобрели импортные родовые кресла. Но потом начали говорить: «Это слишком дорого, купите дешевле». Купили – а они сломались», – на условиях анонимности объясняют врачи.
В какой-то момент оснащением родильного отделения занялись горожане: собирали деньги, сделали ремонт, поставили бойлеры, чтобы была горячая вода.
Роддом без 13-й палаты
На входе надпись: «Семья, где начинается жизнь, а любовь никогда не заканчивается». Здесь двенадцать палат и еще одна – нулевая, чтобы не было тринадцатой. На окнах приклеены квадратики с номерами. Когда-то в каждой лежало по несколько женщин, молодые мамы выглядывали с сопящими конвертами в окна, на улице дежурили нетерпеливые отцы.
Сегодня в коридорах тихо. Гулко отдаются шаги на весь этаж. В палатах четыре роженицы. За февраль 2026 года в Кольчугинском роддоме родились 18 малышей, а за январь – 25. По словам работников, число родов действительно снижается, но это происходит по всей стране. «В 2015 году у нас было около 700 родов в год – это был пик. Потом стало 600, 500, а сейчас около 300. В прошлом году – 268», – делятся врачи.
Но даже такие цифры для небольшого города – нормальная практика: «Рожать люди все равно не перестанут», – уверены медики.
В одной из палат 38-летняя Екатерина, которая два дня назад стала мамой третий раз. Все трое – мальчишки, младшему уже дали имя Даниил. «Да я и не очень хотела. Муж настоял, хорошо, что успела, конечно, в родном роддоме, где все меня знают», – машет рукой многодетная мать.
Сторонники закрытия небольших роддомов и их оптимизации в сторону более крупных перинатальных центров объясняют, что в таких центрах выше уровень помощи, лучше оборудование и больше опытных врачей.
Но женщины, которые рожают в Кольчугине, не согласны. В небольшом роддоме каждая роженица – не безликая беременная с животом, которая приехала на три дня, а человек, которого хорошо знают. «Вокруг меня абсолютно все находились во время родов, – говорит Екатерина. – Все меня зовут по имени. Я же уже не первый раз сюда прихожу. А во Владимире сколько нас таких?»
Вслед за роддомом исчезнет город
Вечером кольчугинские активисты собираются в небольшом помещении городского штаба компартии. Те, кто был на митинге, говорят, что не бросят роддом ни за что.
Дверь хлопает – люди заходят, стряхивая с курток мокрый снег.
– У нас сейчас уже не только вопрос роддома, – говорит один из участников инициативной группы. – Если его закрыть, город начнет умирать.
– Вы понимаете, – говорит Михаил, который когда-то привозил сюда рожать жену, – раньше это было элементарно. Привез, сдал врачам, через пару часов звонят: «Поздравляем, сын». А теперь представьте: зима, метель, дороги… и супругу надо везти за восемьдесят километров во Владимир.
Кто-то тихо добавляет:
– А если не довезут?
Повисает неловкая пауза. На собравшихся со стены смотрит находящийся тут с незапамятных времен портрет Ленина.
– Мы просто жители и патриоты своего города, – говорит один из активистов. – Поэтому роддом не бросим. Ни за что.
Простые люди понимают, если из маленького города исчезает роддом, молодые семьи уедут, и без того маленький город постепенно превратится в точку на карте.
На роды и обратно – только за свой счет
Ныне в Кольчугине проживает порядка 37 тысяч человек, вместе с районом – чуть больше 50 тысяч. Район большой и разбросанный: многие деревни находятся за десятки километров, общественный транспорт ходит редко. Поэтому любое решение о медицинской помощи превращается в вопрос расстояния и времени.
Добраться до Владимира из Кольчугина не так просто, как это выглядит в фантазиях чиновников. Основная дорога проходит через плотину, и фактически это один из главных выездов из города. Если происходит авария, ремонт или сильный снегопад, движение встает. Именно поэтому местные жители так болезненно реагируют на идею отправлять беременных женщин рожать за десятки километров.
«По нормативу у нас одна машина скорой помощи на десять тысяч населения. В районе это четыре машины, но реально чаще работают три, потому что не хватает бригад. Они обслуживают все: инфаркты, инсульты, детей с температурой. Если роддом закроют, и рожениц придется везти за десятки километров, одна скорая фактически будет занята только этим», – объясняет Светлана Левашева.
Она поясняет: даже если жительница Кольчугина родит в ургентном зале, по новым правилам ее все равно придется сразу же перевозить во Владимир, а это уже две отдельные машины скорой: для мамы и для малыша.
При этом в официальном ответе Минздрава Владимирской области указано, что транспортировка беременных на плановую дородовую госпитализацию, то есть без схваток, не предусмотрена транспортом скорой помощи.
Юрист Людмила Селютина, которая помогает жителям разбираться в документах и переписке с ведомствами, говорит, что именно этот пункт вызвал у людей наибольшее возмущение: «Получается парадоксальная ситуация: роддом закрывают, но при этом в официальном ответе прямо написано, что на плановую госпитализацию беременных скорая помощь не предусмотрена. То есть на самом деле женщина должна сама каким-то образом добраться в другой город – за десятки километров. А скорая приедет только тогда, когда роды уже начались».
По словам юриста, подобная схема вызывает у жителей закономерный вопрос: как должна выглядеть эта дорога в реальной жизни? «Фактически людям предлагают самим решать проблему. Беременность – это ведь не поездка в магазин. И когда в документах читаешь, что плановую госпитализацию не обеспечивает даже система скорой помощи, возникает простой вопрос: женщины должны добираться сами, что ли? А обратно с новорожденным из роддома как? Об этом хоть кто-то подумал?»
Жители Кольчугина боятся еще одного сценария, о котором здесь говорят все чаще. Раз скорой помощи в районе не хватает, везти женщину за десятки километров, когда роды уже начались, слишком рискованно. Но и просто так держать здоровую беременную неделю или две в ожидании, пока роды начнутся естественным путем, в перинатальном центре не станут. Для этого должны быть серьезные медицинские показания, это не предусмотрено системой ОМС. Поэтому таких «перестраховщиц», скорее всего, будут стимулировать – вызывать роды с помощью различных способов, что может привести к негативным последствиям как для роженицы, так и для малыша.
Столько акушерок не нужно
Но это не все переживания кольчугинцев. До сих пор не решен вопрос, что будет после закрытия роддома с оставшимися без работы медиками. В отделении трудятся 39 человек: опытные врачи, акушерки с огромным стажем, детские медсестры, санитарки. По словам сотрудников, им уже начали выдавать уведомления о возможном сокращении и предлагать другие вакансии внутри больницы, вплоть до уборщиц. И это выглядит просто абсурдно, если не сказать цинично.
В начале февраля в Кольчугино приезжал депутат Госдумы, заместитель председателя комитета по охране здоровья, сам врач-хирург Алексей Куринный. Он побывал в родильном отделении ЦРБ, поговорил с врачами и акушерками, а также изучил ситуацию со скорой помощью, на которую, по новой схеме, ляжет перевозка рожениц в другие города.
На встречу с депутатом пришли сотни жителей – обсуждение фактически превратилось в народный сход. Куринный заявил, что происходящее в Кольчугине – типичный пример непродуманной оптимизации здравоохранения и что за сохранение роддома «нужно бороться всем миром». Но как?
Без законных оснований
История Кольчугина – не единственная во Владимирской области. Похожий сценарий уже разыгрался в Гусь-Хрустальном, городе с населением около 50 тысяч человек. Там родильное отделение фактически перестало функционировать прошлым летом. Сначала медиков отправили в вынужденный простой под предлогом ремонта и дезинфекции, а затем начали увольнять. При этом официального приказа о закрытии роддома, как утверждают местные активисты, так и не появилось.
«Закрыли без законных оснований родильное отделение. Причем уволены все сотрудники были буквально в конце февраля – начале марта 2026 года. Но приказа о закрытии нигде нет», – говорит житель города Иван Ширяев, который подал иск к министерству здравоохранения Владимирской области…
Суд частично признал его доводы обоснованными: в феврале 2026 года Гусь-Хрустальный городской суд приостановил действие приказа о сокращении штатных единиц родильного отделения, фактически признав, что увольнение медиков может сделать невозможным восстановление работы роддома.
Основанием для закрытия власти называют распоряжение правительства Владимирской области № 672-Р от 10 декабря 2025 года, которым утверждена региональная программа «Охрана материнства и детства» на 2025–2030 годы. Однако в самой программе говорится о повышении качества и доступности медицинской помощи. «Какая доступность, если ближайший роддом теперь будет за 140–150 километров?» – задается вопросом Ширяев и другие жители города.
Несмотря на все происходящее, активист из Гусь-Хрустального отступать не собирается: он уверен, что у истории с закрытием роддома в его родном городе еще далеко не поставлена точка, и надеется его отстоять. Именно поэтому в Кольчугине так внимательно смотрят на судьбу соседей. И верят, что еще не все потеряно. Одним из самых неожиданных символов борьбы кольчугинцев стал гимн кольчугинского роддома, который написал местный житель Эрик Цаава, решивший, что обычных разговоров о спасении роддома недостаточно: «Я подумал: должен быть какой-то гимн, какое-то стихотворение. Чтобы люди могли подняться. Как в войну: «Вставай, страна огромная». Нужно было что-то такое, чтобы люди почувствовали, что роддом – это не просто здание, а часть жизни города…»
На официальный запрос портала «Милосердие.ru» в министерстве здравоохранения Владимирской области ответили, что «реорганизация родильных отделений в ургентные родовые залы запланирована в рамках региональной программы «Охрана материнства и детства на 2025 — 2030 годы», утвержденной распоряжением правительства Владимирской области от 10.12.2025 и согласованной с Минздравом России». Власти Владимирской области уверены, что речь идет о совершенствовании службы родовспоможения, а также указывают, что вопрос обсуждался с администрациями городов Кольчугино и Гусь-Хрустальный.
